Избранные произведения в 2-х томах. Том 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пробитая летка пахнула в лицо чёрным дымом и горячим полымем. Искры кажутся обжигающими и опасными, а на самом деле они совсем холодные, разлетаются фейерверками, похожими на праздничный салют. Честное слово, нет лучшей минуты для салюта: родилась сталь!

Шамрай усмехнулся — чудные мысли лезут в голову — обыкновенная работа, и больше ничего. Нет, неправда, каждая работа может быть или горькой и нудной, как бесконечный, дождливый осенний день, или радостной, как праздник. Это уже зависит от характера человека. Он, Шамрай, — за праздник, и никто не сможет лишить его этой тревожной радости.

Ну вот и всё. Вытек металл. Прощай, плавка! Сейчас будем начинать всё заново.

— Подойдите-ка сюда, товарищи! — Голос начальника цеха прозвучал немного громче обычного. Сталевары от всех четырёх печей подошли ближе к столу. Удивительное дело — совсем разные люди, в то же время почему-то очень похожие один на другого. Видно, на всех, кто причастен к плавке, оставляет свой след голубое пламя. Никого не обходит своей лаской.

— Взгляните-ка на этот анализ, товарищи, вчера только получили из НИИ, — сказал начальник с видом человека, который открывал какую-то исключительную тайну, и положил на стол лист бумаги, исписанный формулами.

Шамрай внимательно посмотрел и тихо свистнул. Сухие химические формулы, мимо которых обычный человек пройдёт, даже глазом не моргнув, у сталевара вызывают бурю острейших чувств.

Это будет удивительная сталь, невиданно прочная и одновременно необычайно лёгкая, не подвластная ни окислению, ни разрушительному облучению, мягкая в обработке и твёрдая, как алмаз, после того как её закалят. Титан и ванадий, вольфрам и обычный фосфор сплавлялись здесь с надёжным железом, поддерживая его, придавали ему невиданные новые свойства. А рядом выстраивались другие редкие элементы. Их совсем мало, но каждый из них придаёт стали свои свойства. Здесь подумаешь не только о новой футеровке! Эту сталь не в печи, а в химически чистой колбе нужно варить.

— Кому такой металл понадобился? — спросил Роман Шамрай.

— Институту космических полётов.

Они уже не впервые плавили сталь для космических кораблей. И на Луне и на Венере есть и вымпелы из стали суходольских сталеваров. Но эта сталь — совсем новая и по своим требованиям совершенно отличная. Видно, там, в далёком Байконуре, космонавты готовили ещё более сложный полёт, и вот понадобилась новая сталь. Пройдёт время, поднимутся они ещё выше, и уже этот металл не будет отвечать их требованиям, и тогда снова начальник цеха положит перед сталеварами анализ такой стали, о которой пока и мечтать невозможно.

Шамрай ещё раз взглянул на бумагу. Как ни крути, какие примеси ни делай, в основе всегда остаётся верное неподкупное железо. Оно выигрывает войны и делает непобедимыми революции. Примеси могут превратить его в чугун или сталь, но, по сути, от этого ничего не меняется — железо остаётся железом, основой техники, её историей и её будущим. Это — как рабочий класс. Что с ним ни делай — он основа революции.

«Что-то меня сегодня потянуло на философию, — подумал Шамрай, посматривая на сосредоточенные лица сталеваров, собравшихся у стола. — Лучше прикинь-ка, как варить эту сталь. Не лёгкое, ох, не лёгкое дело! Придётся хорошенько пораскинуть мозгами. Наибольшая сложность в том, что примеси микроскопически малы. Сохранишь одну, выгорит другая, а нужно, чтобы сохранились все и чтобы все взаимодействовали. Придать стали чудесные свойства они могут только все вместе. Это как витамины в теле человека…»

Снова открылись двери. Невысокая девушка в коротенькой юбочке и яркой кофточке, в меру подкрашенная и тщательно причёсанная, прошла, деловито и уверенно ступая стройными ножками. Пристально взглянула на начальника цеха, независимо перевела взгляд на сталеваров. Так входит если не самый высокий руководитель, то во всяком случае его полномочный представитель.

— Здравствуйте, — не улыбаясь, поздоровалась девушка, глядя куда-то между начальником цеха и сталеварами. — Товарищ Шамрай, Василий Иванович просил вас после работы зайти в партийный комитет.

— Зачем? — удивлённо спросил Роман.

— Извините, не знаю, — снисходительно и вместе с тем мягко улыбнулась девушка, сразу всех — и Шамрая, и себя, и секретаря парткома — поставив на соответствующее им место.

— Хорошо, приду, — буркнул сталевар.

— Всего наилучшего, — девушка вновь одарила всех приветливой улыбкой. — Желаю успехов. — И, не дожидаясь ответа, повернулась и пошла, уверенно постукивая каблучками по каменным плитам, — тактичный и достойный посланец настоящего руководителя. Проходя возле подручных, молодых парней, которые столпились, ожидая, когда главное командование цеха решит судьбу будущей стали, она едва заметно скосила в их сторону глаза, потом прищурилась и вышла.

— Ну, так как же будем варить эту сталь? — недовольно проговорил начальник цеха, возвращаясь к прерванному разговору.

Хотя в отделе главного металлурга уже разработали всю технологию, ему хотелось послушать и сталеваров. Ответственность, и моральная и материальная, огромна. Стали всего восемь тонн, но каждый грамм этого металла стоит дороже грамма золота.

— Так какие будут соображения, товарищи?

— Когда нужно будет её сдавать? — спросил Рядченко, младший из сталеваров..

— Первого октября срок. Если удастся сдать раньше, честь нам и хвала, но позднее нельзя.

Сегодня — первое, только начался август. Выходит, впереди ещё два месяца. Времени для подготовки и много и мало. Такого металла на земле ещё никто не видел, какие капризы и неожиданности прячет он в глубине своих гранёных, колюче блестящих молекул? И хотя молекулу стали Шамрай никогда не видел и видеть не мог, она представлялась ему резко блестящей, крепкой звёздочкой, способной выдержать любое напряжение.

— Режим плавки уже разработан? — спросил Шамрай.

— Конечно.

— Можно взглянуть?

— Прошу.

Начальник цеха расстелил на прокопчённых, обожжённых горячим металлом дубовых досках большой лист хрустящей синеватой бумаги. Весь процесс плавки, почти каждое движение сталевара были разработаны до минуты. И всё-таки удастся или не удастся сварить такую сталь, решит не инструкция, а сталевар. Кажется, всё предусмотрено, а дойдёт дело до плавки — и сразу увидишь, сколько дырок в этой технологии.

— Нужно хорошенько подумать, — сказал Шамрай, — на бумаге-то всё просто и выполнимо…