Полная безнаказанность: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Пора вернуть тебе свободу.

— Но расскажи наконец, как он выглядит.

— Мы ему понравимся?

— А он нам?

— Новый член семьи — это очень непросто.

— Войти в новую семью так непросто.

— Если ты его любишь, то и мы его полюбим.

— Если он тебя любит, может, полюбит и нас?

Я был ошеломлен. Неужели в мире женщин правда настолько переплетена с ложью? Нет, сразу же ответил я себе на собственный глупый вопрос: в мире этих женщин, у которых злой рок отнимал любимых мужчин и которым гордость не позволяла признать поражение. Они были одержимы вековой страстью, отравлявшей их кровь, как смертельный вирус. Они вовсе не лгали, просто пытались замаскировать ловушку, которую этот человек (они никогда в жизни его не видели!) сам себе расставил. Я принимал непривычную честность за цинизм, потому что меня с детства учили благопристойности, иными словами, банальному лицемерию. Мне всегда приходилось защищать только себя, они боролись за свое наследие. Я — человек без прошлого и без потомства — хозяйки «Ла Дигьер» существуют во времени: два столетия за спиной, тысяча лет впереди, и они не хотят покидать узкую тропу, по которой идут. На несколько мгновений мне показалось, что я их понимаю.

За вечерней трапезой они предавались сладким мечтам. Крыша будет починена, «Ла Дигьер» спасен. Вернуть Серюрье-Бови, конечно, не удастся, ведь купившие секретер и шкаф люди ни за что не расстанутся с таким сокровищем, но у антикваров можно отыскать достойную замену, а значит, не придется рыскать в поисках полок подешевле. Адель уже вся изворчалась по поводу сваленных на пол книг, совсем загромоздивших большую гостиную. Ей указали, что она размечталась, и она охотно это признала, но — черт возьми! — почему бы не помечтать? Мысль о том, что господин Фонтанен ищет женщину, которая потратит его деньги, выглядела совершенно безумной: подобная экстравагантность делала его достойным их семьи. Вотрен был забыт.

Следующим вечером Альбертина рассказала, что приняла предложение Фонтанена, а он в ответ достал из кармана изящную коробочку.

— Жуанне советовал мне подготовиться.

Это было кольцо с огромным бриллиантом. Впервые почти за столетие женщине Ла Дигьер дарили драгоценность. Альбертина взяла подарок из его рук с достоинством королевы, принимающей полагающиеся ей почести.

— Мы-то скорее привыкли их продавать, — смеясь, подытожила она.

В понедельник утром Жером приступил к ремонту моей машины. Мадемуазель Ламбер сообщила мне по телефону, что платить я ничего не должен, более того, изготовитель возьмет на себя расходы по моему проживанию в «Ла Дигьер». Я вызвал такси и отправился в гараж, где, не в силах удержаться, минут двадцать крутится около механиков, после чего съездил в М*** и накупил шоколадных конфет, фуа-гра и шампанского для последнего ужина в поместье.

Мадлен приняла мои маленькие подношения как должное, и мы убрали лакомства в холодильник. Сара вела прием, из приемной доносились отчаянное мяуканье, лай и шум голосов, и Мадлен прикрыла выходящую во двор балконную дверь, чтобы мы могли спокойно пообедать.

Говорили мы, естественно, о будущем замужестве Альбертины. Я почти сразу почувствовал, что Мадлен чем-то обеспокоена, и сказал ей об этом.

— Вы правы. Хотя я, наверное, просто дура.

— Этого не может быть, Мадлен.

Колебалась она недолго. Я был тем самым случайным гостем, которому можно рассказать все что угодно, зная, что он уедет и никогда больше не появится в доме.

— Альбертина выходит замуж. Этот господин совершенно очевидно влюбился, но вот что чувствует она? Альбертина вступает в брак из-за денег жениха, ради того, чтобы спасти поместье и обеспечить будущее своих девочек, но ведь ей придется спать с мужем. Я знаю, что ей нравилось заниматься любовью с Октавом, у нас не было секретов друг от друга, но она не могла сказать мне по телефону, раз рядом были девочки, как относится к перспективе лечь в постель с новым избранником.

Четкость, с которой Мадлен объяснила, что именно ее заботит, произвела на меня впечатление.

— Если я правильно понял, после смерти Октава Альбертина не заводила любовников?

— Это было исключено. Мы живем в провинции, где все всегда становится известно, а тридцать лет назад любая ее связь бросила бы тень на «Ла Дигьер». Конечно, сегодня все совсем иначе, изменились взгляды людей, состояние умов. Когда Сара родила Адель, разговоров было много, но, поскольку мать ее во всем поддерживала, страсти быстро улеглись.

— Ну и? Разве не могла она…

— В том-то и дело, что нет. У дочери ребенок неизвестно от кого, и мать, пустившаяся во все тяжкие! Чтобы защищать Сару, Альбертина должна была иметь безупречную репутацию.

«Ты пожертвовала собой ради нас», — сказала одна из ее дочерей.

— И теперь, выходя замуж, она снова делает это не ради себя.

— Вы ухватили самую суть. А когда Альбертина жила ради себя? О да, она очень любила Октава, это бесспорно! Но любила она его, скорее, как друга, а не как любовника. Он чувствовал примерно то же самое. Альбертина и Октав воспитывались вместе, их истинной страстью было поместье, заключая союз, каждый вступал в брак с «Ла Дигьер».

— Но если Альбертина больше всего на свете любит «Ла Дигьер», значит, несмотря ни на что, она выходит замуж ради себя самой?