Гранитный линкор: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— На стеклах узоры мороз разрисовал, а в печке смолистые кругляки потрескивают. Ох, и хорошо! — от этих слов становится теплее и самому Семену, хотя он уже не чувствует своих застывших рук и ног. — Мать у меня спокойная, ласковая. Люблю ее. Старенькая уж... А Зоя, невеста, березонька весенняя моя...

Кто-то из матросов крякнул, кто-то глубоко вздохнул, у кого-то вырвался сдержанный стон.

— Будто вижу: стоит мать у печки, дрова жарко горят. У нее на глазах слезы: сына вспомнила... Когда уходил на фронт, сказала: «Не осрамись, сынок, сильнее, чем меня, Родину люби...» Закрою глаза, а она передо мной. С ухватом в руках. В печке ведерный чугун — пельмени варятся... сибирские... из жирного бараньего мяса... сморщенные и душистые... наверх всплывают... Значит, сварились.

— Эх, сюда бы их! — не выдержал Ерохин. — Замолчи, Семен, что ли!

— Говори, Сеня!

— Не раздражай!

— Нутро болит! — слышатся из сугроба голоса матросов.

Глухо стонет согретый матросскими телами капитан.

Рвутся кругом, заглушая шум ветра, тяжелые снаряды и мины.

— Их много,— продолжает медленно говорить Сибиряк.— Горой лежат в огромной миске... Черный перец на столе, уксус... Вилочкой возьмешь пельмень, а он сам просится тебе на язык. Аромат нос щекочет,— продолжает слабеющим голосом Семен.— Ешь их, и все хочется. Жирные, сочные. Они во рту тают. А если еще горькой приправишь, ну, тогда совсем... В избе тепло-кругом тепло... и даже жарко! Как здесь, сейчас жарко! Я не замерзну... Нет, я — сибиряк, я...

Он замолчал, и все долго молчали. Каждый вспомнил свой дом, мирную жизнь.

— Сеня, а с чем у вас больше всего пельмени едят? — вдруг нарушил молчание Ерохин.— Со сметаной или с уксусом?

Семен не ответил.

— С уксусом!—сказал кто-то.

И опять неумолчно стонет вьюга.

— Сеня, Сеня,— зашевелился Леонид,— что это ты замолчал?

На стороне противника вспыхнула ракета.

— Сибиряк, слышишь? — вскакивая, крикнул Леонид.

Он стал испуганно тормошить Семена, тот с трудом поднял отяжелевшие веки.

— Ох, спать... спать...— бормочет Сибиряк.

— Сеня, Сенечка! — сдерживая подступивший к горлу комок, тормошит друга Леонид.— Как же так? Сеня, ведь и про пельмени не все рассказал...

Он поднял коченеющего друга, крепко прижал к сердцу.

— Снегом оттирать надо, снегом! — закричал он вскочившим в тревоге матросам.— Спасем еще!

Матросы стали энергично растирать снегом и трофейным спиртом товарища. Кутали его в свои бушлаты. И скоро Сибиряк пришел в себя.

В теплой землянке Шредера, перед столом, уставленным разной закуской и вином, стоял Федор Егоров. Матросу не верилось, что он попал в плен.

— Прошу садиться, хороший солдат!—указав на стоявшую у стола табуретку, сказал Шредер на чистом русском языке.

— Не солдат я...

— Простите, матрос! Прошу! — повторил он, наливая в стаканы коньяк.

— Чем могу служить?

— Служить мне? Зачем? Вы — мой гость!