— Чего?
— Арабов, шакалов, чудищ под кроватью, чего там еще.
— Я не боюсь. А надо?
— Нет. Не надо. Ты же настоящий параноик, верно?
— Параноидальный шизофреник. Это немного другая вещь.
— Знаю, знаю. Так чего тебе надо?
— Я думаю, что Урию Эйнхорна похитили.
— Ты ослеп? Или арабы у тебя мозг похитили, пока ты спал?
— Ой! — Амос Ашкенази делает два неловких шага внутрь и во все глаза смотрит на Урию Эйнхорна. — Я тебя не заметил. Что ты здесь делаешь?
— Он мне дал молока.
— А зачем на тебе эта зеленая кепка?
— На всякий случай.
— А почему она зеленая?
— Это ничего не означает.
— А Южная Дакота — это арабская страна?
— Я не знаю.
— По-моему, как раз арабская. Сними ее.
— Я сниму ее перед тем, как лягу спать.
— Ты за нас или против нас?
— Слушайте, вы не соизволите отложить ваш захватывающий диалог на потом? Если вы сейчас же не пойдете спать, мне, увы, придется написать в отчете, что вы оба возбуждены и страдаете от бессонницы.
— Мы идем спать.
— Спокойной ночи.
Как только эти двое уходят, звонит телефон. Звонок длинный.
— Представляешь? Мне сегодня не надо идти в больницу.
— Умер?
— Нет, но врачи сказали, что сегодня посещений нет. Зайдешь?
— Не могу. Я тут нужен как переводчик.
— Ну приходи, когда закончишь.
— Я не знаю. Мне сказали, что это может быть на несколько часов.
— А ты не можешь сделать это прямо сейчас и все?