Светлый берег радости: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— В туалете, шеф. Надеюсь, вы не потребуете рассказа о том, что именно я там делала? — И сразу же пожалела о своем сарказме, глядя на его наливающееся новой порцией гнева лицо.

Но тут его взгляд упал на мою руку, в его глазах сразу вспыхнуло удивление.

— Что это у тебя?

О черт! Эта тигрица своими острыми ногтями проколола мне кожу, и на запястье выступили капли крови. Н-да! Не слишком подходящее украшение для такого вечера.

— Боюсь, вы мне не поверите, шеф, но в дамской комнате водятся щуки. Мне не повезло, я нарвалась на одну, очень зубастую, еле ноги унесла.

— Ну-ну, все шутишь! Не хватало тебе еще в драки ввязываться. Обмотай руку платком, на, возьми мой, и пошли отсюда, все равно от тебя никакого толку.

Глава 13

КРИЗИС

На следующий день, в пятницу, я пришла на работу с завязанной рукой и сомнениями, работаю я здесь еще или шеф меня уже уволил? Рука не болела, но на ней проступили еще и синяки от пальцев этой чокнутой Норы. Бинт мне показался эстетичнее, чем такие украшения. Шефа с утра не было, зато ко мне привязался Юрочка с вопросами и соболезнованиями, но сегодня у меня не было настроения шутить, и я сделала вид, что слишком занята. Уловка сработала, мой кавалер, видя, что я ни на что не реагирую, спрыгнул со стола и ушел искать не столь хмурое общество. Мне не давала покоя мысль о деньгах. Я истратила на наряды больше двух тысяч долларов, причем эти наряды мне самой были не нужны. Вся эта мишура нужна шефу, но если он здорово разозлился на меня, то с него станется не только не оплатить мне эти расходы, но и сегодняшний конвертик с деньгами не выдать, и тогда я окажусь в свободном полете. Ведь я израсходовала все оставшиеся Аськины деньги и все, что заработала. А назад платье не примут, тем более что оно левое. В этих не греющих душу раздумьях я пребывала до полудня, когда появился, словно ясное солнышко, шеф и с ходу пригласил меня в кабинет. Сесть он мне не предложил, а я своевольничать не стала. Постою, меня не убудет, тем более что насиделась уже с утра.

Шеф долго рассматривал меня, словно я какой-то неведомый науке реликт, потом соизволил наконец открыть рот:

— Послушай, все должно иметь какие-то рамки. Я мирился с твоей дерзостью потому, что меня забавляли проявления твоего строптивого характера, и потому, что это не мешало работе. Но ты перешла уже все границы! Ты вроде бы не дура, так почему же у тебя не хватило мозгов понять, что презентация, где много важных и нужных для интересов фирмы людей, где полно нахальной журналистской братии, не место для глупых бабских выходок?! Если у тебя что-то с нервами или головой — лечись, а здесь тебе делать нечего. Иди доделай все срочное, да не вздумай ничего напортить, шкуру спущу! После обеда получишь расчет. Ну, что стоишь? Марш на свое место! Мне некогда.

Мне уже было ясно, что это очередные щучкины подлянки, но я хотела узнать, что именно она наговорила про меня, поэтому не ушла. Начальственного гнева я не боялась — все равно уже уволили.

— Вы зря волнуетесь, Алексей Степанович, я ничего портить не стану. Но прежде чем уйти, я хотела бы послушать о своем разнузданном поведении, всегда ведь полезно узнать о себе что-то новое.

— Меня не волнует, чего ты хочешь, вон из моего кабинета!

Я не шелохнулась, хотя еще никогда не видела, чтобы шеф так выходил из себя. Он подскочил ко мне и схватил за руку, намереваясь выкинуть из кабинета. Мне было с ним не сладить, слишком силы неравны, но я все же приготовилась упираться. Но этого не понадобилось. Он схватил меня за пострадавшую руку, ощутил под пальцами бинт, чуть вздрогнул и отпустил. С отвращением указав на мою руку, он бросил:

—. Какие тебе нужны объяснения, когда они у тебя при себе. Или ты уже не помнишь, где и как поцарапалась, память отшибло?

В этот момент чья-то голова всунулась в кабинет с робким вопросом:

— Вызывали, Алексей Степанович?

В ответ взбешенный шеф так рявкнул, что робкого посетителя словно ветром сдуло. Я подумала, что раз шеф действительно кого-то вызывал, то ему и в самом деле некогда. Тем не менее заело его что-то во мне, ведь разбирается все же со мной, хоть и орет, как больной слон. Выждав несколько секунд, пока он отдышится после своего вопля, я сказала:

— Я прекрасно знаю, что произошло с моей рукой и почему. Но что знаете об этом вы? В каком свете Нора вам все представила?

— Не понимаю, почему я все еще терплю тебя здесь, и еще менее понимаю, зачем ты затеяла весь этот нелепый спектакль, что ты хочешь мне доказать. Ведь ты сама сейчас сказала о Норе, заметь, не я.

— Что она вам сказала? Вам ведь некогда, ответьте мне на этот вопрос, и я уйду.

— Когда я брал тебя на работу, то не предполагал, что в тебе столько вздорности и бабьей дури. Наоборот, ты мне показалась неординарно и остро мыслящей, странно, что я в тебе так ошибся. У тебя была работа, я тебе нормально платил, ты не утруждалась чрезмерно, и я не приставал к тебе, как ты и хотела, чего тебе спокойно не сиделось? Зачем ты устроила безобразную сцену в туалете? Ну не удалось тебе соблазнить мужа Норы, осечка вышла, но драться-то зачем? Не умеешь проигрывать? Придется научиться, теперь ты еще и работу потеряла. Кстати, ты себя переоценила, мордашка у тебя ничего, но с Норой тебе не равняться, она не только красавица, но и выдержанна, прекрасно умеет себя вести, умна, настоящая светская женщина.

Интересно, мелькнуло у меня в голове, что во мне есть такого, что я не только без конца влипаю в истории, но и все мои поступки воспринимаются с точностью до наоборот? Я задумчиво посмотрела на своего теперь уже бывшего шефа и спокойно сказала:

— Спасибо, что сказали, не дали умереть полной дурой, а что касается Норы, то да, она умна, раз вы так безоговорочно верите всему, что она считает нужным вам сообщить. Относительно же других ее качеств, то она… а впрочем, имеющий глаза да увидит. Она красива, это бесспорно, но я ее красоте не завидую, света она мне не застит. К чему вообще завидовать и соревноваться? Для всех есть место под солнцем. Я и не знала, что собиралась соблазнить ее мужа, это забавно, посмеюсь на досуге. И еще одно, уже последнее: если я себя высоко оценила, по вашим словам, то вы себя явно занизили. Что такого я якобы нашла в Николае, чего не нашла в вас? Вас отвергла, а ему, значит, на шею вешаюсь? Да он по сравнению с вами просто индюк. Не волнуйтесь, это я говорю не в порядке подхалимажа, просто информация для размышления.

Я вышла из кабинета, не потрудившись посмотреть, какой эффект произвели на него мои слова, да и произвели ли? Все срочное я доделала за полтора часа и теперь раздумывала, покачиваясь на стуле, ждать мне расчета, как последней подачки, или взять и уйти? А что, пусть подавится своими деньгами! Перетруждаться мне и вправду не пришлось, хотя и дурака на работе не валяла, а тряпки, что я вчера купила, так они у меня останутся, авось пригодятся когда-нибудь. Жить, правда, не на что, но я придумаю что-нибудь, машину продам, побыла белым человеком и хватит, на метро можно ездить. Я сразу повеселела, мигом собралась, выключила компьютер и, повесив сумочку на плечо, бодро пошла к двери. В дверях я столкнулась с шефом, он минут сорок назад куда-то уходил, а теперь вернулся.

Увидев меня, он нахмурился:

— Ты куда? Я тебя не отпускал еще, слишком торопишься. Обойдешься сегодня без обеда, у меня есть еще для тебя задание срочное, садись и делай, а не то не получишь никаких денег.

Я засмеялась:

— Вы что-то говорили о моей бабьей дурости, если раньше у меня ее не было, то теперь хочу ее заиметь, полезная, оказывается, вещь. Чао! — И я вышла, продолжая тихо смеяться.

Самое удивительное, что это был не нервный смех, а обыкновенный, мне почему-то стало легко на душе. Выйдя из здания, я не оглянулась, значит, и в самом деле отряхнула прах со своих ног.