Маркиз де Сад. Великий распутник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кстати говоря, карабинеры — это тогда был один из наиболее престижных родов войск во всей королевской армии, и в этот элитный полк принимали только высоких и хорошо сложенных молодых людей: рост вступающего должен был быть не меньше пяти футов четырех дюймов (около 1,73 м). Рост же Донасьена составлял всего пять футов два дюйма (около 1,68 м). А это значит, что недостающие сантиметры надо было восполнить связями, что и сделал его отец.

Учеба сына в Версальском кавалерийском училище стоила графу де Саду 3000 ливров. А вот перевод в младшие лейтенанты королевской пехоты не оплачивался, но зато он освобождал графа от дальнейших расходов, связанных с образованием ребенка. По сути, это был трамплин: дальше Донасьен, по мнению отца, уже должен был рассчитывать только на себя самого.

Несмотря на довольно хрупкое телосложение и полудетский облик, Донасьен показал себя решительным офицером и участвовал в нескольких сражениях, в которых проявил себя с самой лучшей стороны. Один из знакомых отца даже писал ему тогда, что юного маркиза нужно больше сдерживать, чем толкать на активные действия. Аналогичного мнения придерживались и старшие офицеры из полка, где служил де Сад. Во всяком случае, один из них так отозвался о нем: «Совершенно сдвинутый, но храбрый».

В конце 1755 года обстановка в. Европе формально выглядела мирной. Однако первый лорд Британского адмиралтейства Эдвард Боскауэн (Boscawen), узнав о том, что французы готовят сильный флот и транспорты с войсками для отправки в колонии, вдруг взял и захватил в районе Ньюфауленда два французских корабля. Заявив протест, король Людовик XV отозвал своих послов из Англии и Ганновера. А к весне 1756 года уже поползли слухи о возможной большой войне; и французские полки двинулись в сторону Тулона, где стояли корабли Средиземноморского флота, а также в восточном направлении, чтобы иметь возможность оказать поддержку союзникам-австрийцам в борьбе против Фридриха Прусского.

Видя подобные приготовления, Англия в мае 1756 года официально объявила Франции войну и выделила для участия в Прусской кампании ганноверские войска.

А тем временем Фридрих II 29 августа 1756 года первым начал военные действия, внезапно вторгшись в союзную с Австрией Саксонию. В результате он быстро занял ее, а в сентябре войну Пруссии объявила возмущенная Россия.

Соответственно, Франция объявила войну Англии и Пруссии. И надо сказать, что в тот момент вся страна жила надеждой, что победа в этой кампании, получившей позднее название «Семилетняя война», станет спасением для Людовика XV и всего аристократического уклада жизни.

Историк Дональд Томас пишет об этом следующим образом:

«На смену нравственному цинизму, поиску удовольствий и тенденции к политическому анархизму, проявившимся после смерти Людовика XIV в 1715 году, пришли жестокие испытания войны, ведущейся на трех континентах. Ярость сражений подогревалась обещаниями скорого триумфа. Новости, приходившие со Средиземноморья, звучали успокаивающе. Сообщения из Северной Америки — и того лучше <…> Главный театр военных действий находился в Германии, где Пруссия сражалась с Австрией. Французская армия действовала в районе Рейна».

Маркиз де Сад оказался в пехотном полку маркиза Шарля де Пойянна (Роуаnnе). Вместе с другими войсками полк пересек Рейн и вышел на равнины Северной Европы. Полк, в котором служил де Сад, был составной частью армии, находившейся под командованием маршала Луи-Шарля Ле Теллье, герцога д'Эстре (Le Tellier, duc d’Estrées), и эта армия получила приказ атаковать защитников Ганновера, возглавляемых герцогом Камберлендским, сыном короля Георга II.

Маршал д’Эстре пересек Везен и 26 июля 1757 года обрушил всю силу 60-тысячной французской армии на полки герцога в Хастенбеке. У противника было лишь 36 000 солдат и офицеров, сражение продолжались три дня и закончились одной из самых решительных побед французов в этой войне. Герцог Камберлендский признал свое поражение и подписал акт о капитуляции, эвакуировавшись из Ганновера вместе с отцовским наместником.

В январе 1757 года маркиз де Сад получил чин лейтенанта. Но более важным для него стало то, что командование французской армией на Рейне перешло к герцогу де Ришелье, а затем, вследствие дворцовых интриг мадам де Помпадур, к Луи де Бурбон-Конде, графу де Клермону.

По словам историка Дональда Томаса, «в стратегии этот „вояка“ разбирался слабо. Существовала и худшая сторона данного назначения: граф оказался подобен подушке, носящей следы последнего человека, который на ней сидел; он легко поддавался влиянию извне».

23 июня 1758 года в районе Крефельда граф де Клермон сразился с принцем Фердинандом Брайншвейгеким, и это закончилось для французов очень плохо. Их обстреливали со всех сторон, причем вражеские пушки били почти в упор. Короче говоря, это было одно из жесточайших сражений, ничего общего не имевшее с битвой при Фонтенуа 11 мая 1745 года, когда французский офицер граф д’Антеррош встал перед своими гвардейцами, приветствуя лорда Хэя, стоявшего напротив него перед английским войском: «Мы никогда не стреляем первыми. После вас, господа англичане!»

Атаку ганноверцев маркиз де Сад имел возможность наблюдать по фронту и с правого фланга. В тот день потери французов составили 5200 человек убитыми и ранеными, а еще около 3000 попало в плен. Среди погибших оказался 27-летний граф де Жисор (Gisors), сын маршала де Белль-Иля.

Понесенное поражение вынудило французское командование направить на Рейн дополнительные силы. Граф де Клермон был смещен, и на его место заступил маркиз де Контад (Contactes). Новый командующий искусными маневрами вынудил Фердинанда Брауншвейгского уже 9 августа оставить Крефельд и переправиться обратно на правый берег Рейна.

Сослуживцы не зря называли молодого маркиза де Сада «совершенно сдвинутым, но храбрым». Храбрость свою он доказал в боях, а вот что такое «сдвинутый»?

Скорее всего, под этим подразумевалось его нежелание подчиняться, как иногда говорят, «идти со всеми в ногу». То есть молодой офицер всегда старался быть сам по себе. Во всяком случае, известно, что он писал отцу, что ему недостает малодушия, чтобы лебезить перед влиятельными людьми или льстить глупцам, с тем, чтобы снискать к себе их расположение.

Но почему все-таки «сдвинутый»? Да потому, что порой поступки молодого де Сада вызывали недоумение. Например, однажды он, желая выделится, приказал дать залп в честь победы французов при Зондерхаузене. Но ствол орудия оказался настолько неумело направлен, что ядро пробило крышу соседнего дома, и лейтенанту пришлось приносить публичные извинения.

Да и отношения с женщинами на завоеванных немецких территориях у маркиза также развивались настолько бурно, что его прозвали «легко воспламеняющимся».

По мере того как шла война, ее ход менялся явно не в пользу Франции, число погибших возрастало, и во многих полках появлялись вакансии. В результате в апреле 1759 года маркиз де Сад получил чин капитана в Бургундском кавалерийском полку.

Капитан в 19 лет — это было очень даже неплохо, и далеко не все могли похвастаться подобным повышением. Но молодой маркиз опять показал себя чем-то недовольным, что явно свидетельствовало о его беспокойном и тяжелом характере, который, как очень скоро выяснится, станет одной из главных причин всех его жизненных проблем.

Можно себе представить, сколько врагов он нажил себе из-за этого своего характера. То он пытался переменить полк с понижением в чине, то требовал для себя места, на которое явно не мог рассчитывать из-за недостатка денег, то отлучался без разрешения, то блистал на балах, то ссорился с товарищами из-за женщин. Он даже имел несколько дуэлей, но из всех вышел целым и невредимым.

Постепенно война перестала увлекать его, ибо он пристрастился к жизни, полной сексуальных удовольствий и открытий. В результате он стал служить женщинам даже больше, чем королю. При этом он всегда хвастался своими успехами, многие из которых сам же и выдумывал. Короче говоря, среди сослуживцев он, в конечном итоге, приобрел репутацию «негодяя». И что характерно, сослуживцами его были такие же молодые, которые отнюдь не отличались образцовым поведением.

В романе «Алина и Валькур», считающемся автобиографическим, маркиз де Сад приводит следующую историю:

«Наш полк стоял гарнизоном в Нормандии, там начались мои несчастья. Мне шел двадцать второй год, занятый до тех пор военной службой, я не знал моего сердца, не подозревал, что оно так чувствительно.

Аделаида де Сенваль, дочь отставного офицера поселившегося в городе, где мы стояли с полком, сумела победить меня. Пламя любви объяло мою душу <…>

Я ее любил, так как мне необходимо было обожать все то, что имеет сходство с созданным мной идеалом: это оправдывало мое увлечение, но вместе с тем было и причиной моего непостоянства.

В гарнизонах есть обычай избирать себе каждому любовницу, но смотреть на нее как на божество, поклоняться ей от безделья, бесцельно и безрезультатно и оставлять ее без сожаления, как только над полком развернутся знамена. Я по совести решил, что не могу так любить Аделаиду <…>

Шесть месяцев прошло в этой иллюзии, наслаждения не охладили любовь, в опьянении наших отношений был момент, когда мы хотели бежать на край света <…>