— Привет, малышня, как у вас дела?
Юха вскакивает, багрово-красный.
— Вон! Тебе сюда нельзя!
— В бутылочку играете? — хихикает Ритва.
— Прочь! — рявкает Юха и добавляет умоляюще: — Ты же обещала!
— Да-да, — отвечает Ритва, — я просто хотела спросить, хватило ли сосисок.
— Хватило, хватило. Ну иди!
Юха выпихивает ее.
— Иду, иду, — смеется Ритва. — У-тю-тю-тю!
Как только они снова остаются одни, Стефан спрашивает Эву-Лену, какие три мальчика в классе, по ее мнению, самые симпатичные.
— Что, никто другой начать не может? — стонет Эва-Лена.
— Нет уж, — отвечает Юха, — говори!
— Стефан, Симон и… Леннарт, — сообщает Эва-Лена.
Леннарт довольно ухмыляется.
— Видали! Видали! — повторяет он, хлопая себя по животу.
— Ладно, Юхина очередь, — решает Стефан.
Юха выпрямляется. Он долго этого ждал.
— Правда или каторга? — спрашивает Стефан.
— Правда! — громко и четко заявляет Юха.
— Трус, — шипит Леннарт, пихая Юху.
— Отвали, — шипит Юха и отпихивает Леннарта.
— Правда, — говорит Стефан, — ладно… Какая девчонка в классе, по-твоему, самая симпатичная?
Сам-то он знает ответ и поэтому ехидно улыбается. Юха краснеет и смотрит на Ли.
— Ли, — шепчет он.
Ли улыбается. Юха готов сквозь землю провалиться.
— Видали! — говорит Леннарт; напряжение нарастает.
— Теперь Пия, хочет она или не хочет, — говорит Стефан.
— Правда, — решает Пия.
— Ну что все правду выбирают? — возмущается Симон.
— Ладно! Пусть будет каторга, — кривится Пия, — но я не собираюсь никого целовать, пусть Симон и не надеется, чертов урод!