Собака от носа до хвоста. Что она видит, чует и знает: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тем не менее среди звуков, которые издают собаки, лай ближе всего к звукам речи. Собачий лай, как и звуки речи, возникает в результате вибрации голосовых связок и прохождения воздуха через полость рта. Поскольку частоты лая совпадают с частотой звуков человеческой речи (от 10 Гц до 2 кГц), люди склонны искать в лае особый смысл; мы даже транскрибируем его при помощи фонем нашего языка («гав», «вуф» и так далее). Французские собаки лают «уау-уау», норвежские — «воф-воф», а итальянские — «бау-бау».

Некоторые этологи, впрочем, полагают, что лай не служит целям коммуникации, что он неоднозначен и даже бессмыслен. В пользу этой точки зрения свидетельствует трудность «дешифровки» лая: иногда собаки лают без видимой причины или аудитории, либо куда дольше, чем, на наш взгляд, требуется для передачи любого сообщения. Представьте собаку, которая лает, не умолкая, на другого пса. Если этот лай исполнен значения, почему оказывается недостаточно одного-двух гав?

В этом суть проблемы, с которой сталкиваются ученые, исследующие субъективное восприятие мира животными, — ведь собаке невозможно задать вопросы. Каждый компонент поведения животного подвергается тщательному анализу: ученые ищут в нем смысл. Немногие человеческие действия выдержат настолько дотошный разбор и не уронят человечество в глазах исследователя.

Если бы вы записали на видео, как я дома, в присутствии Пумперникель, репетирую речь, которую мне предстоит произнести вечером, то, вероятно, подумали бы, что: а) мне кажется, будто собака меня понимает, б) я разговариваю сама с собой. Так или иначе производимые мною звуки трудно назвать коммуникацией: у меня нет слушателей, способных меня понять. Таким же образом, некоторые неудачные примеры из жизни собак способны разуверить в том, что они в принципе способны общаться. Большинство ученых, впрочем, полагает, что лай все-таки имеет смысл, который зависит от контекста и даже индивидуальных особенностей животного. Лай, особенно предупреждающий, — одно из основных различий между домашними собаками и другими представителями семейства псовых. Волки тоже лают, предупреждая сородичей об опасности, но редко, и звучит это скорее как «вуф», а не как заливистый лай, к которому мы привыкли. Собаки лают не только чаще волков; они разработали целый ряд музыкальных вариаций этой темы.

Есть несколько типов лая, звучащих в определенных ситуациях. Собаки лают, чтобы привлечь внимание или предупредить об опасности, от страха, в качестве приветствия, в игре, от одиночества, тревоги, замешательства, дискомфорта. Смысл лая обусловлен контекстом, но не только: спектрограмма показывает, что лай представляет собой смесь тонов, звучащих при рычании, скулении и тявканье. Изменяя степень преобладания одного тона над другим, собака придает лаю иной характер — то есть иное значение.

Первые исследователи собачьей вокализации пришли к выводу, что всякий лай имеет целью привлечение внимания. Собаки действительно привлекают внимание, когда поблизости есть кто-то, способный их услышать. Недавние исследования обнаружили еще более тонкие различия между разными типами лая. Хотя лай действительно связан с привлечением внимания, можно с тем же успехом сказать, что люди говорят, чтобы быть услышанными: так и есть, но это не единственная причина.

Ученые изучили спектрограммы тысяч образцов лая в трех ситуациях: незнакомец звонит в дверь; собака ждет, пока ее впустят в дом; во время игры — и выделили три разных типа звуков.

Звук лая в адрес чужака — самый низкий и резкий; пес буквально выплевывает звуки. Этот лай менее вариативен и предназначен в основном для передачи информации на расстоянии, что иногда бывает необходимо, если собака оказывается в угрожающей ситуации одна. Этот лай может быть продолжительнее, чем звучащий в других ситуациях. С точки зрения слушателей, он наиболее агрессивен.

Во втором случае звук лая заметно выше и вариативнее, он может звучать то тише, то громче, то выше, то ниже. Лай отрывистый, звуки могут производиться со значительными интервалами. Люди, как правило, слышат в нем испуг.

Игровой лай также звучит на высоких частотах, но он звучит чаще, чем лай собаки, оказавшейся в одиночестве. В отличие от второй ситуации, он направлен на партнера — другую собаку, участвующую в игре, или человека. Разумеется, есть и индивидуальные варианты; не все собаки лают одинаково.

Различия между типами лая эволюционно обусловлены: низкочастотные звуки употребляются в угрожающих ситуациях, когда животное желает казаться больше, а высокие означают просьбу, исходящую от подчиненной особи (например, собака хочет играть). Лай может использоваться для подтверждения своей личности или принадлежности к определенной группе (даже если группа состоит из меня и вон той женщины на другом конце поводка, а не меня и моих корешей, с которыми я тут зависаю). Совместный лай может быть формой выражения социальной сплоченности. Лай может быть протяженным, как вой. За солирующей собакой может вступить целый хор — и все окрестные псы поспешат внести свою лепту.

Когда мы подходим к кому-нибудь на улице, Пумперникель демонстрирует все свои способности: если она узнает человека, то слегка наклоняет голову, застенчиво смотрит, будто поверх очков, и виляет низко опущенным хвостом. Совсем по-другому она приближается к кобелю, который ей нравится, — устремлена вперед, хвост высоко поднят, безупречная осанка… К подруге Пумперникель подходит расслабленно, с разинутой пастью, и слегка толкает ее в бок.

Возможно, вы сейчас сидите в уютном кресле. Или, например, едете в метро, цепляясь за поручень, а книга втыкается в спину соседа. Скорее всего вы ничего не хотите сказать вашей позой: просто сидите, стоите, идете, лежите.

В других контекстах положение вашего тела будет нести информацию. Бейсболист-кетчер приседает, когда готовится поймать мяч. Родитель садится на корточки и разводит руки, предлагая ребенку обнять его. Если во время пробежки вы видите знакомого, то останавливаетесь и приветствуете его. Или, напротив, увидев кого-то, поворачиваетесь и убегаете. Для животного с ограниченным вокальным репертуаром язык тела еще более важен. Собаки используют определенные позы для передачи определенной информации.

У животных существует язык телодвижений, производимых тазом, головой, ушами, ногами, хвостом. Собаки интуитивно знают, как «перевести» эти движения; я поняла это после сотен часов наблюдения за собаками. Мы, должно быть, кажемся им очень скованными: собаки способны выразить что угодно, от игривости до агрессии, простым изменением положения тела. Мы же, вынужденные держать спину прямо, почти всегда сохраняем статичность позы или передвигаемся, совершая минимум «лишних» движений. Время от времени, слава богу, мы поворачиваем голову или размахиваем руками.

Для собак определенное положение тела может означать агрессивные намерения или, напротив, самоуничижение. Стоя прямо, в полный рост, с поднятой головой и навостренными ушами, собака сообщает о своей готовности взаимодействовать и даже сделать первый шаг. Вздыбленная шерсть на загривке и спине — это не только видимый признак возбуждения, но также средство подать запаховый сигнал при помощи кожных желез. Чтобы усилить эффект, собака может подняться на задние лапы, а иногда даже опереться на голову или спину другой собаки. Это утверждение своего доминантного положения. А вот поза, имеющая противоположное значение: собака горбится, опускает голову и уши, поджимает хвост или даже ложится и подставляет брюхо.[28]

Поведение собак в основном подчиняется принципу антитезы (противоположным по значению позам соответствуют противоположные эмоции). Выражение морды, прежде всего движение челюстей и положение ушей, также описывается этим правилом. Пасть может быть закрыта, открыта или расслаблена, губы приподняты, нос сморщен, зубы оскалены. Оскал с сомкнутыми челюстями символизирует подчинение; открытая пасть — растущий интерес; если собака показывает зубы — это демонстрация агрессии. Широко разинутая пасть без обнажения зубов (зевок) — это не признак скуки; напротив, он может означать беспокойство, смущение, стресс — собаки часто зевают, чтобы успокоить себя и окружающих. Уши также участвуют в общении: они бывают подняты, расслаблены, опущены, плотно прижаты к голове. Пристальное рассматривание означает угрозу, а отведение глаз, напротив, подчинение, попытку унять чужую тревогу или погасить возбуждение. Иными словами, в каждом случае есть свои крайности в пределах эмоционального континуума — от полнейшего спокойствия до тревоги и страха.

Собачий хвост почти всегда в движении (а если нет, то это тоже имеет определенный смысл). Неподвижная, застывшая поза — своего рода восклицательный знак, показатель напряженности ситуации. Собачьи позы, как правило, непрерывно меняются — и положение хвоста тоже. К сожалению, никто еще не исследовал вполне значение хвоста для собак.

Дешифровать «язык» собачьего хвоста непросто из-за огромного количества его «диалектов»: например, пышный «плюмаж» золотистого ретривера совершенно не похож на «штопор» мопса. Хвосты у собак бывают длинные и короткие, прямые и закрученные, висячие и постоянно стоящие торчком.

Волчий хвост представляет собой нечто среднее между хвостами представителей разных собачьих пород: он длинный, слегка поросший шерстью и, как правило, опущен вниз. Первые этологи, анализировавшие различные положения волчьего хвоста, насчитали по меньшей мере тринадцать его позиций, имеющих тринадцать различных значений. Высоко поднятый хвост обозначает уверенность, самоутверждение или возбуждение (интерес, агрессию); опущенный говорит о подавленности, стрессе, тревоге. Поднятый хвост также обнажает область вокруг заднего прохода, позволяя самоуверенной собаке распространять свой запах. Напротив, зажатый между ног хвост, прикрывающий тыл, — это явное выражение подчинения и страха. Если собака просто ждет, ее хвост расслаблен, опущен, но не напряжен. Слегка приподнятый хвост — знак легкой заинтересованности или бдительности.

Но ситуация не ограничивается уровнем подъема хвоста: собака им еще и машет. Виляние — это не только признак радости. Высоко поднятый, напряженный хвост может означать угрозу, особенно в сочетании с прямой осанкой. Быстро машущий, низко опущенный хвост — еще один признак подчинения (вспомните, как выглядит хвост собаки, которую вы застали жующей ботинок). Энергичность виляния хвостом указывает в некоторой степени на интенсивность эмоций. Легкое помахивание — это слабый интерес. Расслабленный, энергично машущий хвост обычно сопровождает поиск мячика в высокой траве или изучение нового следа. Общеизвестное радостное виляние, несомненно, отличается от всего: высоко поднятый или вытянутый хвост с силой описывает полукруги в воздухе — проявление восторга, которое ни с чем не перепутаешь. Даже замерший хвост имеет значение: не двигая хвостом, собака внимательно смотрит на мяч в вашей руке или ждет команду.

Исследователи, которые изучают мозг собаки, попутно узнали нечто новое и о хвосте: виляние асимметрично. В среднем, хвост энергичнее движется вправо, когда собака видит человека или другое существо, которое представляет для нее интерес (например, кошку). А при встрече с незнакомой собакой ваш пес виляет хвостом (менее интенсивно, чем при встрече с вами) преимущественно влево. Это можно заметить, медленно просмотрев видеозапись (очень рекомендую), — если только ваша собака не предпочитает вилять хвостом вверх-вниз.

Собака весьма выразительно пользуется телом: она общается и при помощи движений. Даже паузы между взаимодействиями наполнены движением. Когда собака встряхивается, ее шкура буквально ходит ходуном. Так пес обозначает, что покончил с занятиями одного рода и переходит к другим. Не у всех собак шерсть на загривке способна вставать дыбом, длинный хвост — размашисто вилять, а уши — приподниматься в знак любопытства. Когда косматая венгерская овчарка (комондор) приближается к другим собакам, ни ее глаза, ни уши не видны из-под длинных «дредов». Выводя собак, обладающих определенным, устраивающим нас экстерьером, мы снижаем их коммуникативные способности. Так, лексикон собаки с купированным хвостом беднее, чем собаки с целым.

Исследования сигналов, используемых десятью различными собачьими породами, подтверждают это. Если сравнить поведение английского той-спаниеля, французского бульдога, сибирской лайки и так далее, обнаружится отчетливая связь между внешностью собаки и количеством используемых сигналов. Животные, чей экстерьер (по сравнению с волком) заметнее всего изменился в процессе одомашнивания (например, той-спаниель), посылают меньше всего сигналов. Эти так называемые педоморфные, или неотенические собаки, сохраняющие в зрелом возрасте щенячьи черты, меньше всего напоминают взрослых волков. Зато лайки, которые внешне и генетически близки к Canis lupus, подают почти такие же сигналы, как и волки.

Учитывая то, что многие невербальные сигналы содержат информацию о статусе, силе, намерениях животного, способность их посылать собаки во многом утрачивают в мире, где собаками руководят люди. Но те же самые сигналы, которые используются в общении между животными, также можно применять и для донесения информации до человека. Идя по улице, я заворачиваю за угол и чуть не наступаю на незнакомую собаку, идущую на длинном поводке. Она немедленно приседает, энергично виляет опущенным хвостом и пытается лизнуть меня в лицо. Так она старается убедить меня в своих мирных намерениях.

Пумперникель всегда ведет себя одинаково, когда я, покончив со своими утренними делами, выхожу с ней на улицу. Она отходит на два шага от двери и бесцеремонно усаживается гадить. Пумперникель сосредоточена: хвост — закрученный и высоко поднятый, чтобы не испачкать, — как будто тянет ее тело вверх. Процесс (струя в этот раз и в самом деле мощнее обычной) сопровождается заметным расслаблением лицевых мускулов — а мне совестно, что я заставила Пумперникель ждать так долго. Потом она рассматривает мочу, которая просачивается в трещины на тротуаре и исчезает.

Как мы уже выяснили, лай, рычание и виляние хвостом, голос и поза — не все средства коммуникации, которыми располагают собаки. Ничто из этого арсенала не сравнится с обменом запахами. Мочеиспускание, как уже говорилось, также является коммуникативным средством — самым очевидным для нас. Трудно поверить, что опорожнение мочевого пузыря — это коммуникативный акт, точь-в-точь как дружеский разговор или произнесение речи перед избирателями. В некотором смысле оно похоже на то и на другое: во-первых, это часть нормального собачьего общения, во-вторых, метка мочой — это своего рода прокламация, написанная на пожарной колонке.

Возможно, вы удивитесь, если я назову обмен подобными «заявлениями» на столбах коммуникацией — и не только потому, что информация передается совсем не при помощи уст. Люди в основном общаются целенаправленно, то есть адресуют сообщение другим людям (тем, кто находится достаточно близко, чтобы услышать нас, ничем не отвлечен, знает наш язык и способен понять то, что мы говорим). Намерение (интенция) отличает коммуникативное сообщение от инстинктивного «ох!» при ударе в живот, краски стыда при выслушивании комплимента, жужжания москита, наконец, от информации, передаваемой огнями светофора или приспущенным флагом.

[28] Собаки принимают во внимание не столько рост друг друга, сколько позу; размер не обязательно предполагает доминирование. Маленькие храбрые собаки отнюдь не считают себя большими и грозными. Просто они знают, что поза важнее размера.