Невыдуманные истории. Веселые страницы из невеселого дневника кинорежиссера: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как-то во время тоскливых ожиданий съемочной погоды, возник обычный в таких случаях долгий неторопливый разговор. Вспоминали веселые истории, интересные встречи, добрых людей, щедро одаренных талантом и юмором.

Случилось так, что в этот день мне вспомнилось больше, чем другим.

– Ты, попробуй, запиши все это, получится забавная книжка, – посоветовал кто-то.

– А если не получится?

– Ну и что? Ведь и с фильмами не всегда «получается».

Довод мне показался убедительным.

* * *

Из Одессы мы вылетели на рассвете.

Мы – это Грачья Нерсесович Нерсесян, художник Валентин Подпомогов и я.

В пути нас застигла гроза. Старенький, изрядно потрепанный ИЛ-14 кидало из стороны в сторону с отчаянной силой. Пассажиры, откинувшись на спинки сидений, дружно стонали.

Грачья Нерсесович чувствовал себя превосходно. Глаза его сверкали юношеским блеском. Он громко, на весь самолет, пел любимую «Санта Лючию», всем своим существом демонстрируя способность пребывать в «публичном одиночестве»…

В Сухуми прилетели с опозданием. В самолете что-то разладилось и его отдали во власть суетливых людей в засаленных комбинезонах.

Наскоро позавтракав, мы отправились кататься на лодке. Я и Валя сели за весла, а Грачья Нерсесович, удобно устроившись на корме, стал раскуривать глиняную трубку. Трубку эту он купил перед самым вылетом в аэропорту у старушки-молдаванки. Забыв, по-видимому, что это произошло на наших глазах (или не придавая этому значения), Грачья Нерсесович невозмутимо утверждал, что трубку ему подарил старый араб, с которым они якобы встречались сорок лет назад в Алеппо, и который научил его удивительной песне.

Лодка бесшумно скользила по зеркальной глади залива. Нерсесян молча курил свою трубку и задумчиво глядел вдаль.

– А знаешь, Нерсесович, во-он там Константинополь! – прервал его невеселые думы Валя Подпомогов.

– Да, да…

– Хочешь, махнем туда, поглядим что там делается? – всерьез предложил Валя.

Грачья Нерсесович оживился:

– А на самолет мы не опоздаем?

Он поглядел в сторону аэродрома, словно и впрямь хотел удостовериться в том, успеем ли мы вернуться к вылету самолета.

… В тот день, как и следовало ожидать, из Сухуми нас не выпустили. Заночевали в небольшом абхазском домике на сваях. Всю ночь не переставая лил дождь. Мы долго не могли уснуть. Грачья Нерсесович рассказывал удивительные истории. Слушая его, трудно было угадать, где правда, а где вымысел, рожденный безудержной фантазией.

Потом Грачья Нерсесович запел песню – протяжную песню, полную неутешной грусти – добрую песню старого араба.

Закончив песню, мастер, не глядя на нас, сказал:

– Не верите… Ни во что не верите… Ни в старого ара-

ба, ни в его трубку… Ни в то, что он научил меня песне. А песня существует, понимаете, су-ше-ству-ет!. .

Нерсесян очень похоже передразнил Валю:

– «Махнем в Константинополь…» Не умеете мечтать по-человечески, фантазировать…

Он с минуту помолчал, а потом с улыбкой добавил:

– А я вот этой ночью побываю в Константинополе…

Грачья Нерсесович лег, повернулся к стене и ушел с головой под одеяло. Я невольно подумал – кто знает, может именно в этом нерсесяновском свойстве разгадка могущества его таланта.