Я протянул руку и пощупал Глебкин лоб. Он стряхнул мою ладонь резким досадливым движением.
— Прекрати, идиот! Я вспомнил, кто он такой!
Глеб кивнул в сторону двери.
— Ну, ну! — заторопил я.
— Винодельни, — коротко сказал Глеб.
Я минуту постоял на месте, потом повторил жест приятеля и тоже хлопнул себя по лбу. Ну, конечно!
Месяц назад все средства информации Города взахлеб рассказывали об известном, богатом, удачливом, обаятельном, щедром предпринимателе Георгии… забыл фамилию. Ему принадлежали лучшие виноградники в нескольких бывших республиках Союза и несколько крупных винодельческих заводов. В Город он приехал для переговоров о покупке торговой марки «Мажестик», которой собирался вернуть былую славу и мировое признание. Его лицо долго не сходило с первых полос местных газет, а потом как-то незаметно растворилось. Как и всякое упоминание о нем.
— Что думаешь? — спросил я Глеба.
— Похищение, — ответил Глеб одним словом.
Я поежился. Скорее всего, приятель прав. Моего незваного гостя привезли в дачный поселок в качестве пленника. Но ему каким-то образом удалось сбежать. Страшно даже подумать, что со мной будет, если похитители узнают, кто перешел им дорогу!
— Меня в цемент закатают, — сказал я уныло.
— Не допустим! — решительно возразил Глеб. — Парень явно не глупый, а возможности у него — какие нам с тобой и не снились.
Он хлопнул меня по плечу и цинично призвал:
— Пользуйся, раз повезло!
— Ага! — огрызнулся я. — Выставлю ему счет за гостеприимство! А ты за медицинскую консультацию!
— А еще ты можешь выписать счет за блестяще проведенную операцию, — деловито напомнил Глеб.
Мы посмотрели друг на друга и сдавленно прыснули. Смеялись долго, но тихо, чтобы не проснулись хроники. Мне кажется, что наше веселье носило истерический оттенок. Напряжение, накопившееся внутри, выплеснулось наружу, и особого повода для смеха нам не требовалось. Достаточно было палец показать.
— Да уж, — сказал я, отсмеявшись. — Не думал, не гадал…
— Ты его в Москве не встречал? — спросил Глеб.
Я покрутил пальцем у виска.
— Обалдел? Где?!
— Тебя же таскали на всякие тусовки, презентации, — напомнил Глеб.
Я иронически хмыкнул:
— Думаешь, такие, как он…
Я кинул в сторону подвала.
— …шляются по подобным помойкам?
Глеб задумчиво почесал в затылке.
— Не знаю. Где-то же они должны знакомиться со своими фотомоделями!
— Они их на дом выписывают, — предположил я. — По каталогу. «Показ последней коллекции фотомоделей. Цены указаны в евро».
Мы снова согнулись пополам. Повторяю, нами овладело некое подобие истерики. Истерики тихой, контролируемой, не буйной.