Детство комика. Хочу домой!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Шпинат вкусный, Даниель, только слишком соленый.

— Шпинат полезный.

— Да, шпинат полезный.

И вот их нет — слов, которые он придумал.

Теперь она сыта и довольна, теперь можно спрашивать, думает Даниель.

Но вопрос вдруг кажется ему смешным и детским. Получил календарь — тебе этого мало?

Мало. Он огибает стол, подходит к Рут и крепко ее обнимает. К объятиям она не готова, а потому застывает.

— Ой, Даниель, у тебя грязные руки, а я только стирала блузку, — шепчет она ему на ухо и слегка приобнимает.

Даниель стискивает ладони, чтобы не испачкать блузку, но мать не отпускает. Рут вздыхает, расцепляет его руки и говорит:

— Не сейчас, Даниель, у меня нет времени.

— Сейчас! — просит отчаявшийся Даниель. Он сжимается, чтобы снова стать младенцем, пытается обнять ее еще раз. Сейчас, сейчас, сейчас.

Но Рут не отвечает на его объятия. Она берет его за руку и решительно говорит:

— Ты уже не маленький.

И тогда Даниель отпускает ее.

Как висящий над пропастью отпускает камень. Никогда больше он не обнимет ее. У него кружится голова от мысли, что камень падает в последний раз. Он падает так долго, что Даниель даже не слышит, как он ударяется о землю.

В глазах слезы, которые Рут видеть не должна. Он бросается прочь из кухни, в желудке противно болтаются макароны и котлеты. Из носа текут сопли, и рыдания уже на подходе.

Прочь. Он хватает календарь. Шапочка «АИК» надвинута на лоб. Даниель вне себя. На скамейке в парке Васа он открывает все окошечки в календаре.

И даже рождественское окошечко.

И раскаивается. В рождественском окошке нарисована елка с грудой подарков. Ему хочется плакать.

Двадцать второе ноября. Все испорчено. Он отшвыривает календарь.

Камень ударился о землю. Ничего не осталось. Две вороны, покружив над его головой, садятся на маленькое застывшее деревце, даже не каркнув.

Даже не каркнув.

Когда Даниель возвращается домой, Рут уже вымыла посуду. Тарелки красуются на сушке, клеенка вытерта. Даниель старается незаметно прошмыгнуть в свою комнату, чтобы не разговаривать.

Почистив зубы, он натягивает пижаму и заползает в постель, не сказав никому «спокойной ночи».

Даниель не знает, любят ли его. Мама, папа. Он не знает. С чего бы им любить его? Он ведь ничего не умеет, вечно молчит. Иногда он думает: «Если бы они могли выбирать, выбрали бы они меня?»

Нет такого закона, по которому родители должны любить своих детей.

Он натягивает одеяло до самых глаз, и проходит немало времени, прежде чем он засыпает.

Так больно не знать.

Когда Рут и Ракель были маленькими, они купались каждый день. Ванна была на львиных лапах и отзывалась эхом, когда по ней стучали. Ракель всегда пи́сала в воду. Рут было противно. Затем Милдред вытирала их насухо и отправляла в отцовскую комнату, где отец заставлял пить рыбий жир.

Он говорил, что это полезно, но Рут от рыбьего жира рвало.