— Садись картошку чистить. И нет здесь никаких мадемуазель, — заворчала она. — Valentine, и всё тут. Будешь хорошо работать, буду тебя сытно кормить.
Валя чистила картошку, потом вытирала посуду, потом кормила кур и кроликов.
Поздно вечером, когда она от усталости еле держалась на ногах, Мари уложила ее спать в темный чуланчик около кухни. Тюфяк положили прямо на пол, подушка была тверда как камень.
— Ничего, привыкай. Больше не барышня, — ворчала Мари.
Так началась Валина жизнь на кухне.
В первые дни ученицы прибегали к ней, ужасались и жалели.
— Ты теперь как Золушка, — утешала Валю Жизель. — Вот возьми, я принесла тебе конфету.
Но Валя трясла головой и не брала конфет.
— Оставьте меня в покое. Напрасно вы ходите. Мне надо пол мыть.
И она выливала целое ведро воды на кирпичный пол кухни.
Ученицы убегали с криком, боясь промочить туфли.
Скоро они совсем перестали заглядывать к ней на кухню.
Валя теперь стыдилась прежних подруг и была довольна, когда они забыли о ней.
Кухарка будила ее в пять часов утра. Было еще совсем черно. Валя, ежась от холода, надевала деревянные сабо, брала фонарь, корм для кроликов и шла во двор.
Работы было так много, что она едва успевала справиться с ней. С каждым днем кухарка наваливала на нее все новые дела.
Валя не жаловалась. Да и кому могла бы она пожаловаться.
Валя ни на что не надеялась, ничего не ждала.
Мадемуазель Корнбиш перестала давать ей уроки по воскресеньям.
— Удивительно быстро поглупела Valentine, — вздыхала она. — Учить ее напрасная трата времени. А жаль. Она казалась такой способной.
С наступлением зимы работать стало еще труднее. Валя постоянно кашляла, руки ее потрескались и болели. Но Мари не обращала на это внимания.
— Лентяйка, дармоедка, — упрекала она Валю.
Как-то в ноябре Валя шла по двору, осторожно неся ведро воды. Сабо ее скользили по замерзшей земле. Ветер трепал концы завязанного крест-накрест платка.
Дверь открылась, из дому со смехом выбежали девочки. Валя хотела спрятаться, но они уже увидели ее. Они окружили Валю и, взявшись за руки, закружились вокруг нее.
громко запели они.
Валя поставила ведро на землю и, затыкая уши, побежала к кухне. Девочки бросились к ней.
пели они, дергая Валю за развевающиеся волосы и за концы платка.
Валя вбежала в свой чуланчик, закрыла дверь на крючок и, сев на пол, громко заплакала.
Кухарка постучалась к ней.
— Это еще что за новости — среди дня плакать, бездельничать. Подумайте, велика важность, что маленькие барышни посмеялись над тобой. Иди мыть посуду. Живо.
Среди ночи Валя неожиданно проснулась. В узкое окно светила луна. Валя провела рукой по щекам. Щеки были мокрые. Значит, она плакала во сне. Но сна она не помнила, и ей не было грустно. Напротив, ей давно уже не было так легко, так покойно, почти весело.