— Ладно. Я попрошу сыскное агентство проверить эти заведения. Но нам стоит еще раз попробовать.
Оливия устало вздохнула.
— Чем она увлекается? Любит ли она спорт? Зимний спорт? Лыжи, коньки, что-нибудь в этом роде?
Оливия задумалась.
— Нет, — медленно проговорила она. — В детстве, во всяком случае, не любила.
— А как насчет искусства? — Он потянулся к софе и взял в руки брошюру со скрипкой на обложке. — Это о музыкальном фестивале в Аспине. Может она интересоваться такими вещами?
— Риа? — Оливия усмехнулась. — Сомневаюсь.
— Но она работает в галерее?..
— Ну, сейчас модно… — Тут она осеклась. В глубине души она знала, что это правда. Риа гналась за модой. Но Оливии и самой-то трудно было смириться с этой мыслью, а делиться ей с посторонними и подавно не было нужды. — То есть она… она училась на каких-то искусствоведческих курсах в колледже.
Лицо Эдварда ничего не выражало.
— А вы? Не по той же причине вы увлеклись отделкой интерьеров? Потому что модно?
Ее глаза гневно сверкнули:
— Вовсе не модно.
— Неужели? — Он схватил оставшиеся бумаги, подошел к столу в дальнем конце комнаты и сунул их в открытый ящик. — Покупательницы, которые ходят в «Мечту Оливии», вряд ли заглянут в заштатный магазинчик.
— То же можно сказать о покупателях, которые ходят к Эдварду Арчеру. Что вы там продаете, Эдвард? Акции и облигации? Потому что это модно в вашем кругу?
Он поднял брови.
— Я арбитр, — резко ответил он. — Причем чертовски хороший арбитр. Я не торговец… — Эдвард взглянул на нее, и в воздухе повисла долгая пауза.
— Ну все? — пробормотала Оливия. — На сегодня кончилась игра в вопросы и ответы?
— Похоже, что да, — сказал он. — Уже поздно. Я здорово загонял вас за сегодня.
— В таком случае, — произнесла она, вставая, — не позвоните ли вы вниз, чтобы мне вызвали такси? И если вам что-нибудь придет в голову насчет Риа…
— К черту Риа! — в голосе Арчера прозвучала такая злость, что Оливия онемела от удивления. — Я больше не могу слышать ее имя, больше не могу думать об этом подонке Райте и его грязных делишках, не могу… — Он сжал губы и вытер рукой лоб. — Вы правы, — сказал он после короткой паузы, — этот день действительно был слишком длинным.
Оливия кивнула:
— Поэтому мне пора ухо…
— Что нам сейчас нужно, так это выпить. Выпить.
В ту ночь в этой же комнате он тоже предложил ей выпить, а потом обнял и поцеловал так, что у нее закружилась голова…
— Оливия? Что вам налить?
— Ничего, — поспешно ответила она. — Меня развезет, если я позволю себе что-нибудь крепче, чем чашечка кофе, и…
— Тогда сварите для нас кофе. — Эдвард чуть заметно улыбнулся.
Оливия пристально смотрела на него. Ну, что может случиться от чашечки кофе?
— У меня есть зерна любых сортов, — добавил он с надеждой.