– Ла, да, конечно… Это ведь его дом… – говорит она, и лишь нервное подергивание плеч, едва заметное движение головы, непрошеная слеза выдают душевное смятение, напоминают о долгих мучительных раздумьях».
А мы-то думали – не заметят.
* * *
Если мне не изменяет память, в 1963 году это было, снимали на нашей студии фильм о Викторе Амбарцумяне.
Приехал как-то смотреть отснятый материал Виктор Ама-заспович со своими коллегами-астрономами.
… На экране сменялись, вызывающие снисходительные улыбки ученых «научные» эпизоды, а затем фотографии созвездий, звездных ассоциаций, (не убежден, я их правильно называю), словом, фотографии звезд.
Отмигали кадры. В зале зажегся свет.
Ученые чем-то смущены. Переглядываются…
Виктор Амазаспович нарушает неловкое молчание:
– Можно, если это вас не затруднит, еще раз прокрутить материал?
И опять на экране Бюракан, ученые за телескопами и… фотографии.
Зажегся свет. И снова, неловкое молчание.
Виктор Амазаспович шепчется с академиком Маркаряном. Тот пожимает плечами, распускает нижнюю губу…
Присутствующий на просмотре художник Валентин Подпомогов, кажется, догадывается, что смущает ученых.
– Виктор Амазаспович, – обращается он к Амбарцумяну, – не новую ли звезду вы обнаружили на фотографии?
– Вот именно, как вы догадались?
– Кино-спе-ци-фика! -улыбнулся Подпомогов. – Фотографии ваши, простите, были плохонькие, серые… Вот мы и решили скопировать их… Прокололи на черной бумаге иглой
дырочки, видно, перестарались, вот и появилась лишняя звезда. Выходит, звезда Подпомогова…
Смеются ученые. А громче всех Амбарцумян.
– А вы знаете, не исключено, что такая звезда существует… И если она обнаружится, обещаем ее так и назвать – звезда, как вы сказали, Подпомогова?
– Валентина, – в тон ему отвечает Подпомогов.
– Пусть Валентина Подпомогова… Вы это несомненно заслужили г- каждому сколько-нибудь значительному открытию, как правило, предшествует толковая гипотеза.
* * *
Екатерина Фурцева – тогда министр культуры СССР – на совещании руководителей республиканских киностудий, обращаясь к директору «Арменфильма» Мхитару Давтяну, сказала:
– Политбюро одобрило вашу задумку снять фильм о славных нефтяниках Армении.
Давтян попытался возразить:
– Нефть не у нас… В Азербайджане… И, следовательно, нет у нас «славных нефтяников».
– Теперь уже ничего не изменишь. Я доложила Никите Сергеевичу. Ему эта идея очень понравилась. Придется вам, у себя в Армении налаживать добычу нефти… В широких масштабах, и… снимать фильм. Я договорюсь с руководством республики.
* * *
… Это были первые слова, которые произнес Никита Сергеевич Хрущев на армянской земле. Обращаясь к Якову Заробяну, тогдашнему первому секретарю ЦК КПА, Никита Сергеевич сказал: