Мирабо: Несвершившаяся судьба : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На сей раз свидетельство было неопровержимым: Порталис показал судьям письмо маркиза де Мирабо, в котором эти глупости были запечатлены для потомства.

Суду должно быть ясно, почему негодяя посадили в тюрьму. Уже ничто не связывало его с женой после смерти их ребенка. Почему же он требует возобновления совместной жизни? Сейчас увидим.

После позорного процесса маркиз де Мирабо был разведен с женой и разорен; сегодня он вожделеет состояния своей невестки. Его сын сделался орудием его алчности.

Нужно спасти несчастную Эмили от семейства, единственная задача которого состоит в том, чтобы ее обобрать. Обвинив сына, Порталис под конец обвинил отца, обличив его литературное творчество как преступление против общества и возмутительное посягательство на веру и нравственность.

На эту речь, столь подлую, что честь Порталиса осталась запятнанной, требовалось ответить адекватно. Мирабо был уверен, что Эмили никогда к нему не вернется. В таком случае, оставалось только спасти честь Мирабо любыми средствами, даже если придется обрушить на головы противников своды храма…

Ответного шага со стороны Мирабо публика ждала с нетерпением. 23 мая пришлось втрое увеличить охрану у дверей парламента. И все же толпа смела все барьеры, так что муж Эмили повел свою защиту перед залом, набитым битком.

В одном отношении Мирабо решил последовать примеру Порталиса — соединить инцидент с существом дела. Адвокат Мариньянов потребовал развода; ответом будет потребовать заключения графини де Мирабо в монастырь.

«Мои намерения и надежды изменились, в чем вы, конечно, не сомневаетесь», — спокойно начал Мирабо, который хотел сразу же указать на изменение цели.

Он заговорил глухим голосом; как будто колеблясь, почти подыскивая слова. Потом вдруг его охватило вдохновение, и слова полились рекой. Он говорил пять часов без остановки, и в тот день присутствующие сумели убедиться, что перед ними — один из величайших ораторов всех времен, еще не осознавший собственной гениальности.

После более чем скромного вступления, Мирабо перешел к самой сути: противная сторона выдвинула восемь причин для развода; он повторил эту цифру, сделал паузу:

— Передохнем и ответим.

И он перешел в наступление: госпожа де Мирабо не хочет отправляться в монастырь, ей хочется остаться с отцом. Ну что ж! Сейчас увидим, чего стоит его нравственность и как этот страж радеет о добродетели своей дочери.

В резких выражениях зять описал личную жизнь своего тестя. Когда с маркиза де Мариньяна сорвали одежды, заклеймили его безнравственность, сластолюбие, продажность и прочие пороки, Мирабо поведал и о том, как маркиз следит за поведением графини де Мирабо:

— Нам не нужно теряться в предположениях относительно того, как она станет жить в отчем доме; она будет там жить, как живет уже девять лет; ее можно будет увидеть, как уже видали, на прогулках — без отца, на спектаклях — без отца. Она услаждала своим обществом мужчину, у которого нет жены; ее видели в доме этого мужчины, развлекающей зрителей домашнего театра. Следует обратить внимание на то, что женщина, требующая развода, является хозяйкой салонов, ужинов, концертов и даже подмостков.

Когда картина жизни женщины легкого поведения была написана с пылом, достойным Ювенала, когда осмеянный муж напомнил, при каких обстоятельствах Эмили узнала о смерти своего сына, он обвел взглядом судей и зал. Потом медленно открыл свою папку и достал оттуда листок, подняв его, чтобы всем было видно; прежде чем прочитать, он воскликнул:

— Госпожа де Мирабо жалуется, что я ее оклеветал; нет, я ее не оклеветал, я не мог бы ее оклеветать.

Выделяя каждое слово, он зачитал письмо, которое держал в руке; это было послание, бережно хранившееся со времен пребывания в Маноске, — Эмили писала его шевалье де Гассо. В нем она сообщала, что муж обнаружил их связь и что она вынуждена разорвать отношения, сознает себя виновной и хочет забыть о своем проступке.

Нанеся супруге этот удар, Мирабо закончил казнь маркиза де Мариньяна. Он обратился к залу:

— Посмеет ли еще кто сказать, что госпожу де Мирабо следует отправить к отцу, что дом ее отца — святилище нравственности, первое прибежище невинности? Человек, которому адресовано это письмо, целую зиму жил у г-на де Мариньяна в комнатах, отводимых ранее для меня.

Обругав семью жены, Мирабо попытался выставить себя в лучшем свете. Как и в сенешальском суде, он зачитал отрывки из писем Эмили времен согласия в семье; заявил, что был хорошим мужем, убедил публику в том, что был хорошим отцом. Он сумел растрогать; толпа встала на его сторону и вскоре утвердилась в мысли, что он — жертва, что дело раздули лишь для того, чтобы оклеветать его и обесчестить.

Уверившись, что повернул общественное мнение в свою сторону, Мирабо приступил к заключительной части своей защитной речи — самой тонкой и самой мощной: ему предстояло сокрушить адвоката, выступавшего против него, чтобы свести его утверждения к нулю. Одержи Мирабо победу на этом поле, — и честь его восстановлена. Противника разумно было подвергать нападкам только за его бесчестность — пусть в юридическом плане он восторжествует, а суд примет решение о разводе: взаимных обвинений накопилось между супругами столько, что совместная жизнь представлялась Мирабо невозможной.

Сразить Порталиса, не обратив против себя его собратьев, было непростым делом; сначала Мирабо расхвалил местных адвокатов; потом, жестом отделив Порталиса от коллег, словно тот был зачумленным, обратился к нему самому:

— Вы задали мне столько вопросов — ответьте же теперь на мои!

Он изложил историю процесса: показал, что Порталис систематически проваливал все попытки переговоров с целью воссоединения семьи; доказал, что Порталис был единственным автором пасквиля, в котором была нарушена тайна переписки маркиза де Мирабо; заявил, что его противник вышел за рамки своих полномочий, поскольку в обязанности адвоката не входит причинение морального ущерба. Итак, душой процесса был Порталис: опьяненный лаврами, которые принесла ему недавняя победа над Бомарше, он решил упрочить свою славу, растоптав семейство аристократов. Он оскорбил маркиза де Мирабо, злоупотребив «безнаказанностью, предоставленной ему как представителю независимой по существу своему профессии».

Порталис бледнел под этими точными ударами. Наконец Мирабо его прикончил: «Если человек так злоупотребляет безнаказанностью, если он выдумывает и искажает факты, если он извращает или фальсифицирует все приводимые им улики и остерегается зачитывать документ, потому что хочет привести себе в извинение неверную память, такой человек, принадлежащий к самому вольному из сословий, унижается, становясь рабом самой подлой из страстей. Марциал дал ему имя прежде меня: это торговец словами, ложью и оскорблениями».

Выпалив эти слова, Мирабо, «потрясая белой пеной гривы и весь в поту», сел на место. Публика разразилась аплодисментами.

Порталис поднялся с искривившимся лицом, «чтобы потребовать опровержения речи, которая только что прозвучала», но не смог закончить — упал в обморок. Коллеги унесли его, бесчувственного, домой и уложили в постель.

Несмотря на ораторские ухищрения Мирабо, адвокаты из Экса восприняли пощечину, нанесенную самому знаменитому из их коллег, как личное оскорбление; они ринулись к председателю, требуя защитить их от яростных нападок. Каким бы предубежденным ни был магистрат, он понимал всю нелепость подобного заявления и 22 помощника Порталиса вернулись не солоно хлебавши.

Общественное мнение было на стороне Мирабо; массы почувствовали, что родился великий оратор, и предугадали его будущую карьеру, судя по письму графини де Вильнёв-Ванс, написанному Оноре Габриэлю через несколько недель после того знаменательного дня: «Восторженность, царящая здесь со дня вашей речи, свидетельство того, как далеко может зайти тот, кто является ее причиной».

Удивительный прообраз будущего: на этом процессе Мирабо пришлось перевернуть все с ног на голову: он, поначалу ратовавший за примирение, под конец принялся крушить все подряд.