Буратино: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Уже до вечера меня снова ткнули в мою слабость и малость в этом мире. Здесь ты - никто и звать тебя - никак...

   Когда солнце поднялось и прогрело поляну, я смог выпустить свой дрючок. Хорошее дерево попалось - не расщепился и не измочалился. Только отпечатки зубов на одном конце остались. Туман поднялся, речка какая-то. Пока возился с костерком, кормил горяченьким Марьяшу, снова увязывал и запрягал - дело уже к полудню. Проехали мимо места, где волк перед рассветом стоял, еще немного лесом и выкатились к селищу.

   Граф Игнатьев в своих записках во время русско-японской войны отмечал, что в Маньчжурии даже деревни все огорожены стенами. Невысокими, глинобитными. Но в зимнее время при тамошних морозах русская шрапнель эти стенки не пробивала.

   Здесь у меня шрапнели нет, а на Руси все селения тоже в стенах. Не глиняных, конечно, - деревянных. Разных высоты, плотности, конструкции. В данном конкретном случае - ни рва, ни вала. Частокол из заострённых брёвен в два роста. Не сильно крепкая крепость. От малого ватажка, может, и отобьются. От большого - вряд ли. Про дружину княжескую и разговора нет. Такие стены ставятся больше от зверя - от лис да хорьков. Чтоб кур не воровали. А больше - от своих. Чтоб собственная живность не ушла.

   Для чего Великая Китайская поставлена? Для защиты от кочевников. Кочевники пришли? Караулы только ворота держат - перелазьте где хотите. Но... коней не перетянуть. А много степняк без коня навоюет? А и навоюет - как назад? Ни хабар, ни полон... Главное - скот угнанный в степь не перетащить. И от своих очень помогает. Мало кто голым да пешим побежит из Поднебесной в Степь.

   Мда... Ватажок взять может. Но - не объехать. За деревней на речке видно брод. Мне бы на ту сторону... Можно. Но только через ворота. Ворота открыты. Но в воротах - воротники. Стража. Местные ополченцы в каких-то... тигелях? Пока я соображал, конёк уже на открытое место вышел, нас заметили. Поворачивать? Совсем худо будет... Вообщем, дотащились до ворот. Дальше, как положено, допрос с досмотром переходящий в тоже самое, но - "с пристрастием".

   Ни слова неправды. Десятник подходит. Ну и морда лица у него... Хоть прикуривай.

  -- Откуда?

  -- Оттуда. Из-за Десны. Попали под поганых. Всех порубили, мы вот вылезли.

  -- А конь?

  -- Поганые хутор сожгли. Всех вырезали. Вот - подобрал. На сгоревшем.

   Что хутор половцы сожгли - правда. А что подобрал на другом, который сам же и запалил, - уточнять не обязательно.

  -- Значит не твоё. А много тут чего. И конёк добрый. Мне в хозяйстве в самый раз будет.

   Так. "Грабь награбленное" в исполнении стражников 12 века.

  -- О, да здесь и баба есть. А бабёнка-то ничего.

   Никогда не буду путешествовать с женщинами. Особенно - с красивыми по местным меркам. А он ей уже и губы раздвинул - зубы смотрит. Даже на хуторе дед так не делал. Марьяша молчит, только глазами моргает. Глаза у неё... Ничего она не понимает. А мужик уже и тулуп поднял. Рубаху у неё на груди оттянул.

  -- Ишь ты, какое богачество. Мне как раз и батрачка к коню нужна.

   У меня снова бешенство подступает. Аккуратненько так дрючком руку его подцепил.

  -- Руки убери. Это боярыня Марьяна Акимовна, дочь смоленского сотника Акима Рябины, жена вашего черниговского боярина Храбрита Смушковича.

  -- Чего? Ты, бл... сопля, в меня палкой?! Я тя в бараний рог...

   Вот тебе и "пусть прогнётся". Сейчас меня с телеги собьют и будут пинать. Долго и больно. Тут еще один из стражников вступил:

  -- Не ори (десятнику). Какого такого Акима Рябины дочка? (это мне)

  -- Акима Яновича. Сотника лучников в дружине смоленского князя Ростислава Мстиславича.

  -- Ивашко! Да чё ты слушаешь! Да брехня это все! (это десятник возражает) Какой сотник? Не знаю никакого сотника. Тут полная телега барахла и баба мягкая. Слышь, мужики. Тихонькая. Безотказная. Заводи в ворота и ко мне на двор. И вечером - всех в гости прошу.

  -- Сказано - замолчь. Ты в на Угру ходил? А меня там смоленцы стрелой пробили. Насквозь. После боя пошли стрелы свои по полю собирать. Меня хотели дорезать и стрелу вырубить. Сотник их не дал. Расщедрился и велел наконечник обломать и стрелу вытащить. Так что я ему жизнью обязан. Сотнику смоленских стрелков Акиму Рябине. Так что, дочка его поедет куда ей надобно безо всякого ущербу. Ещё чего вякнешь? (последнее - персонально десятнику).

   Ответом было всеобщий ропот под названием "дык мы чё? Дык мы понимам". Неожиданный заступник подхватил моего конька под уздцы и пошёл в ворота.

  -- Эта... Марья. Чего с ней?

  -- На болоте воды хватанула. Но жар вчера кончился. Просто ослабела сильно.

  -- А куда ты её тянешь?

  -- К отцу её. У него на Угре хутор.