Анаис с любопытством посмотрела на Тамерона — хватит ли у него ума поддержать предложенную версию?
Менестрель перехватил взгляд девушки.
— Монти, а тебе не откажешь в проницательности, — улыбнулся он. Добавил: — Если бы чары не распались, я бы так и остался не пойми кем.
Грим что-то прикинул в уме и удовлетворенно хмыкнул.
— Теперь ты свободен от чар, и балаган тебе больше не нужен, — сказал Илинкур.
— Отчего же? — возразил Тамерон. — Я не хотел бы с вами расставаться, если, конечно, не прогоните.
— Можешь остаться, — любезно согласился Грим, снова перейдя на «ты».
— Вы очень похожи на мать, молодой человек, — сказал пришедший в себя Караэль. — Конечно, портреты, что мы нашли, любительские, но сходство очевидное.
— Я вымоталась и хочу спать, — встряла Анаис.
Поднялась и ушла на сеновал, с грохотом захлопнув за собой дверь.
— Молодой человек, — обратился Грим к Тамерону. — Следовало бы предоставить девушке ночлег в доме, уж коли ты его хозяин.
— Да, конечно, — кивнул Тамерон и пошел следом за Анаис.
Девушка лежала, зарывшись в сено, и шмыгала носом.
— Что с тобой? — спросил менестрель и прилег рядом.
Запах сена навевал воспоминания о детстве, когда мальчиком он прятался от няни в душистых кучах, которые привозили с полей.
Анаис подползла к Тамерону и пристроила голову у него на груди. Ее лицо было мокрым от слез. Она громко шмыгнула носом и затихла.
— Что с тобой? — повторил он вопрос и осторожно, боясь спугнуть, обнял.
— Ты здорово придумал — сказать, что женщина на рисунках твоя мать. Все получилось как нельзя лучше. Теперь все думают, что ты хозяин этого хутора.
— Я ничего не придумывал.
— Возможно, тебе показалось, — с надеждой сказала Анаис, приподнялась на локте и заглянула ему в глаза. Вернее в один, но очень красивый глаз.
— Я удивился, когда увидел эти рисунки, но никакой ошибки быть не может, — заверил Тамерон. — Уже много лет мама никому не показывает лицо, потому что оно изуродовано. Но в замке есть ее портрет, поэтому я не забыл, как она выглядела раньше.
Анаис села, уткнулась подбородком в колени, между бровей пролегла складка.
— Я должна кое-что проверить, — наконец, заявила она и вытащила из ножен кинжал.
— Надеюсь, не с какой стороны у меня сердце? — отшатнулся Тамерон.
— Нет. Дай палец.
— Что? Ты с ума сошла! Я же лютнист, пальцы мне нужны. Так и будешь разбирать меня по частям?
— А недавно жизнь предлагал, — насупилась Анаис. — Вот и верь после этого мужчинам… Мне нужна лишь капля крови.
— А-а-а, — с облегчением выдохнул он и протянул руку. — Ой!
Анаис проделала ту же операцию со своим пальцем, после чего схватила Тамерона за запястье и подтянула его руку к своей. По пальцам струилась кровь. Внезапно капли потянулись навстречу друг другу, зависли в воздухе, образовав подобие бус. После чего схлопнулись в единое целое. Некоторое время кровавый шарик висел между ладонями, потом Анаис отвела руку, и он упал вниз.
— Чудеса, — восхищенно произнес Тамерон. — И что это значит?