Гранитный линкор: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ураганом налетел Юрушкин на егерей. Разгорелась рукопашная. Закружился над окопами снег. Матросы наседали, враг не отступал. Численное превосходство было на его стороне. Егеря уже стали было одолевать североморцев, как-вдруг отлетел в сторону снежный щит и матросы во главе с Ерохиным появились за спинами егерей. Они ударили из автоматов в затылок врагу. Противник растерялся. Он не ожидал этого удара.

Понеся большие потери, егеря отступили. Снежные траншеи снова были в руках североморцев.

У окопа, где серели тела вражеских солдат, неподвижно лежал лейтенант Юрушкин. На подворотничке, выглядывавшем из-под гимнастерки, расплылись капельки крови. В правой руке граната, в левой — автомат. Глаза широко открыты. Губы плотно сжаты. На молодом лице застыл гнев. Будто сейчас вскочит и, подтянутый, собранный, снова бросится на врага.

Окружив лейтенанта, опустив головы и дула автоматов, стояли матросы.

— Прости, дорогой, не по-матросски я о тебе думал раньше! — прошептал Ерохин, тяжелый подбородок его вздрагивал.

Глядя на лейтенанта, североморцы подтянулись, расправили складки маскхалатов, распрямили плечи и, вскинув автоматы, дали залп в сторону врага.

...Сибиряк пробирался на правый фланг. До него дошел слух, будто убит капитан Углов. Семен выбрался в район скал. На месте двух землянок, где раньше находились раненые и поочередно обогревались и сушили одежду матросы, зияли огромные воронки.

Сибиряк заметил тревогу на лицах товарищей.

— Где капитан? — нерешительно, тихо спросил он.

— Капитан шибко ранен, — шмыгнув носом, сообщил Амас.

Сибиряк облегченно вздохнул.

— А мне сказали...

—Только дурак мог такое придумать! — оборвал его Амас, догадавшись, что хотел сказать Семен.

В траншее окруженный матросами лежал Углов. Сквозь толщу бинтов просачивалась и тут же стыла кровь. Глаза капитана были закрыты.

Военфельдшер снегом растирал Углову побелевшие пальцы правой руки.

Пурга по-прежнему не унималась. Мороз не слабел.

— Как, товарищ военфельдшер, будет жить наш командир? — чуть слышно спросил Сибиряк.

Тот не ответил, еще сильнее стал растирать коченевшие руки Углова.

— Капитан должен жить! — ответил за фельдшера Ерохин.

— Его бы сейчас в тепло, да где возьмешь? Землянки разрушены...— тяжело вздохнул военфельдшер.

— А если закутать потеплее? — посоветовал Сибиряк.

— Во что? Все трофейные тряпки в землянке сгорели. Не знаю, как и быть... Хоть караул кричи! А так нехорошо... Замерзнет...

— Не дадим замерзнуть командиру! — Сибиряк решительно снял с себя бушлат, оставшись в свитере и маскхалате, заботливо стал укутывать командира. — Бушлат, что тебе печка, в любые морозы отогреет душу матроса.

— Вы же сами замерзнете,— возражал военфельдшер.

— Это командир отряда. Он не раз спасал мою жизнь! — гордо выпрямился Сибиряк.— А я не погибну... Я с Енисея, сибиряк! — он осторожно лег около Углова, прижавшись к нему своим разгоряченным телом. — Давайте, сердешные, прижмемся к нему. Пока враг молчит, отогреем теплом матросским человека...

— Я тоже из Сибири. Вот мой бушлат!

— Свои теплые носки надену ему на ноги,—заглушая вой вьюги, зашумели матросы.

Они прижались к капитану, дышали на его коченеющие руки, и от этого им самим становилось как будто теплее.

Буря не унималась. Выл в скалах ветер, поднимал в окопах снежную пыль и окутывал ею, словно белой простыней, прижавшихся к своему командиру матросов.

— Трудно, братцы! — стонет кто-то.— Терпежу нет!