— Это не мое дело.
— Дядя Костя, можно мы — деньгами? — спросил Колька.
— Можно. Давайте пятерку.
— У нас сейчас нет, мы соберем.
— Когда?
— Я попрошу у отца, — сказал Илларион.
— Вот это дело, — согласился дядя Костя. — У твоего отца деньги есть. Значит, на той неделе.
Дядя Костя повернулся и ушел, раскачиваясь и загребая песок ногами.
— А у Евдокимыча даром взял! — зашипел Батон из-за палатки. — Не отдавайте ему ничего.
— Раз брали, нужно отдать, — сказал Колька. — Мураш, у тебя есть деньги?
— Откуда?
— Ладно, я у матери попрошу. Давай пополам, Ларик. Мне отец обещал лодку насовсем отдать. Он новую покупает.
— А эту куда?
— Сюда, — сказал Колька. — Куда же еще?
— Вам с Лариком на двоих? — спросил я.
— На всех, — сказал Колька. — Не понятно, что ли? Возьми ключ, перегони ее сюда.
Когда я привел к лагерю лодку, на берегу было уже полно ребят. Они бегали из палатки в палатку, дергали за оттяжки и орали так, будто никогда в жизни палаток не видели. В одну палатку по самую крышу набились девчонки.
— Чур, это наша! — кричали они.
Батон носился по берегу, весь красный, на всех орал, но его никто не слушал.
— А ну, кончай базар! — крикнул я, но меня тоже никто не послушал.
— Батон, — сказал я. — Гони к Ивану Сергеевичу.
Когда Батон привел директора, все вылезли из палаток и стали спрашивать его, когда мы пойдем в поход.
— Давайте сядем, поговорим, — сказал Иван Сергеевич. — Я смотрю, все уже к походу готовы…
— Готовы! — закричали со всех сторон.
— На чем мы пойдем?
— На лодках!
— На каких?
— Найдем!
— Ищите, — сказал Иван Сергеевич.
Ребята помаленьку замолчали, стали соображать. Лодок, конечно, ни у кого не было. А у кого они были дома, тем их все равно не дадут.