Операция «Фарш». Подлинная шпионская история, изменившая ход Второй мировой войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Карты

Предисловие

Ранним утром 10 июля 1943 года войска Великобритании, США и стран Содружества высадились на берег Сицилии, впервые атаковав гитлеровскую «крепость Европу». Задним числом вторжение на этот итальянский остров можно оценить как триумф, как поворотный момент войны и жизненно важный шаг к общей победе на ее европейском театре. Подготовка к этой крупнейшей на то время морской десантной операции заняла месяцы, и, хотя бои были яростными, потери союзников оказались сравнительно невелики. Из 160 тысяч военнослужащих, принимавших участие в высадке на Сицилии и захвате острова, в живых осталось более 153 тысяч. Столь малые потери оказались возможными во многом благодаря человеку, умершему семью месяцами раньше. Успех сицилийской операции предопределили сокрушительная мощь, хорошее материально-техническое обеспечение, скрытность и неожиданность. Но, кроме того, в ее основе лежала обширная сеть дезинформации и, прежде всего, один впечатляющий обманный трюк, который придумала группа офицеров разведки с английским юристом во главе.

О замечательном человеке по имени Юэн Монтегю я узнал, собирая материал для своей более ранней книги «Агент Зигзаг» об Эдди Чапмене, двойном агенте времен Второй мировой войны. Барристер (адвокат с правом выступать в суде) в гражданской жизни, Монтегю был офицером морской разведки и одним из тех, кто руководил действиями Чапмена, но более известен он как автор вышедшей в 1953 году книги «Человек, которого не было» о разработанной им в 1943 году операции по дезинформации противника под кодовым названием «Фарш».[1] В более поздней книге «Открывая тайну „Ультра“», написанной в 1977 году, Монтегю упомянул о неких материалах, которые «при специфических обстоятельствах и по особым причинам мне было позволено держать при себе».

Это странное замечание, сделанное мимоходом, запало мне в память. Я предположил, что «специфические обстоятельства», должно быть, связаны с написанием книги «Человек, которого не было», которую перед публикацией проверил и одобрил Объединенный разведывательный комитет. Я не мог вообразить себе иной причины, по которой бывшему офицеру разведки было бы «позволено держать при себе» секретные документы. Ведь статус офицера разведки никоим образом не предполагает хранения совершенно секретных материалов. Но если Юэну Монтегю разрешили хранить их столько лет после войны, то где они сейчас?

Монтегю умер в 1985 году. О его бумагах ни в одном из некрологов не упоминалось. Я отправился к его сыну Джереми Монтегю, известному специалисту по музыкальным инструментам в Оксфордском университете. Многозначительно блеснув глазами, Джереми повел меня на второй этаж своего обширного, причудливо распланированного оксфордского дома и в одной из комнат вытащил из-под кровати большой пыльный деревянный сундук. В нем лежали папки с документами МИ-5 (контрразведки), МИ-6 (службы внешней разведки) и военно-морской разведывательной службы; некоторые бумаги были перевязаны бечевками, и на многих стоял гриф «Совершенно секретно». Джереми сказал мне, что часть отцовских бумаг была после его смерти отправлена в Имперский военный музей, где они еще ждут каталогизации, а все прочее так и осталось лежать в сундуке: письма, докладные записки, фотографии и оперативные донесения, связанные с дезинформационным планом 1943 года, а также оригинальные, нецензурированные рукописи его книг. Здесь же, кроме того, была неопубликованная 200-страничная автобиография Юэна Монтегю и, пожалуй, наиболее важное: копия секретного официального отчета об операции «Фарш» — самом смелом, странном и успешном обмане Второй мировой войны.

То, что получение мной доступа к этим бумагам выглядит как эпизод из шпионского фильма, вряд ли можно считать случайностью: Монтегю знал толк в драматических эффектах. Он, конечно, предвидел, что документы когда-нибудь будут обнаружены.

Хотя «Человек, которого не было» по прошествии полувека с лишним после публикации нисколько не утратил интригующего аромата скрытной военной борьбы, эта книга сознательно утаивает часть правды; местами она намеренно вводит читателя в заблуждение. Сейчас, после снятия ряда правительственных запретов, касающихся секретности, после раскрытия некоторых материалов из Национальных архивов и всего, что лежало в старинном сундуке Юэна Монтегю, история операции «Фарш» впервые может быть рассказана полностью.

План операции родился в голове писателя, а группа персонажей, причастных к его осуществлению, совершенно невероятна по составу: блестящий барристер, семья, владеющая похоронным бюро, судебный патологоанатом, золотоискатель, изобретатель, капитан подводной лодки, английский высокопоставленный разведчик-трансвестит, автогонщик, хорошенькая секретарша, легковерный нацист и ворчливый адмирал, увлекающийся ловлей рыбы на мушку.

В центре этой отвлекающей операции, которая способствовала высадке союзников на Сицилии и помогла им выиграть войну, находился человек, которого не было. Но те люди, что выдумали его, и те, что поверили в него, и те, что обязаны ему жизнью, — все они, безусловно, были.

Вот их история.

От редакции

В русском издании книги «Операция „Фарш“» для сокращения объема опущены подробные постраничные ссылки на архивные документы, использованные автором при работе над книгой, так как подавляющее большинство русских читателей не имеет доступа к британским архивам. Большинство выделенных в тексте кавычками цитат восходит к документам, содержащимся в следующих архивах:

National Archives, Kew (TNA).

Imperial War Museum Archives (IWM).

Bundesarchiv-Militararchiv, Freiburg.

National Archives, Washington DC.

British Library Newspaper Archive, Colindale.

Churchill Archives Centre (CA).

Mountbatten Papers, University of Southampton.

Labour History Archive and Study Centre (People's History Museum, Manchester — PHM).

Некоторая часть цитат заимствована из опубликованных ранее книг, перечисленных в библиографии к данному изданию.

1

Искатель сардин

Хосе Антонио Рей Мария, плывя в своей гребной лодке по водам Атлантики у андалусийского побережья в Юго-Западной Испании 30 апреля 1943 года, не имел намерения творить историю. Он всего-навсего искал сардин.

Хосе был горд своей репутацией лучшего искателя рыбных стай во всем городке Пунта-Умбрия. В погожий день он замечал характерный радужный проблеск сардиньей чешуи на глубине нескольких морских саженей. Обнаружив скопление рыб, Хосе отмечал место буем и затем сигналил Пепе Кордеро и другим рыбакам на более крупном судне «Ла-Калина», чтобы они быстро гребли куда надо и закидывали сеть.

Но в тот день погода не благоприятствовала поиску рыбных стай. Небо было затянуто облаками, и ветер, дувший с моря, нагонял волны. Рыбаки из Пунта-Умбрии вышли в море до рассвета, но пока им попадались только анчоусы да изредка морской лещ. Идя на маленьком ялике, который назывался «Ана», по широкой дуге и чувствуя спиной тепло восходящего солнца, Хосе снова и снова вглядывался в воду. На берегу, под дюнами пляжа Плайя-дель-Портиль, ему были видны несколько рыбацких хижин, в одной из которых он жил. А дальше, за общим устьем рек Одьель и Рио-Тинто, лежал порт Уэльва.

Война, которая шла уже четвертый год, эту часть Испании почти не затронула. Иногда рыбаку Хосе попадался на глаза странный плавучий мусор, бензиновые пятна, обугленные куски дерева — следы боев, происходивших где-то в открытом море. Ранее тем утром он слышал дальнюю стрельбу и громкий взрыв. Пепе говорил, что война губит рыбацкие доходы, что ни у кого больше нет денег и ему, возможно, придется продать «Ла-Калину» и «Ану». Ходили слухи, что капитаны некоторых более крупных рыболовных судов шпионят в пользу либо Германии, либо Великобритании. Но по большей части рыбаки жили точно такой же нелегкой жизнью, что и всегда.

Хосе появился на свет двадцатью тремя годами раньше в хижине на берегу, построенной из плавника. Он в жизни не бывал дальше Уэльвы и ее прибрежных вод. Он никогда не ходил в школу, не умел ни читать, ни писать. Но никто в Пунта-Умбрии не мог сравниться с ним в поисках рыбных стай.

[1] Mincemeat — «начинка для пирога», «крошево». — Здесь и далее примеч. пер.