Жизнь молодого коммуниста В. А. Нефедьева была коротка и прекрасна. Он родился в 1924 году, погиб в 1943-м и вошел в бессмертие. В Москве, в Центральном музее Вооруженных Сил СССР, кандидатская карточка коммуниста В. А. Нефедьева за № 6645202 и газетная вырезка с портретом В. И. Ленина стали одними из самых ценных экспонатов.
3 ноября противник был приостановлен. Правый фланг 37-й армии стал закрепляться на рубеже: восточный берег реки Ингулец у Недайводы — Калачевское — Веселые Терны. Левый фланг — 82-й стрелковый корпус — оставался на месте, контрудар немецких танков его не захватил. Отброшенные от Кривого Рога, наши части настойчиво стремились вновь продвинуться туда, но каждый раз подвергались контратакам противника и вынуждены были откатываться на исходные позиции. Но удавалось больше развить успех и противнику. Все его танковые атаки разбивались об огонь нашей артиллерии. Наконец обе стороны выдохлись. Наступило затишье.
Прежде чем обратиться к воспоминаниям из боевой биографии прославленного советского военачальника Героя Советского Союза генерал-полковника М. Н. Шарохина, который сорок с лишним лет отдал службе в Вооруженных Силах СССР, о нем расскажет его современник, соратник былых походов.
Генерал-лейтенант А. К. Блажей, бывший начальник штаба 37-й армии: «Выезды на передний край, в корпуса, дивизии, полки и во время обороны, и в наступлении мы непременно чередовали с командующим. Один из нас всегда оставался на КП армии. В этом мы видели важное условие непрерывного и устойчивого управления войсками. И такой порядок был установлен не случайно. Мы хорошо помнили то, что произошло в районе Кривого Рога.
…В конце октября 1943 года войска нашей армии овладели северной окраиной города. Обстановка была довольно напряженной. Фронт наступления достигал ста тридцати километров. Противник, сосредоточив на одном из участков группировку из четырех танковых дивизий, 29 октября нанес мощный удар по ослабленному в предшествующих боях 57-му стрелковому корпусу. В боевых порядках армии образовалась ничем не прикрытая брешь. В результате прорыва вражеские части стали быстро распространяться на наши тылы. Нарушилась проводная связь. Несколько немецких танков прорвались в район армейского НП, где находились генерал Шарохин и командующие родами войск.
В весьма тяжелом положении оказался и штаб армии. В течение нескольких часов я не мог связаться с генералом Шарохиным по радио. Во второй половине дня стало известно, что крупная группа немецких танков движется в направлении штаба. Честно признаться, в груди похолодело. Как быть? Сниматься и уходить в тыл? Я решил остаться на мосте. Время от времени удавалось связываться по радио с корпусами и дивизиями. Наконец была установлена радиосвязь и с генералом Шарохиным. Это позволило правильно сориентироваться в обстановке, передать командирам корпусов и дивизий приказания командарма, организовать взаимодействие…
Танковые подразделения врага почти вплотную приблизились к мосту расположения штаба. Бой шел всего в восьмистах метрах. Пришлось поднять по тревоге всех офицеров и охрану. К счастью, мы в то время имели взвод трофейных «пантер» и дивизион противотанковых немецких пушек с большим запасом снарядов. Неподалеку располагался заградительный отряд. Все это было брошено в дело. Хотя значительная часть офицеров находилась в бою, штаб в течение двух суток ни на минуту не прекращал работы.
На третьи сутки прорыв удалось ликвидировать. Фронт стабилизировался. В штаб прибыл командующий — похудевший, небритый, но довольный.
— Правильно сделали, что остались на месте, — сказал он. — Штаб — надежная опора войск.
В том, что вражеский прорыв не получил развития, большая заслуга принадлежала генералу Шарохину. За двое суток командарм успел побывать в нескольких дивизиях, ставил на месте конкретные задачи, организовывал взаимодействие между стрелковыми и другими частями…»
Таким был Михаил Иванович в боевой обстановке в годы Великой Отечественной, на каком бы фронте ему ни приходилось сражаться с врагом. Перед войной он окончил две академии, работал в Генеральном штабе, затем возглавлял штабы разных фронтов. Но по-настоящему развернулся его полководческий талант на посту командующего 37-й армией. Во главе этого воинского объединения он освобождал Украину, форсировал Днепр в районе Мишурина Рога, сражался за Кривой Рог и Молдавию, участвовал в освободительном походе по балканским странам.
Историки называют Ясско-Кишиневскую операцию современными Каннами. Она стала началом и главной предпосылкой освобождения балканских стран от фашизма. Именно в результате этой победы советский солдат протянул руку помощи народам Румынии, Болгарии, Югославии. В этой операции 37-й армии принадлежала одна из главных ролей, а славу снискал полководческий талант командующего М. Н. Шарохина. И так уж совпало, что он — внук русского солдата с Ярославщины, освобождавшего Болгарию от турецкого ига в прошлом веке, повторил подвиг деда в Великой Отечественной и преклонил колени на сером камне Шипки.
Уже после войны, бывая в Кривом Роге, в Мишурином Роге, Михаил Николаевич рассказывал юношам и девушкам о героическом подвиге советского солдата, завещал молодежи любить свою Родину, приумножать славные боевые традиции.
Шесть вражеских дивизий были разгромлены. На подступах к Кривому Рогу нашли себе могилу или попали в плен 112 с половиной тысяч солдат и офицеров противника. Было захвачено 750 танков и самоходных орудий, более 800 орудий и минометов, тысячи пулеметов и автоматов, большое количество зерна, железорудных составов. Немецко-фашистское командование, обеспокоенное этими потерями, прибегло к контрударам, пытаясь отбросить советские войска и восстановить оборону. Однако отчаянные попытки противника сбросить наши войска в Днепр окончились неудачей.
В январе 1944 года началась Криворожско-Никопольская операция. Главный удар на этот раз наносил 3-й Украинский фронт. В центре была расположена 46-я армия генерал-лейтенанта В. В. Глаголева, на правом фланге по-прежнему пробивалась к железорудному бассейну 37-я армия генерал-лейтенанта М. Н. Шарохина. Фронт был усилен многими другими механизированными, стрелковыми, артиллерийскими и авиационными соединениями. Среди них 23-й танковый корпус генерал-лейтенанта Е. Г. Пушкина, 4-й гвардейский механизированный корпус генерал-лейтенанта Т. И. Танасчишина, 9-я Запорожская артиллерийская дивизия прорыва РВГК генерал-майора А. И. Ратова. Наземные войска поддерживали с воздуха летчики 17-й воздушной армии генерал-лейтенанта В. А. Судец.
Кажется, от Днепра до Кривого Рога не так уж и далеко, но каким трудным был этот путь для воинов многих дивизий и полков, продолжавшийся целых четыре месяца. Он проходил в непогоду и бездорожье, в жестоких боях, где на каждом шагу подстерегала смерть. Но советские солдаты геройски преодолели его и вписали еще одну славную страницу в историю Великой Отечественной войны.
Боевой путь 353-й Днепродзержинской Краснознаменной стрелковой дивизии пролег через села Красный Орлик, Любимовку, Софиевку. Особенно сильные бои в ночь под Новый, 1944 год проходили за высоту южнее села Назаровка. Бойцы взяли ее, а на другой день за эту же высоту снова разгорелся жестокий бой. Против бойцов 9-й роты лейтенанта И. Г. Улитина шли 22 вражеских танка, но воины-днепродзержинцы не дрогнули и смело встретили врага. Почти целый день продолжался этот неравный бой, больше половины танков было уничтожено, но и среди наших воинов были большие потери, погиб и командир роты лейтенант II. Г. Улитин. Ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Не дождался Указа Президиума Верховного Совета СССР и сержант Тезиков: вскоре погиб в бою под хутором Желтым. На Волге, в районном центре Юрино Марийской АССР, отважному воину установлен бюст.
Тяжел был путь от Днепра и для воинов 82-го стрелкового корпуса 37-й армии, которым командовал генерал П. Г. Кузнецов. В составе корпуса к тому времени воевали 15-я, 28-я, Харьковские гвардейские и 188-я стрелковая дивизии, которыми командовали полковник П. М. Чирков, генерал-майор Г, И. Чурмаев и полковник В. Я. Даниленко. Попеременно в корпус входили в этот период 1-я, 10-я воздушно-десантные и 89-я Белгородско-Харьковская стрелковая гвардейские дивизии под командованием генерал-майоров А. Ф. Казанкина, В. П. Иванова и М. П. Серюгина и другие соединения и части.
Первым кавалером солдатского ордена Славы в 188-й дивизии в боях под Кривым Рогом стал сержант А. С. Абрамов. Он лично уничтожил 11 фашистов. Примерно такой же подвиг совершил и рядовой Н. А. Бакланов, а рядовой Муха спас жизнь командира роты старшего лейтенанта Чернова. Во время боя на близком расстоянии один из фашистов метнул гранату, которая упала у ног старшего лейтенанта Чернова. Увлеченный боем, он не заметил грозившей ему опасности. Рядовой Муха бросился к офицеру, схватил шипевшую гранату и метнул ее обратно. Граната разорвалась в воздухе над головами фашистов. Ордена Славы III степени героям вручил сам командир 82-го корпуса генерал Кузнецов.
В этой же 188-й стрелковой, которой было присвоено наименование Нижнеднепровской, воевал и младший сержант 523-го полка комсомолец Александр Киров, повторивший подвиг Александра Матросова в районе рудника имени Фрунзе. О его подвиге, так же, как и о других, рассказывают экскурсоводы музея боевой славы средней школы № 40 Кривого Рога, которым руководит учитель истории В. Г. Кайстренко. Красные следопыты и старшеклассники школы на протяжении многих лет проводят неустанную поисковую работу, связанную с боями за Кривой Рог. Так была установлена история подвига Александра Кирова, уроженца Егорьевского района Московской области, куда также пролегли пути поиска следопытов. История подвига его однополчан — старшего сержанта Дмитрия Ананченко и еще 33 воинов, которые в течение нескольких часов отбивали многочисленные атаки гитлеровцев и уничтожили восемь танков противника. Во время боя Дмитрий Ананченко подбил гранатой один танк, а когда приблизился второй — бросился со связкой гранат под гусеницы. О подвиге Дмитрия Ананченко и других воинов собрано немало материалов, а вот фотографии героя у следопытов не было. Они ее раздобыли, когда побывали на родине старшего сержанта Ананченко в Володаро-Волынском районе Житомирской области. В поездке их сопровождал бывший начальник штаба 523-го полка генерал-майор в отставке М. С. Мажуга.
Дорогими реликвиями музея в Тернах являются материалы и фотографии, собранные следопытами о 13 воинах-героях 19-го стрелкового полка 10-й воздушно-десантной дивизии, которые два дня удерживали знаменитую высоту Могила Баба, служившую наблюдательным пунктом нашему командованию. Теперь на этой высоте, расположенной на землях совхоза имени Шевченко Криворожского района, оборудован мемориальный фронтовой блиндаж и установлена памятная доска. На самой вершине — пушка образца 1943 года. Сюда часто приезжают экскурсии школьников и молодежи Кривбасса, здесь вручаются комсомольские билеты, проходят проводы в Советскую Армию. Теперь высота называется курганом Славы. А тогда…
Перед фронтом гвардейцев-десантников в районе города Веселые Терны оборонялась 62-я пехотная дивизия врага, но очень досаждала самая высокая точка на переднем крае противника — курган Могила Баба, расположенная против стыка двух наших дивизий. С него просматривалась вся наша полоса, как по фронту, так и в глубину. Взять Могилу Баба командование корпуса решило во что бы то ни стало. Несколько раз подразделения десантников атаковали курган, но безуспешно. Тогда командование поручило эту операцию батальону 19-го полка, которым командовал старший лейтенант Н. Я. Петренко. Общее руководство операцией осуществляли командир полка подполковник Н. Г. Витковский и другие офицеры. Перед боем в каждом подразделении побывали заместитель командира батальона по политчасти старший лейтенант Елашев, агитатор полка капитан Ломаченко.
В полночь батальон тихо двинулся по северному склону. Перед этим саперы расчистили минное поле, проделали проходы в проволочных заграждениях, связисты поближе подтянули телефонную линию. На рубеже атаки бойцы окопались. Ждали сигнала. И вот в ночном небе засветилась ракета, ударила артиллерия. Десантники ринулись вперед.
Вначале гитлеровцы растерялись, но только гвардейцы стали подниматься на высоту, обрушили на них шквальный огонь из всех видов оружия. Однако уже ничто не могло остановить наступательного порыва советских воинов. Первыми достигли вершины кургана бойцы роты гвардии лейтенанта Никиты Кузякова, среди которых были гвардейцы — лейтенант Бабахин, сержант Остапов, рядовые Волков, Колянин и другие. Они ворвались в траншеи, выбили оттуда гитлеровцев и установили Красный флаг на гребне высоты.
К полудню следующего дня, подтянув резервы, гитлеровцы начали контратаковать. Каждый раз наступало по 8—10 танков и 120–150 солдат. Четыре часа шел жестокий неравный бой. Десантники отбили пять контратак, уничтожили три танка и до сотни гитлеровцев. На следующий день фашисты еще шесть раз пытались отвоевать высоту, но гвардейцы-десантники стояли насмерть. Враг не прошел. Смертью храбрых погибли Иван Литвинов, Павел Ляшенко, Николай Суперека, Николай Петренко. Командование принял замполит Алексей Елашев. И для него это был последний бой. Снова гитлеровцы откатились.
В тот же день фашисты организовали еще одну контратаку, бросив против небольшой группы защитников высоты 24 танка, 2 самоходные установки, 8 бронемашин и около 400 человек пехоты. Ценой огромных потерь им удалось захватить высоту. Но через четыре часа десантники 19-го полка вернули ее назад. Они не только закрепились на кургане, но и продвинулись вперед на два-три километра.
В бою за село Водяное Софиевского района погиб отважный снайпер Герой Советского Союза участник боев за Сталинград и уроженец этого города старший сержант Л. А. Гончаров. Он воевал в 15-й Харьковской гвардейской стрелковой дивизии и к тому времени имел на своем боевом счету более 400 уничтоженных гитлеровцев. Он разил врага из именной снайперской винтовки за № КЕ-1724, которая стала легендарной и сейчас является одним из экспонатов Центрального музея Вооруженных Сил СССР в Москве. Рядом с винтовкой висят портреты ее владельцев — Героев Советского Союза X. Б. Андрухаева, Н. Я. Ильина, а также A. Е. Гордиенко. За годы войны из нее было уничтожено более тысячи фашистов. Похоронен Петр Алексеевич Гончаров в городе-герое Волгограде на Мамаевом кургане. Есть здесь и улица имени Гончарова, по которой ходят его сыновья и внуки, а в селе Водяном на Софиевщине его именем названы школа-десятилетка и полеводческая бригада.
В рядах 15-й Харьковской гвардейской ордена Ленина Краснознаменной стрелковой дивизии —19 Героев Советского Союза. Среди них — П. А. Гончаров и наш земляк М. Е. Колосов. 16 орденов украсили боевые знамена дивизии, полков, специальных подразделений, носящих имена многих городов, освобожденных ими. В 1944 году дивизия была награждена орденом Суворова II степени, через год — Кутузова II степени, а после Дня Победы — вторым орденом Красного Знамени. Это гвардейское воинское соединение прошло прославленный героический путь на Днепропетровщине.
Войска 46-й армии наступали с юго-востока в тяжелых условиях. Все высоты и населенные пункты враг превратил в мощные опорные узлы. Стрелковые дивизии поддерживали артиллеристы 9-й Запорожской дивизии генерала Ратова. На подступах к селу Кранцы геройский подвиг совершили воины батарей артдивизиона, которым командовал капитан B. В. Шитов. Вот как об этом вспоминает полковник запаса Л. Т. Богатырев:
«…На огневых позициях дивизиона находился старший лейтенант Л. М. Городилин. Он успел принять от капитана В. В. Шитова сообщение об атаке противника. На этом связь с наблюдательным пунктом прервалась. Через 30 минут наша пехота начала отходить и занимать позиции на правом фланге дивизиона. Теперь артиллеристы действовали в локтевой связи с пехотинцами.