ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ. НЕМЕЦКИЕ ИСТРЕБИТЕЛИ НА ЗАПАДНОМ ФРОНТЕ 1941-1945: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Время I6.56–17.00. "Принц Евгений", "Гнейзенау" и "Z-29" подвергаются одиночным атакам самолетов "хэмпден". Один самолет падает в огне.

Тем временем немецкие бомбардировщики были атакованы английскими тяжелыми истребителями. Немецкому самолету-разведчику было приказано не спускать глаз с домашнего флота англичан.

Из-за низкой облачности и плохой видимости военно-воздушные силы обеих сторон, как британские, так и люфтваффе, могли действовать только в форме малых соединений или отдельных самолетов. Немецкая флотилия растянулась, вследствие чего наши истребители и бомбардировщики неизбежно, но случайно атаковали немецкие военно-морские корабли. Над всем полем битвы царил невероятный хаос, продолжавшийся с некоторыми интервалами вплоть до наступления темноты.

17 ч 00 мин. Немецкий бомбардировщик типа "Do-217" сбросил две бомбы на эсминец "Герман Шеманн". Дальнейшие налеты одиночных английских бомбардировщиков "хэмнден". "Гнейзенау" сообщает- сбит один самолет противника. Останки сбитого самолета проплывают мимо.

17 ч 10 мин. Нападение бомбардировщиков, самолеты в зоне досягаемости. Погода: максимальная высота облачности 180 метров, видимость от половины мили до одной мили, дождь.

Время 17.14–17.39. "Принц Евгений", "Гнейзенау" и эсминец "Z-29" приближаются друг к другу, их поочередно атакуют английские бомбардировщики. Были опознаны следующие типы самолетов: "бристоль-бленхейм", "бристоль-бьюфорт", "веллингтон" и "хэмпден".

17 ч 24 мин. Линкор командующего запрашивает о новом, более сильном истребительном прикрытии, так как воздушные атаки, несмотря на плохую погоду, продолжаются, видно много самолетов. Кроме наших истребителей, в действие снова вступают ночные истребители, которые взлетают с голландских аэродромов.

17 ч 55 мин. Немецкие истребители нападают на бомбардировщик, летевший прямо на "Принца Евгения", и сбивают его.

17 ч 57 мин. Противовоздушным огнем эсминца "Z-29" сбит пролетавший самолет ("хэмпден").

18 ч 06 мин. Летевший на низкой высоте торпедоносец, проскользнув сквозь противовоздушное заграждение, сбрасывает торпеду в направлении "Гнейзенау". Виден след торпеды на водной поверхности, корабль избегает ее, изменив курс. Дальнейшие атаки против крейсера "Прннц Евгений".

18 ч 20 мин. Сообщение с "Принца Евгения" на "Гнейзенау": "Иду следом за тобой, 5620 ярдов с правой стороны кормы". Короткое затишье в военных действиях.

18 ч 31 мин. "Гнейзенау" временно вынужден уменьшить число оборотов правого двигателя по техническим причинам, Это повлекло за собой замедление скорости и уменьшение дистанции между кораблями.

Ситуация с погодой драматическим образом изменялась в зоне действий истребителей. Взлет и посадка в Па-де-Кале (сектор 1) были по-прежнему невозможны. Ведь подлет к флотилии в зоне Ла-Манша мог быть совершен только на низких высотах. Но расстояние в 250 км было столь значительно, что после 30 минут сопровождения флотилии о возвращении снова на базу не могло быть и речи, поэтому истребители вынуждены были садиться на голландской земле (сектор 2). Но как раз там погода была наихудшей. Прямо над землей на всем протяжении сектора была густая облачность. Мне было нелегко принять решение — отправлять пилотов после их четвертого боевого вылета в день такого большого сражения приземляться туда, где погодные условия были плохими, но выбора у меня не было. Однако в действительности было совершено только несколько вынужденных посадок вне пределов аэродромов, отдельные из которых закончились крушением. Большинство пилотов совершили посадку благополучно. По своей собственной инициативе, не ожидая приказов, некоторые из решительно настроенных летчиков-лейтенантов и командиры эскадрилий в небольшом количестве снова взлетели в воздух до наступления темноты, после быстрой заправки и пополнения боеприпасами. Сознавая, что в этот лень на карту было поставлено все, никто не заботился о своей безопасности. Летчики-истребители сделали больше, чем обязывал их долг. Их захватила грандиозность самой операции, при этом они выказали такое воодушевление, которого, я полагаю, вряд ли можно было ожидать от людей, так долго и тяжело сражавшихся в небе над Ла-Маншем, несших большие потерн и испытывавших жестокие разочарования.

Между тем капризная фортуна по-прежнему не давала покоя командиру флотилии. С тех пор как его флагманский корабль был поврежден взрывом мины, он перебрался на борт эсминца "Z-29", который в данный момент времени испытывал трудности с левым двигателем. И снова командующий и офицер связи вместе с небольшим штабом вынуждены были переправляться на борт другого корабля. По приказу был остановлен эсминец "Герман Шеманн", и сам переход офицеров с одного корабля на другой был проведен в бурном морс с помощью катера при непрекращающихся налетах английских самолетов. В 6.45 вечера, в то время как адмирала качало вверх-вниз на катере, "Шарнхорст", взяв прежний курс, шел на полной скорости, пытаясь догнать флотилию. Это должно было вызвать огромное личное недовольство, тем не менее смягченное чувством удовлетворения от сознания, что "Шарнхорст" теперь был в состоянии продолжать выполнять свою задачу.

Еще до наступления 7.00 вечера начинало уже смеркаться Дневные и ночные истребители сражались с последними бомбардировщиками "веллингтон", которые продолжали непрестанно и настойчиво атаковать. "Гнейзенау", "Принц Евгений" и "Герман Шеманн" сообщали о вражеских самолетах, сбитых огнем зенитной артиллерии и нашими истребителями. В 7.35 стало совсем темно, и в этот день военные действия истребителей были завершены. Удачи и потери пока еще было невозможно определить, но одно было ясно, мы выполнили свою задачу. состоявшую в том, чтобы раскрыть воздушный зонтик и держать его над немецкими военными кораблями во время совершения последними прорыва. Свой штаб я перевел в Жевер, что в Немецкой бухте.

На протяжении всей ночи британские военно-воздушные силы проявляли большую активность. Кроме ведения воздушной разведки, они в основном были заняты установкой мин с целью провести минирование на всем протяжении морского маршрута справа от Немецкой бухты до устья Эльбы. Наши ночники вступали в соприкосновение с противником, тем не менее крупных столкновений не произошло.

Английские мины еще наделали бед этой ночыо. Вскоре после 9 часов ночи на "Гнейзенау" раздался взрыв, причем остановились все его двигатели. Он наскочил на мину! Несмотря на это, повреждения оказались поверхностными, и после небольшой паузы он снова был в пути, делая в час 25 узлов. Через полтора часа после этого на другой мине подрывается "Шарнхорст", но он тоже смог вскоре продолжить путь, сначала делая 10 узлов, а чуть позже и все 15.

Еще было совсем темно, когда "Гнейзенау" и "Принц Евгений" достигли устья Эльбы и бросили там якоря. В это время Немецкая бухта была по-прежнему вне зоны досягаемости английских истребителей. После того как при налетах английской авиации под Вильгельмсхавеном ей были нанесены 4 сентября и 18 декабря два тяжелых поражения, английские бомбардировщики больше не рисковали залетать в дневное время в эту зону, которая была просто усыпана радарными станциями.

На следующее утро 13 февраля при свете дня "Гнейзенау" и "Принц Евгений" продолжили свой маршрут в Киль, идя по каналу Кайзера Вильгельма. На рассвете, когда "Шарнхорст" находился в устье Везера, к нему на борт снова поднялись командующий и офицер связи с истребительной авиацией. В 10.30 он и "Герман Шеманн" прибыли в Вильгсльмсхавен. Немецкое верховное командование сделало следующее сообщение:

"12 февраля, во время воздушного и морского сражений в зоне Ла-Манша, был подбит и подожжен один эсминец. Немецкие военно-морские силы под командованием вице-адмирала Килиакса после прорыва через Па-де-Кале, между Дувром и Кале, в полном составе прибыли в свои порты назначения, потеряв только один моторный катер. Было сбито 49 английских самолетов. Среди особо отличившихся соединений следует отметить истребительные части генерал-фельдмаршала Шперля, которыми непосредственно командовали генерал Целер (бомбардировщики и самолеты-разведчики) и полковник Галланд (истребители и ночные истребители)".

Официальное сообщение удивительным образом было подготовлено заранее, хотя действительный успех операции в нем отражен не был, потому что операция считалась незавершенной до тех пор, пока корабли не прибудут в порты Норвегии как места назначения.

Вскоре после того, как "Шарнхорст" встал на якорь у Вильгельмсхавена, на борту флагмана состоялось совещание. На нем присутствовали командиры военно-морского флота и военно-воздушных сил, те, кто принимал участие в этой совместной операции. При этом выводы были таковы:

1. Операция прошла с полным успехом.

2. Английский эсминец "Вучестер" был подожжен. Согласно первым сообщениям, 43 английских самолета — бомбардировщики, торпедоносцы, истребители — были сбиты либо истребителями, либо огнем противовоздушной артиллерии. (Эта цифра позднее увеличилась более чем до 60 сбитых самолетов.)

3. Наши собственные потери незначительны. Одно из выдвинутых вперед судов (рыболовное) было потеряно во время воздушных атак, и еще были повреждены восемь кораблей, все только слегка.

4. Повреждения основных линейных кораблей от мин были неизбежными, но оказались несерьезными.

5. Военно-морской флот потерял 13 человек убитыми и 68 ранеными, потери военно-воздушных сил составляли 11 человек и 17 самолетов.

Прорыв через Ла-Манш оказался для неприятеля большим потрясением. Черчилль, уделяя этому событию достаточно много места в своих мемуарах, откровенно признает, что английское общество было шокировано этими новостями, потом это вызвало широкое национальное возмущение. Для того чтобы успокоить наиболее горячие головы, было проведено официальное расследование, которое пришло к удивительным выводам — что, в конце концов, проход через Ла-Манш "был исключительно выгоден нам". Неизвестно где еще, кроме Англии, это утверждение нашли убедительным. Гораздо важнее, что говорит Черчилль о ходе самой операции. Он критикует провал английской обороны на том основании, что английское командование как раз в это время заставило послать почти все торпедоносцы в Египет. Тем не менее силы, задействованные англичанами, были значительными. Согласно вице-адмиралу Р. де Беллоту: "В этих активных действиях принимало участие около 250 самолетов, бывших в распоряжении у командования военно-воздушных сил флота, командования береговой авиации и командования стратегических бомбардировщиков, которым оказывали поддержку и прикрытие с воздуха около пятнадцати истребительных авиаполков. И только тридцати девяти самолетам удалось совершить нападения на немецкие военно-морские соединения и то безуспешно".

Но самое замечательное в описании, приведенном Черчиллем, то, что Гитлер во время планирования операции совершенно верно составил мнение о предполагаемой ответной реакции английского командования. Столкнувшись прямо с немецким сюрпризом, они оказались совершенно неспособны к импровизации. Гитлер был прав в своем мнении, что англичане не смогут принять молниеносных решений, и это единственно возможное объяснение, с помощью которого все, принимавшие участие в этом рискованном предприятии, могли бы объяснить тот невероятный факт, что соединение кораблей не было атаковано вплоть до полудня, когда оно уже почти достигло самого узкого места в проливе. "Невредимая даже от огня дуврских батарей или торпедных атак, немецкая эскадра продолжала идти своим курсом, и утром тринадцатого числа все немецкие корабли достигли своих берегов".

Британский премьер-министр детально описывает провал организации радарной службы в ходе всей операции. Вплоть до окончания войны общественное мнение в Англии считало этот провал ничем не объяснимым явлением, национальным несчастьем. Только после войны было обнаружено, что причиной этой непостижимой неудачи было не что иное, как хитрый обман со стороны главы немецкой службы радиосвязи Мартини. К сожалению, немецкое командование не извлекло необходимых выводов из этой победы в радарной войне и не приступило к быстрому развитию этого оружия. Англичане же, напротив, извлекли урок из своего поражения и усовершенствовал радарные помехи до такого уровня, что позже, во время бомбовой войны, это стало фатальным для рейха.