Если эти мыслители нисколько не хотят верить рассказам о явлениях и поведении вампиров, то они напрасно писали целые системы для объяснения того, что существует только в фантазии некоторых, зараженных предрассудками; если же все или, по крайней мере, часть из рассказываемого признать верным, в таком случае эти системы не успокоят умов, которые требуют более основательных доказательств.
Мы исследуем вопрос о том, основательна ли на самом деле система, предполагающая, что вампиры не действительно мертвые. Смерть есть отделение души от тела; душа бессмертна, а тело, по отделении от души, некоторое время остается нетленным, потом мало-помалу, через несколько дней или в течение долгого времени, истлевает. Иногда оно остается нетленным в течение целых столетий, или вследствие крепкого телосложения, как напр. у Александра Великого, остававшегося нетленным в течение многих лет[387], или вследствие бальзамирования, или от свойства почвы, где погребено тело, которая, вследствие своей сухости и плотности, не пропускает никакой жидкости и таким образом удаляет главную причину тления. Всех этих причин нетленности нет нужды доказывать, они достаточно известны каждому.
Иногда тело, не мертвое и не бездушное, представляется мертвым и бездыханным или, по крайней мере, совершает такие медленные движения и так слабо дышит, что ни движений, ни дыхания нельзя заметить, как это бывает при истощении и бессилии в известных, свойственных женскому полу, болезнях и экстазе.
Такого рода примеров можно привести очень много. Плиний упоминает[388] о многих оживших. Напр. он упоминает о юноше, который спал непробудно в течение 40 лет. Философ Епименид спал в пещере, по мнению одних, 40 или 47, а по мнению других — 57 лет. Как бы то ни было, но душа этого философа свободно могла оставить тело и потом опять возвратиться в него. То же говорят и об Аристее с острова Марморы, что в Мраморном море. Мы охотно соглашаемся, что все это — басни, но не можем отвергать того, что некоторые оживали после мнимой смерти через 5, 6, 7, 4 дня. Плиний упоминает о многих умерших, которые оживали после погребения, только он хотел об этом рассуждать, потому что, как он сам замечает, он повествует о естественных явлениях, а не о чудесах.
Плутарх говорит, что Теспезий, упав с кровли, лишился жизни, но на третий день по непонятной причине ожил.
Августин упоминает об одном Каламском священнике, Преституте, который до того поражен был рыданием плачущих[389], что впал в исступление; он ничего не чувствовал и не дышал, тело его жгли и кололи, но оно было бесчувственно, его душа была так занята рыданием, что ничего более не воспринимала[390].
Мужчины и женщины, впадавшие в экстаз, оставались иногда продолжительное время без пищи, дыхания и сердцебиения, как мертвые. Знаменитый аскет Таулер утверждает, что экстатическое состояние может продолжаться непрерывно неделю, месяц и даже год. Одна аббатиса в экстазе (Verzuckung) лишилась естественных функций и в этом состоянии оставалась 30 дней кряду без пищи и чувств. В изнеможении, в бессилии душа не обнаруживает своей деятельности, хотя и остается в теле и живит его[391].
ГЛАВА XV
Экстатическое (Verzuckung) и оцепенелое состояние людей и животных[392]
Многие женщины по нескольку дней находились в истерическом состоянии и при этом лишались чувств и языка, сердцебиение прекращалось. Гален упоминает об одной женщине, которая шесть дней находилась в подобном состоянии[393]. Некоторые в истерике оставались по 10 дней без движения и чувств, без дыхания и без всякой пищи.
Некоторые, словно мертвые, не обнаруживали признаков жизни, тогда как все слышали и понимали, что говорили другие, — и употребляли все усилия заговорить и доказать, что они живы, но, несмотря на это, они не могли ни говорить, ни обнаруживать каких бы то ни было признаков жизни[394].
Иероним Кардан говорит[395], что он произвольно впадал в исступление; он не помнит, как сам говорит, чувствовал ли он в этом состоянии тяжелую тоску или нет, но не чувствовал, как он уверяет, ни ядовитых ран, ни того, как таскали его. «Я слышу, говорит Кардан, разговор подле себя, но нисколько не понимаю его. И если я хочу впасть в исступление, то я чувствую около сердца отделение души от тела, совершающееся через голову главным образом и мозг, как через дверцу; после этого я лишаюсь чувств и замечаю только, что я вне себя».
Эти экстатические состояния могут стоять в связи с рассказами о Лапландцах[396], которые представлены нами в исследовании «О явлении отшедших душ», в главе тринадцатой.
Заметим здесь, что змеи, мухи, сонливая белка и другие в течение всей зимы словно мертвые. Жабы, змеи и устрицы могут жить заключенные в каменных кусках в течение многих лет и даже столетий. Кардинал де Рец в своих мемуарах замечает[397], что во время пребывания его на острове Минорке правитель острова дозволил вытащить скалу из моря, в которой (когда ее разбили) найдены живые устрицы, оказавшиеся весьма вкусными.
На берегах Сицилии, Мальты, Сардинии, Италии и др. находятся улитки, называемых каменными финиками, потому что они по виду похожи на пальмовые финики. Проникая внутрь камня через иголочные отверстия и добывая внутри камня пищу, улитки вырастают так, что не могут потом выйти оттуда, если не разбить скалы и не освободить их. Вынув из камня, этих улиток моют, их очищают и солят. Имея вид пальмового финика или пальца, эти улитки называются то финиками, то дактилями.
Некоторые лица могут, вовсе не дыша, оставаться долгое время в воде.
Многие люди умирают от сгущения крови, которая коченеет и твердеет в жилах у людей, поевших болиголова (schierlingskraut) и уязвленных змеей. Некоторых настигает смерть при сильном волнении крови, которое иногда случается от горячек, яда, моровых болезней, а также у людей, насильственно умерших или задохшихся в воде.
Умершим от болезней первого рода можно возвратить жизнь только чудесным образом, потому что для возвращения жизни умершим необходимо кровь сделать жидкою и восстановить перистальтное (чревообразное) движение сердца. Умерших от болезней второго рода можно иногда возвращать к жизни и без чуда, стоит только для этого удалить препятствия, остановившие движение сердца, подобно тому, как и маятник можно привести в движение опять, если удалить чуждое тело, — волос или атом, — которое препятствовало его движению.
ГЛАВА XVI
Приложение приведенных примеров к вампирам
Если приведенные факты неоспоримы, то нельзя ли допустить, что вампиры, умершие от горячки в Венгрии, Силезии и Моравии, продолжали жизнь во гробах подобно животным, о которых мы говорили, и птицам, которые прячутся в озерах и болотах Польши и в северных странах во время зимы, в течение которой они бездыханны, бесчувственны и безжизненны? Жизнь, движение и деятельность возвращаются к ним при наступлении весны, когда солнце нагревает воду, или если приблизить их к умеренному теплу. Они оживают и принимаются за прежнюю деятельность, приостановленную на время холодом.
Точно так же и вампиры возвращаются к жизни в своих гробах по истечении некоторого времени, но душа покидает их совершенно уже после разрушения тела. Если органы тела истлеют и разрушатся, то их нельзя уже возвратить к жизни; поэтому-то, чтобы отнять у души всякую возможность снова оживить тело и при посредстве его беспокоить живых, народы упомянутых стран прокалывают вампирам сердце, отрезают им голову и сжигают тело.
Нет ничего удивительного в том, что у казненных и умерших от горячки растут волосы на голове, борода и ногти, что тела их мягки и гибки, и что их кровь отделяет экскременты: все это возможно в человеческом теле до тех пор, пока продолжится в нем растительная жизнь. Если верно то, что мертвые едят в гробах все, что только попадет им под руку, то необходимо допустить, что они только мнимо умершие, что они живы, что они заживо погребенные, напр. в бешенстве, — и, опомнившись, стараются высвободиться из несчастного состояния, в которое они поставлены во гробе. Но весьма трудно, да и невозможно объяснить, каким образом вампиры, или заживо погребенные, выходят из гробов своих для того, чтобы беспокоить живых, каким образом они снова возвращаются в свои гроба? — вот вопросы, которые настоятельно требуют положительного ответа; между тем, все рассказы, какие нам известны, представляют этот факт, как известный, но не объясняют ни способа, каким он совершен, ни ближайших обстоятельств его, тогда как на самом деле все это, — самая необходимая и интересная часть в рассказе, — необходимая потому, что тогда видно было бы, что истинно и что вымышлено в рассказе, интересная потому, что только в таком случае видна была бы логическая нить, последовательность и связь в рассказываемом событии.
Каким, в самом деле, образом зарытое на четыре или пять футов тело в земле, не имея возможности и места даже свободно двигаться, будучи завернуто тщательно в холст и заключено в гробе, может выходить из гроба, не разрывая земли, и как, в самом деле, и с какой целью может производить все те действия, которые приписывают обыкновенно вампирам? Каким образом может возвратиться во гроб, в котором находят его здоровым, полным крови и свежим, часто с блестящими глазами, — словно живое? Некоторые думают, что эти тела проникают через землю, не раскапывая ее, как вода и пары, которые проходят в землю и из земли без видимого изменения ее частиц. Желательно, чтобы эти рассказы о возвращении вампиров были объяснены лучше.
Недавно очень образованный священник рассказывал, что он по пути из Жанина (Jeanin) пригласил к себе каноника Ольмюцской церкви и проводил его в деревню Либаву, в которую он был назначен комиссаром от Епископской Консистории для произведения следствия о вампире, который за несколько лет до этого беспокоил Либавян.
Начали производить следствие, потребовали показаний и повели дело обыкновенным порядком. На следствии показали, что вампир беспокоил жителей Либавы по ночам, что он выходил из гроба и являлся во многих домах. Три или четыре года тому назад кончились его шалости, когда приглашен был один знаменитый Венгерец с целью положить конец похождениям вампира. Венгерец влез на церковную башню и выжидал, когда вампир выйдет из гроба, оставив на нем свое покрывало, и отправится в деревню беспокоить жителей. Как только Венгерец заметил, что вампир вышел из гроба, он спустился с башни, схватил покрывало вампира и опять влез на башню. Возвратившись с своих похождений и не нашедши одежды, вампир закричал на Венгерца, но тот отвечал с башни, что если он желает получить обратно свое платье, то должен идти за ним на башню. Вампир поднялся на башню, но Венгерец сбросил его, ударив топором по голове, и тем покончил дело.
Ни рассказчик этой истории, ни посланный каноник ничего не видели; сведения об этом факте переданы им жителями деревни, невеждами, преданными суеверию и предрассудкам.
Если же все сказанное о вампирах — нелепые выдумки, то чем больше противоречия в этих рассказах, тем более доказательств в подтверждение нашего суждения об этом предмете.
ГЛАВА XVII
Заключение трактата
Мы показали, что утонувшие, впавшие в обморок, исступление или мнимо умершие могут быть спасены от смерти или возвращены к жизни с помощью медицинских средств или выжидающим терпением, пока природа опять возвратится в прежнее состояние, — сердце станет биться, кровь начнет свою циркуляцию в артериях и венах, и жизнь возвратится в нервы.
Заметим также, что вампиры Венгерские, Моравские, Польские, Силезские и другие, о которых наговорено столько чудес, — только обман и произведение расстроенного воображения и предрассудков. К произведениям фантазии относятся также все рассказы о возвращении вампиров в мир, о явлении их, о беспорядках, производимых ими в деревнях, о замученных ими лицах, у которых они сосали кровь и т. д. Нельзя указать ни на одного свидетеля умного, серьезного и непредубежденного, который бы мог сказать, что он действительно видел вампира, ощупывал и исследовал его, или который мог бы подтвердить действительность этих возвращений и приписываемых им действий.
Мы не отвергаем, что многие умирали из страха, обманутые своим воображением, что видят своих умерших родственников, которые приглашали их к себе в гроб. Некоторые утверждали, что вампиры стучались к ним в дверь, мучили и беспокоили их или вносили в дом смертоносные болезни; но когда их расспрашивали, они отвечали только, что видели и слышали только то, что может создать расстроенное, больное воображение. Между тем, нам нужны свидетели, такие, которые бы по зрелом обсуждении уверили, что видели, слышали и спрашивали вампиров. Далее, если бы нам представили даже доказательство действий вампиров, то и тогда мы останемся при прежнем убеждении, что этих действий, совершенных вампирами, вовсе не было.
[387] Плутарх, в Жизни Александра.
[388] Plin., Hist. natur., VII, 52.
[389] Plutarch., De sera numinis vindicta.
[390] August., Lib. XIV De Civitate Dei, cap. 24.
[391] Калмет хочет доказать здесь, что рассказы о вампирах не произведения одной фантазии, а имеют реальное основание в том, что часто мнимо умерших считают действительно умершими и потом вампирами.
[392] Калмет в этой главе говорит об экстатическом состоянии, сведения о котором в его время — что очень естественно — были поверхностны в общих чертах. Из этих экстатических состояний он обращает особенное внимание только на оцепенелость и нечувствительность экстатических индивидуумов ко всему, что кругом их совершается. После этого неудивительно, что он к категории этих явлений относит и прекращение жизнедеятельности у многих животных в определенные природой времена года. Мы не станем распространяться здесь о сущности экстаза и его различных формах; свойства его известны уже читателям из примечания к главе, где говорили мы об экстазе и смертельном обмороке. Автор упомянутого нами сочинения, Wahrheiten im Volksaberglauben, nebst Untersuchungen über das Wesen der Mesmerismus — доктор Герберт Майо, со взглядом которого мы, впрочем, не согласны, представляет для объяснения экстаза такое основание: «Каждая духовная сила, говорит он на стр. 87-й, имеет свое определенное место и седалище в нашем организме. Новейшим физиологам удалось определить, с какими особенными частями нервной системы каждый духовный аффект соединен функциально… Каждая духовная сила имеет свой особенный орган, или свою собственную лабораторию в нервной системе». На стр. 95-й, на вопрос, что такое экстаз? — он замечает: «Предварительно мы заметим, что основание экстаза состоит в обнаружении ненормального отношения духа и нервной системы. Во всех почти его формах видно, что некоторые духовные функции не имеют более своего седалища в свойственных им определенных органах. От часто повторяющихся перемен этого рода прекращается деятельность органов ощущений. Естественным и самым обыкновенным следствием этого бывает совершенное притупление слуха и зрения. Если же пациент в экстазе бодрствует, то в награду за потерю эти чувства выражают свою деятельность в других органах или обнаруживают какой-нибудь неясный образ (modus) общего восприятия». Стр. 88, V: Приняв за несомненное, что дух есть принцип отличный и отдельный от материи, мы легко поймем, что человеческая душа может стать к телу в новое, необыкновенное, ненормальное отношение Из различных форм экстатического сна особенно отличаются, с одной стороны, смертельный экстаз, продолжительный экстаз и простой или начальный экстаз, с другой стороны из различных форм экстатического бодрствования особенно выдаются полубодрственный экстаз, или сомнамбулизм, и бодрственный экстаз. Письма V, VII и VIII из сочинения доктора Герберта Майо; а также книга: «Die Tyroler ekstatischen Jjungfrauen. Leitsterne in die dunklen Gebiete der Mystik», 2Bde, Regensburg 1843, Verlag Georg Josef Mang. Примеч. Немецк. переводч.
[393] Cf. Traite de l’incertitude des signes de la mort. Т… II, p. 404, 407.
[394] Incertitude des signes de la mort. Т… II, p. 504, 505, 506, 514, 515.
[395] Hieron. Cardanus, Lib. VIII De Variet. rerum, c. 34.
[396] Olaus Mag., Lib. III, Epit. Hist. Septent; Perecer, De Variis divinat. gener., p. 282.
[397] Memoires du Cardinal de Retz, T. III, L. IV, p. 297.