Остановив повозку в одном из проулков, мы с Градом, не спеша, пошли по улочке, чтобы оценить обстановку и посмотреть на месте, не вмешаются ли в план Профессора какие-нибудь непредвиденные обстоятельства.
Обстоятельства, как водится, не замедлили вмешаться.
Видимо, день Жёлтой деревянной Собаки, девять красных мэнгэ, благоволил не ко всем.
Неподалеку от здания Службы, Град задергал носом и озабоченно сказал:
— Или мне кажется, или дымком откуда-то тянет. Свихнусь я с этим пожарами.
Но когда мы подошли, увидели, что не казалось. Горело не что-нибудь, не какая-то там лавочка или склад — полыхало в здании Службы Надзора за Порядком.
Огонь был не магическим: его успешно тушили. Но своё дело он сделал: мы опоздали.
К счастью или к несчастью, но до обаятельного любителя обысков добрались раньше нас и расплатились с ним его же монетой.
Ветер сгорел живым в своем кабинете.
— Н-да… — озадаченно сказал Профессор, когда мы вернулись. — Как к этому не относиться, но получается, что проблем у нас стало меньше. Отступаем.
Мы вернулись к повозке.
Я не то чтобы была уверена, — просто хвост готова была дать на отсечение, что это Ряхина работа.
«Но что ты об этом узнаешь — всенепременно», — сразу вспомнились мне его слова.
— Раз уж похищение не состоялось, — сказала я кисло. — Давайте находить утешение в том, чтобы рассказывать друг другу подробно и обстоятельно, как мы все догадались, что поджигатель Ветер. И заодно хотелось бы выяснить, как он, всё-таки, спёр наше заклинание.
— Мы утешимся дома, — пообещал мне Град. — Потому что делать это без Льда нечестно.
Лёд тоже так считал.
Когда мы добрались до представительства и вошли к нему, он лежал на кровати, яростно дергал тапок на веревочке к восхищению Копчёного и отводил душу, затейливо ругаясь.
— Чего рано припёрлись? — нелюбезно встретил он нас. — Опять упустили? Так и знал, что без меня всё провалите!
— Не злись, операция не состоялась. Кто-то раньше нас навестил поджигателя. Сгорел он, — коротко рассказал итоги нашей поездки Рассвет.
— Да ну? — не поверил Лёд.
— Вот тебе и ну, — подтвердил Град. — Кто-то умудрился офицера Службы Надзора за Порядком и родственника самых уважаемых людей Отстойника привязать к креслу в его же, офицера, кабинете, обложить документами и поджечь. Кто-то менее щепетильный, чем Профессор.
— И не надо в мою сторону смотреть, — обозлилась я. — Ничегошеньки я не знаю!
Это Профессор меня изучал, словно в первый раз видел.
— Страшный у тебя друг, — сказал он мягко.
— По сравнению с вами — нет! — рявкнула я, обидевшись за Ряху. — И по сравнению с Ветром.
— Почему? — без тени гнева спросил Профессор.
— Потому что Ряха живёт в простом мире, — загорячилась я. — Он отвечает тем же, вот и всё. Сказал, что найдет поджигателя, — и нашёл. И остановил. У него свои понятия о справедливости, но они есть. А у Ветра не было.
— А у меня? — слегка улыбнулся Профессор.
— А вы — как наш Огрызок. Сверху полочки с ванилью, а внизу подвалы, подвалы, подвалы, — сбилась я, не зная, как объяснить словами то, что и так без слов ясно.
— Хорошо, я понял, что ты хотела сказать, — заключил Профессор. — И понял, наконец, на чём основана ваша странная со стороны дружба с этим легионером.