Норберт захлебывался от слез.
— Ах, Джо! — причитал он, в отчаянии прижимая к груди высокий резиновый сапог, должно быть, свалившийся с ноги несчастного «героя-воителя». — Это, наверное, когда людоед… его… — Норберт выпрямился, озираясь в поисках хоть каких-то следов своего друга и последнего героя-воителя Чвокой Шмари. Но кроме огромных следов Энгельберта Необъятного, что вели на вершину холма и скрывались за ним, больше ничего в пыли видно не было. — ДЖО! — рыдал Норберт. — ДЖО!
Его отчаянный призыв эхом разносился по бесплодным холмам и затихал вдали, не получая ответа.
— ДЖО!
Вероника взлетела ему на плечо.
— Вряд ли Джо может тебя услышать, — мягко сказала она.
— Никогда нельзя знать наверняка, — возразил Норберт, и в его скорбном голосе послышались нотки надежды. — Если меня хоть чему-то и научил мой двоюродный прадед Ларри Неудачник, так это тому, что никогда нельзя терять надежду. «Всегда какой-нибудь выход да подвернется!» — так говорил он, пока его, увы, не сожрал дракон.
— Боюсь, на сей раз уже ПОДВЕРНУЛОСЬ, — тихо промолвил Рэндальф и протянул Норберту плоский дискообразный предмет тускло-серебристого цвета.
— А… это еще что такое? — И Норберт весь задрожал.
Рэндальф указал ему на согнутую черную ручку, торчавшую с одной стороны, и прошептал:
— По-моему, Боевой Колпак Сарказма…
— Нет!.. — задохнулся Норберт. — Не может быть! Неужели ты хочешь сказать, что…
— Как справедливо заметил твой приятель О’Грабили, которого ты упорно называешь Кралли, — с упреком глянула на Рэндальфа Вероника, — «что заплатал, то и получил»! — Она возмущенно поцокала клювом. — Неужели тебе не жаль мальчика, толстокожий?
— Нет, ЭТО никак не может быть его шлемом, — бормотал Норберт, ощупывая и осматривая смятую в лепешку кастрюлю. — Ну, скажите, прошу вас, ведь не может?
— Боюсь, что может, Норберт. И, по-моему, это как раз и есть его БЫВШИЙ шлем, — сказал Рэндальф и покачал головой. — Совершенно плоский! Можно сказать, даже более плоский, чем взорвавшаяся газовая лягушка…
— Прекрати! — взвыл Норберт и ладонями закрыл уши. — Прекрати! Прекрати! Прекрати!
— Ну-ну, Норберт, — Рэндальф ласково потрепал людоеда по плечу, — все хорошо, все в порядке.
— Нет, все НЕ хорошо и все НЕ в порядке! — вдруг рассвирепел Норберт. — Ничуть не в порядке! Сперва Квентин! Теперь Джо! — Он вытащил из кармана грязный носовой платок и громко высморкался. — Я так больше не могу!
Вероника покружилась над Рэндальфом и пронзительно крикнула:
— И виноват во всем ты! Я сразу сказала, что Джо для таких дел не годится. Нашел героя-воителя, тоже мне!
— Но он действительно настоящий герой! — запротестовал Рэндальф. — И я призвал его с помощью…
— Ты и Квентина с помощью этого заклятия призвал! — прервала его Вероника. — И вспомни, что с ним стало?
— Ой-ой-ой! — снова запричитал Норберт.
— Норберт, немедленно успокойся! — велел людоеду Рэндальф. — Ничего, мы попробуем вызвать другого героя-воителя, еще лучше прежних…
— ОЙ-ОЙ-ОЙ!
— Третий раз счастливый, да? — ядовито заметила Вероника. — Черт возьми, Рэндальф! Ты порой бываешь совершенно бесчувственным. Почему бы тебе, кстати, не прихватить с собой и дурацкий трезубец, и сплющенную кастрюлю? — противным голосом предложила она. — Возможно, О’Грабили возместит тебе убытки!
— Да? А это идея… — задумчиво промолвил Рэндальф.
— Ой-ей-ей-ей-ей! — Норберт даже ногами затопал.
— Но идея плохая! — торопливо прибавил волшебник. — Разумеется, я и не мечтал…