Хегор ушам своим не поверил. Во-первых, лешие — вообще не оборотни,
— Да оборотень он!.. — Бирюк сам взвыл не хуже лесного разбойника. — Только не волк и не медведь!
— А кто ещё бывает? — растерянно спросил кто-то.
— Как ты его назвал. Змей он и есть! — вернее, змеёныш!..
Народ отпрянул, с ужасом глядя на мальчишку.
— А, змеёныш! Бей, сейчас превратится! — бесновался Бирюк. — Сговорился с водяным! Куда дели дочку, сожрали?!.
Видимо, ответ его не очень интересовал, потому что он тут же ударил, пытаясь насадить мальчишку на копьё.
— Я не оборотень! — закричал Хегор, уклоняясь.
— А ну, кажи кровь!.. — закричал Сивый. — Глянем, красная ли!
Что за идиоты, конечно, у оборотней тоже красная кровь!.. Но идея пришлась мужикам по вкусу. Уже несколько копий грозило сверкающими наконечниками. Его оттеснили к самой воде. Хорошо, не догадались окружить, подумал мальчишка.
— Кажи, кажи кровь!.. Не хочешь? Да мы…
Хегор смотрел на людей и не видел их. Толпа представлялась ему одним многоголовым чудовищем, наподобие болотной гидры, готовым броситься, растерзать… так ли он отличен?..
Всё изменилось во мгновение ока.
Люди видели всего лишь маленького запуганного волчонка — или, может быть, змеёныша, и вдруг он присел, раскинув когтистые руки, распахнул пасть, куда уместился бы кулак мужчины, и выдал такой рык, что посрамлённый огр попросился бы в ученики.
Толпа отшатнулась. Кто выронил копьё, кто оступился на камнях и грохнулся, кто был напуган вовсе до стыдного дела.
Хегор повернулся и бросился в воду.
Народ ахнул. Мальчишка — змеёныш, вне всякого сомнения, плыл неловкими саженками, довольно быстро пересекая старицу. А за ним от хатки водяного вдруг потянулась расширяющаяся дорожка ряби.
— Водяной! — завопил кто-то. — Берегись, парень!..
Голос растерянно пресёкся.
— Берегись, Змеёныш! — закричал Сивый. — Давай сюда, не тронем!..
— Мы тебя потом убьём — сначала водяного! — идея нашла поддержку, но Змеёныш не думал поворачивать. Рябь настигла его, и — словно столетний сом грохнул плавником по воде. Взметнулись брызги, донёсся неразборчивый рык, как будто оборотень превращался.
— Хана ему, — сказал Сивый, выразив общее мнение. — Змеёныш силён, но водяного у себя дома никого не одолеет…
Волнение улеглось, и по воде стала расплываться кровь — обычная, красная.
— А, может быть, он, змеёныш, тоже порвал водяного, — робко предположил другой.
— Скажешь тоже. Змеёныши все шибко быстрые, но в воде-то какой от быстроты прок?.. Не, водяной заел его, и…
И все дружно ахнули, отпрянули от берега, когда вынырнул безобразно раздутый труп. Зелёный, похожий на жабу — тело пузатое, а руки и ноги тонкие, с длинными перепончатыми пальцами.
— Хватай!.. — выдохнул кто-то. Смелый забрёл в воду, ткнул копьём, подтягивая ближе. Водяной не трепыхнулся, вяло переворачиваясь в струях воды. Из многочисленных ран его текла бледно-розовая жидкость, похожая на сильно разбавленную водой и слизью кровь.
— Когти, зубы… — замечал кто-то раны. — А это?.. никак нож!
— Радуйся, паря, — Бирюк на всякий случай отвесил подзатыльник сынку. — На змеёныша лаял, так он тебя не сожрал, только по морде стукнул разок!..
Мальчишка открыл рот, собираясь напомнить отцу, кто дал ему такое задание… но вместо этого сказал другое: