Общая теория права. Том II: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

5. Разновидности юридических норм, различаемые по характеру их связи с индивидуальным регулированием.

6. Основные, детализирующие и вариантные нормы. Ассоциации норм.

7. Общие и особенные нормы. Рекомендательные нормы.

Среди разнообразных делений норм права на виды исходное и определяющее значение имеют те, которые выражают существенные особенности права как социально-классового институционного нормативного регулятора общественных отношений, рассматриваемого с широких философских (общесоциологических) позиций.

Это, в свою очередь, является прочной основой для того, чтобы с правильных теоретических позиций подойти к решению вопросов догмы права и, следовательно, вопросов юридической практики, к правилам и рекомендациям эффективного применения правовых норм к конкретным случаям жизни.

Такой угол зрения на классификацию юридических норм означает, что виды норм права рассматриваются прежде всего в качестве одного из выражений его структуры. Перед нами, следовательно, не произвольно конструируемая классификация, а объективно существующее подразделение юридических норм, представляющее собой второй (после структуры нормы) уровень общей структуры права.

Подразделение юридических норм на виды хотя и относится к микроструктуре права, но характеризует более высокий уровень строения права. Поэтому здесь, при рассмотрении видов юридических норм, с большей отчетливостью проявляется зависимость структуры права от социально-юридических особенностей правового регулирования, в которых выражаются специфические закономерности права[51].

Четыре фактора оказывают наиболее существенное влияние на деление юридических норм:

а) функции права;

б) специализация права;

в) способы правового регулирования;

г) индивидуальное регулирование общественных отношений.

Наиболее важное место среди этих факторов принадлежит функциям права и его специализации. Деление норм в соответствии с функциями и специализацией права образует общую классификацию (см. схему 19).

Схема 19. Общая классификация юридических норм в соответствии с функциями и специализацией права

Надо заметить, что предметом классификации являются первичные, реальные, живые нормы-предписания[52]. Логические же нормы, как правило, вообще не подразделяются на какие-либо виды (разве только по сфере действия и юридической силе). Они отражают первичные связи в правовой материи, причем так, что каждая из этих норм выступает как бы правом в миниатюре, и следовательно, все они в принципе представляют собой равновеликие, юридически однозначные величины.

Это — главное деление юридических норм, соответствующее делению специально-юридических функций на регулятивные и охранительную.

Регулятивные и охранительные нормативные предписания образуют костяк права как нормативного образования. Именно из них на последующих уровнях структуры в основном и складываются правовые общности — институты, объединения институтов, отрасли, семьи отраслей. И те и другие предписания служат нормативной основой возникновения особых правоотношений — регулятивных и охранительных.

Характерно, что с развитием процесса специализации регулятивные и охранительные предписания, сохраняя между собой прочные связи и неизменно функционируя в единстве, тем не менее все более обособляются друг от друга. Объединяясь в особые, самостоятельные регулятивные или охранительные общности (институты), они функционируют в своих системах, все более отдаляются друг от друга, связываясь между собой не прямо, а по большей части через соответствующие институты и даже отрасли.

К регулятивным (правоустановительным) принадлежат предписания, которые непосредственно направлены на регулирование общественных отношений путем предоставления участникам прав и возложения на них обязанностей. Рассматриваемый вид юридических норм является правоустановительным потому, что их роль в регулировании общественных отношений сводится главным образом к установлению субъективных юридических прав и обязанностей.

Охранительные предписания направлены на регламентацию мер юридической ответственности, а также специфических государственно-принудительных мер защиты субъективных прав (обобщенно — санкций). Необходимость обособленной и притом дифференцированной регламентации государственно-принудительных мер обусловлена различной тяжестью нарушений обязанностей, возлагаемых регулятивными нормами, спецификой задач, решаемых в правоохранительной сфере. Так, в советском праве общая обязанность не нарушать субъективные права, основанные на праве общественной социалистической собственности, едина. Но нарушения этой обязанности могут быть различными не только по своему фактическому содержанию (кража, грабеж, присвоение и т. п.), но и по степени опасности данных противоправных действий для общества (преступление, административный проступок). Охранительные юридические нормы в процессе специализации права потому и выделились в самостоятельную разновидность норм, что при установлении государственно-принудительных мер оказалось необходимым учитывать разнообразные особенности правонарушений (степень и форму вины правонарушителя, последствия деяния и др.), влияющих на вид и величину санкции[53].

В зависимости от специфики двух регулятивных функций — динамической и статической (I.12.4.) характер прав и обязанностей, устанавливаемых регулятивными нормами, — различен. Он и предопределяет деление регулятивных норм на обязывающие, запрещающие и управомочивающие.

Начнем с рассмотрения динамической функции. Основным юридическим средством осуществления динамической функции является возложение на лиц активных обязанностей — совершать определенные положительные действия. Например, согласно нормам советского трудового права рабочий или служащий должен осуществлять известную трудовую деятельность. Эта обязанность соответствует субъективному праву администрации требовать от рабочего или служащего исполнения трудовых функций. Следовательно, субъективное право не обладает здесь каким-либо особым- содержанием: достаточно указать на содержание обязанности, как будет раскрыто и содержание права (требовать совершения положительных действий, возложенных на рабочего или служащего). Вот почему регулятивные нормы, устанавливающие права и обязанности данного типа, называются обязывающими.

Другую картину мы видим в правоотношениях, возникающих при осуществлении статической регулятивной функции. Основным юридическим средством проведения статической функции является такое построение правовых связей, в соответствии с которым на лицо возлагаются пассивные обязанности — воздерживаться от действий известного рода. Типический пример: правоотношения собственности, в силу которых все лица обязаны воздерживаться от нарушения прав собственника. В правоотношениях этого типа содержание субъективного права не может быть раскрыто только одним указанием на содержание обязанностей. Управомоченный не только вправе требовать от других лиц воздержания от действий известного рода, но и сам может совершать определенные положительные действия (например, собственник вправе владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом). Иными словами, и субъективное право, и юридическая обязанность имеют в правоотношениях данного типа свое содержание. И они нормативно определяются «раздельно», в особых регулятивных нормах. В одних предписаниях устанавливаются правомочия собственника, а в других — общая обязанность (запрет) не нарушать эти правомочия. Вот почему наряду с обязывающими нормами существуют еще два вида регулятивных норм-запрещающие, направленные на регламентацию пассивных обязанностей, и управомочивающие, направленные на регламентацию субъективных прав с положительным содержанием.

Итак, в зависимости от характера субъективных прав и юридических обязанностей регулятивные нормы подразделяются на три вида:

· обязывающие — юридические нормы, устанавливающие обязанность лица совершать определенные положительные действия;

· запрещающие — юридические нормы, устанавливающие обязанность лица воздерживаться от действий известного рода (запреты);

· управомочивающие — юридические нормы, устанавливающие субъективные права с положительным содержанием, т. е. права на совершение управомоченным тех или иных активных действий.

Нетрудно заметить, что приведенное деление органически связано не только с особенностями регулятивных функций, но и в единстве с ними со способами правового регулирования (I.17.5), т. е, с характером регулятивного воздействия, которое осуществляется при помощи обязывания (обязывающие нормы), запрещения (запрещающие нормы) и дозволения (управомочивающие нормы)[54].

Требует специального рассмотрения вопрос о существовании особых управомочивающих и запрещающих норм в связи с общедозволительным и разрешительным типами правового регулирования. Вполне закономерно введение в ткань права такого рода нормативных предписаний в качестве своего рода «ограничителей» общих дозволений и общих запретов — конкретных запрещающих норм (при общедозволительном регулировании) и конкретных управомочивающих норм (при разрешительном регулировании).

[51] Вопросы классификации юридических норм, как и многие другие вопросы специальной юридической теории, по своему характеру таковы, что их подлинно научное решение возможно лишь в том случае, если исходить из выводов, полученных в результате философского (общесоциологического) осмысления явлений правовой действительности. Если же при освещении видов юридических норм не выходить за пределы характеристик, относящихся только к догме права, то вряд ли возможно построение классификаций, имеющих сколько-нибудь заметное научное и практическое значение. Когда, например, Б.А. Деготь при классификации норм права исходит в качестве первичного основания из структуры норм (см.: Деготь Б.А. Классификация норм советского социалистического права по их структуре. Саратов, 1977), то в итоге наряду с верно подмеченными особенностями отдельных предписаний он формулирует довольно-таки искусственные построения (такие, в частности, как деление норм на императивные и правопредставляющие, с.6 и след.), пытается представить в качестве научно оправданных подразделений такие «разновидности» норм (поощрительные, рекомендательные и др.), каждая из которых сама нуждается в объяснении с позиций основополагающих идей общей теории права

[52] Предметом классификации являются именно нормы-предписания, взятые в единстве всех присущих им элементов, а не изолированно рассматриваемые элементы нормы (гипотеза, диспозиция, санкция). Последние, разумеется, тоже могут быть предметом классификационных делений. Но это уже иная проблема, относящаяся главным образом к технико-юридическому построению нормы, к вопросам юридической техники (II.37.5.).

[53] Этого не учитывают авторы, полагающие, что охранительные нормы не обособляются в структуре права и что лучше говорить о регулятивной и правоохранительной функциях «каждой нормы» (см.: Марксистско-ленинская общая теория государства и права. Социалистическое право. М., 1973, с. 261–262).

[54] О ряде других особенностей одной из разновидностей рассматриваемого деления-запрещающих норм см.: Иванова З. Д. Запрещающие нормы в механизме правового регулирования. — Сов. государство и право, 1975, № 11; Братко А. Г. Запреты в советском праве. Саратов, 1979.