Третий рай: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Да какие на хрен они инопланетяне, наши они, земные, руками сделанные... не боись, на патрулирование сейчас только самых совершенных выпускают.

Потом охранник, взяв Сашу за плечи мясистыми, жаром пышущими руками, подвел его к небольшому вагончику. Внутри стояло несколько скамеек, словно снятых со старого трамвая, из лакированных дощечек, но окна были забраны узором частой решетки. Санек покрылся холодным потом, думая, что вот сейчас то за него и возьмутся эти самые таинственные "мускуловики", но охранник просто запер его снаружи, оставив совершенного одного, и вагончик бесшумно побежал вперед.

Саня бросился к окнам, пытаясь просунуть сквозь решетку руку и открыть замок - перспектива остаться в лесу с таинственным существами один на один пугала его меньше, чем бесшумное движение ничем не управляемой машины по тускло блестевшим в лунном свете рельсам.

Он был готов уже разбить голову об решетку, если бы это могло остановить непонятный транспорт, но неожиданно вагончик выбежал на освещенную территорию, и Саня бросился на пол, пытаясь спрятаться от яркого света, который, как он был уверен, обязательно привлечет таинственных тварей. А уж эти монстры, или вампиры, или мутанты, или кто они там, не откажутся испить человеческой кровушки, или отведать сырого мяса, или просто ради спортивного интереса переломать все кости.

Вагончик стал снижать скорость и остановился, плавно качнувшись - Саша дрожал на холодном полу, свернувшись калачиком и закрыв голову руками. Он уже прощался с белым светом, точнее - с черной ночью, когда знакомый голос дружелюбно произнес.

- Ну что, ночной лихач, как ты себя чувствуешь? Извини, родной, что я к тебе сразу на ты, но у нас тут коллектив маленький, можно сказать, семейный, так что выкать не принято. И потом - ты мне в сыновья годишься. К тому же, не настолько я уважаю человечество в целом, чтобы обращаться на вы к его отдельно взятому представителю...

Если в этих словах и было противоречие, то Саня его не заметил, успокоенный глубоким бархатистым тембром у дружественными интонациями. Он поднял голову и открыл от изумления рот - говоривший стоял перед ним в домашнем махровом халате и тапочках но босу ногу.

- Ну что, мальчик, удивился? - проговорил незнакомец, улыбаясь. - да, я вышел встретить гостя в домашнем виде. Надеюсь, ты меня за это простишь? Ну поднимайся, пойдем в дом. Нам надо о многом поговорить, многое обсудить, многое тебе рассказать.

Саша, взъерошенный от любопытства и с открытым ртом, неуверенно последовал за человеком.

Ночной пейзаж вокруг, в общем то, не сильно отличался от обычного, хотя приземистое двухэтажное строение из красного кирпича странно выглядело среди глухого леса.

Никаких монстров, никаких мускуловиков, как говорил охранник, в поле зрения не наблюдалось. Может, они спрятались в сумраке подступившего вплотную леса и ждут момента, чтобы скрутить человека своими страшными руками и переломать ему кости?

Незнакомец в халате, однако, никаких признаков волнения не выказывал. Он был до странности домашним и, одновременно, нелепым в своем мещанском прикиде. Саня прибавил шаг и двигался теперь, едва ли не утыкаясь носом в раскачивающуюся на широком шагу спину.

Мужчина, подойдя к двери, не стал звонить или звенеть ключами, он просто поднес указательный палец к пластинке с горевшей красной точкой и дверь плавно отъехала в сторону. Саша открыл рот - такое он видел только в американских боевиках про супер ( ура! Вспомнил!) агентов.

Коридор, в который они попали, ничем не отличался от множества офисных коридоров - если бы Саня мог их видеть. Ковровая дорожка на полу, утопленные в потолок яркие кружки светильников, белые двери. Единственное, что отличало обстановку лесного дома от городских офисных контор, это полное отсутствие ручек. Озадаченный Санек, который понял, что нападение страшных монстров откладывается - по меньшей мере до тех пор, пока рядом этот доброжелательный дядька - заметил возле каждой двери такую же пластинку с красным огоньком.

Вот тут то он и ощутил покалывание в корнях волос - такие замки, если их можно назвать замками, стоили огромную кучу денег. Видимо, хозяина обладал такими капиталами, что мог купить всю область вместе с жителями и администрацией. От таких мыслей Саня оробел.

Меж тем человек в халате прижал палец к одной из дверей и шагнул внутрь.

Саня понял, что попал, видимо, в какую-то гостиную - подсвеченные деревья в кадках по углам, несколько кресел такой мягкости и глубины, что в их кожаных объятьях, казалось, можно утонуть, между ними - овальный, инкрустированный золотом стол на резных изогнутых ножках, какая-то снедь на нем. Саша задергал ноздрями - закуски, из которых он узнал только черную икру, попробовать ему которую за двадцать лет так и не пришлось, стояли на столе не просто так. Он клял себя за то, что катиться по стезе, проложенной матушкой и отцом, но ничего поделать на мог. К тому же он любил первые мгновенья пьянки, когда мир расцветает самыми яркими красками... о последствиях этого фейерверка думать даже не хотелось.

- Так что вот - невпопад начал мужчина, словно продолжая прерванную речь - уважаемый Александр, с внешней обстановкой нашего предприятия вы имели возможность ознакомиться. Я думаю что вас, как человека девственного, она впечатлила. Ну что, признавайтесь, произвели на вас впечатление те же самые бесшумные вагоны?

Саша пошевелил в рту пересохшим языком и с трудом произнес.

- А это... как оно... это... катиться?

Незнакомец сидел, вольно закинув ногу за ногу, выставив на обозрение шерсть на костистых коленях.

- Вагончики, мою юный друг, это пустяки. Вагоны - это, я вам скажу, самое примитивное, что у нас есть. Но!

Он вдруг поднял руку и Саша, теплея душой, увидел в ней узкую рюмку на длинном стебельке.

- Но то, что может произвести фурор в цивилизованном обществе... да нет, да что я такое говорю, фурор - это слишком, слишком слабо сказано - техногенную революцию, произошедшую мгновенно, как взрыв! Конечно, ей предшествовали годы кропотливой работы и, прямо скажем, без технических завоеваний человечества, которыми оно очень гордиться но которые, вместе с этим, ставит его на грань вымирания...

- Выпить можно?

- Что? - вытаращился на него срезанный профессор - Саша сразу про себя так его назвал. - Что вы сказали? Выпить?

ОН вдруг хлопнул себя по лбу и рассмеялся.

- Господи, ну конечно же, можно.

Он сунул руку куда-то под стол и, поколдовав там, предложил Сане точно такую же, искристо играющую гранями рюмку. Потом рассмеялся.

- Да, замечательно, что вы меня остановили. Есть у меня черта такая нехорошая - ну никак, понимаете ли, фонтан заткнуть не могу. Подчиненные, понимаете ли, бояться меня, а что меня бояться. А может и не бояться, может, просто уважают, но никто так, как вы, не смог мне просто так, по - хорошему, по простому сказать - а можно ли выпить? Вот что значит люди, не тронутые нашей дурацкой интеллигентностью... хотя, конечно, как знать, хорошо это или плохо... вы понимаете, есть у русских интеллигентов такая черта, бесхребетность такая проклятая. Вот берет вас за пуговицу какая нибудь хряпа и дышит перегаром в лицо, и рассказывает, как вчера он одному морду разбил, а у второго жену...как бы это... ах, да, соблазнил. А ты стоишь, слушаешь, проклинаешь себя за это, но ничего поделать не можешь. Нет в тебе сил отодвинуть этого пропахшего потом и перегаром люмпена и пойти своей дорогой.