— Ну, наконец-то! — ехидно заметила сверху Ингрид. — И ради твоего же блага, Уолтер, пусть это будут все-таки поющие шторы! Меня уже тошнит от бесконечных разговоров о выжатых как лимон овцах! Я хочу, чтобы меня нежно баюкали, Уолтер. Я хочу, чтобы меня утешали…
— Да убаюкают тебя, убаюкают, хворост мой сахарный, — проворчал барон и открыл дверь.
На верхней ступеньке крыльца стоял маленький и хрупкий эльф в полосатой одежонке и с дурацким пером на шляпе.
— Я гонец из Гоблинтауна! — сообщил он, — Принес вам привет от мистера О’Грабили.
— А какого-нибудь пакета вместе с приветом ты не принес? — с надеждой спросил Рогатый Барон.
— Нет, только привет и устное послание, — сказал эльф, потупившись и сокрушенно качая головой.
Рогатый Барон закатил глаза.
— Ну, и каково же это послание? — спросил он.
Эльф тяжело вздохнул, откашлялся и начал довольно громко:
— Слава богу! — пробормотал Рогатый Барон.
— «Однако же…» — продолжал эльф.
Рогатый Барон поднял руку.
— Что «однако же»? — сказал он. — Мне даже слышать эти слова противно.
— В таком случае я могу сразу перейти к «желаю тебе, господин мой, всего наилучшего», — предложил эльф-гонец.
— А в послании ничего не говорится о том, когда поющие шторы будут готовы? — спросил Рогатый Барон.
— Говорится, но как раз в той части послания, которая начинается с «однако же», — отвечал эльф.
Рогатый Барон с отвращением поцокал языком, отлично слыша, как со все возрастающим нетерпением гопает Ингрид у него над головой.
— Хорошо, — вздохнул он. — Тогда начинай с «однако же» и далее по порядку.
— Завтра к пяти? Да еще «возможно»? — Рогатый Барон прямо-таки задыхался от негодования, но эльф продолжал как ни в чем не бывало:
— Все! Да он и о половине «причиненных мне неудобств» понятия не имеет! — фыркнул Рогатый Барон. — Ну и как прикажешь мне теперь объяснить все это баронессе? — Он сокрушенно покачал головой. — Ты закончил?
Гонец кивнул и протянул руку:
— Вам только нужно уплатить за доставку послания: три медных гроша.
— Что? — удивился Рогатый Барон. — Ты хочешь сказать, что О’Грабили послал гонца, не купив почтовую марку?
— Ах да! — воскликнул эльф. — Я и забыл, извините. Марка у меня есть, и ее стоимость можно вычесть из моего окончательного гонорара. Это уж как договоримся.
— Из окончательного гонорара? — вскричал Рогатый Барон. — Договоримся? Сейчас я с тобой договорюсь! Этот О’Грабили у меня мигом очутится в донжоне в обществе двадцати розовых смердунов и одного никудышного волшебника! С него, я думаю, будет вполне достаточно.
— Значит, именно это мне и передать в ответ? — спросил эльф-гонец?
— Да я!.. — Рогатый Барон схмутился, нахмурился и погладил подбородок. — Нет, конечно, — решительно сказал он.
— Нет?
— Нет, — подтвердил Рогатый Барон. — Передай О’Грабили благодарность за труды и скажи, что я с нетерпением жду его прибытия…
— УОЛТЕР! — донеслось сверху.