Вирус либерализма: перманентная война и американизация мира: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В настоящее время правительства Юга все еще борются за «истинный неолиберализм», который позволил бы партнерам как с Севера, так и с Юга договориться об «игре по правилам». Однако страны Юга вскоре поймут, что эта надежда иллюзорна.

Следовательно, им будет необходимо вернуться к неизбежной концепции того, что всякое развитие ориентируется на себя. Развитие означает, прежде всего, определение национальных приоритетов, которые откроют дорогу модернизации систем производства, и создание внутренних условий, при которых эти системы будут служить социальному прогрессу. Тогда формы отношений рассматриваемых наций с развитыми капиталистическими центрами станут подчиняться требованиям этой логики. Непривязанность (это мой собственный термин) — которая суть не одно и то же, что представляет собой автаркия, — помещает концепцию развития на противоположный полюс от (либерального) принципа «структурного приспособления» под нужды глобализации, при которой развитие принудительно подчиняется исключительным требованиям экспансии господствующего транснационального капитала, что углубляет неравенство в мировых масштабах.

Пятая гипотеза: Выбор США в пользу милитаристской- глобализации непосредственно бьет по интересам Европы и Японии

Эта гипотеза также следует из «горой гипотезы. Цель Соединенных Штатов, среди прочего, состоит и в том, чтобы поставить их европейских и японских партнеров в подчиненное положение (положение вассалов), используя военные средства для захвата всех стратегических ресурсов планеты (в особенности нефти). Американские нефтяные войны направлены против Европы. Европа (и Япония) могут в определенной степени парировать эту стратегию путем сближения с Россией, которая способна отчасти обеспечить их нефтью и некоторыми другими необходимыми сырьевыми материалами.

Шестая гипотеза: Европа должна и способна освободиться от вируса либерализма. Однако эта инициатива не может исходить от сегментов господствующего капитала, а исключительно от народов

Господствующие сегменты капитала, конечно же, стоят на защите глобализированного неолиберализма и согласны платить за это своим подчиненным по отношению к североамериканскому лидеру положением. Европейские правительства и поныне считают, что должны отдавать исключительный приоритет защите интересов этих сегментов.

У народов Европы есть другое видение как европейского проекта, в котором они хотят видеть социальный проект, так и своих отношений с остальным миром, которые должны следовать принципам законности и справедливости. Это видение они выразили в настоящее время тем, что осудили — подавляющим большинством — политический уклон Соединенных Штатов. Если эта гуманистическая и демократическая политическая культура «старой Европы» восторжествует — а весьма вероятно, что так и произойдет, — то подлинное сближение между Европой, Россией, Китаем, Азией и Африкой создаст основу, на которой станет возможным построить демократичный и свободный от войн многополярный мир.

Основное противоречие, разделяющее Европу и Соединенные Штаты, лежит не между интересами господствующего капитала Европы и США, а в области политической культуры.

В Европе всегда остается возможной левая альтернатива. Эта альтернатива одновременно вынудила бы и к разрыву с неолиберализмом (и отказу от напрасной надежды подчинить Соединенные Штаты его требованиям, что заставило бы европейский капитал вступить в экономическую конкуренцию па еще не разминированной территории), и кот-ходу от политических стратегий Соединенных Штатов. Избыточный капитал, размещением которого в Соединенных Штатах Европа до сих пор довольствовалась, мог бы быть тогда выделен на экономическое и общественное возрождение, которым он крайне необходим. Но стоит Европе отдать приоритет своему собственному экономическому и социальному прогрессу, так кажущемуся процветанию экономики Соединенных Штатов сразу же приде т конец и правящий класс Америки окажется лицом к лицу со своими собственными социальными проблемами. Именно этот смысл я вкладываю в свои слова, когда говорю: «Европа станет левой или ее не станет».

Чтобы добиться успеха, европейцам необходимо расстаться с иллюзией того, что карта либерализма должна и может быть разыграна «честно» всеми, и тогда все пойдет как надо.

Соединенные Штаты не могут отказаться от своего варианта асимметричного воплощения либерализма, потому что это единственный способ компенсировать их собственные недостатки.

Европейские политические традиции разнообразны, в определенной степени они даже контрастируют с традициями Соедипенных Штатов. В Европе существуют политические, социальные и идеологические силы, которые порой совершенно очевидно поддерживают видение «другой Европы» (социальной и дружественной в своих отношениях с Югом). Однако есть и Великобритания, которая еще в 1945 году сделала исторический выбор и безоговорочно примкнула к Соединенным Штатам. Существуют политические традиции правящих классов Восточной Европы, сформированные в условиях культуры, которой свойственна покорность — они склонили голову перед Гитлером, потом перед Сталиным, а сегодня перед Бушем. Есть популистские идеологии правого толка (испытывающие ностальгию по Франко и Муссолини в Испании и Италии), они настроены проамерикански. К чему это приведет в итоге — к подчинению Вашингтону или к победе прогрессивных гуманистических и демократических культур?

Седьмая гипотеза: Реконструкция прочного фронта Юга требует участия всех его народов

Существующие во многих странах Юга политические режимы, мягко говоря, недемократичны, порой они просто одиозны. Эти авторитарные структуры власти отдают предпочтение компрадорским фракциям, чьи интересы связаны с экспансией глобального империалистического капитала.

Альтернатива этому — создание единого фронта народов Юга — возможна через демократизацию. Этот процесс неизбежно будет трудным и долгим, и путь к ней ни в коем случае не лежит через установление марионеточных режимов, которые отдают ресурсы своих стран на разграбление транснациональным корпорациям Северной Америки. Эти режимы даже более уязвимы, доверия и легитимности у них еще меньше, чем у тех, которые они, иод защитой американских штыков, замещают. В конце концов целью Соединенных Штатов, несмотря на все лицемерные рассуждения, отнюдь не является экспорт демократии в мировом масштабе.

Восьмая гипотеза: Новый интернационализм народов, объединяющий европейцев, азиатов, африканцев и американцев, следовательно, возможен

Эта гипотеза, которая вытекает из предыдущей и является ее завершением, утверждает, что существуют условия, позволяющие сблизиться народам, по крайней мере Старого Света.

Это сближение кристаллизуется на международном дипломатическом уровне через стабилизацию оси Париж — Берлин — Москва — Пекин, которую укрепит развитие дружественных отношений между этой осью и воссозданным афро-азиатским фронтом.

Само собой разумеется, что движение в этом направлении сведет на нет чрезмерные и преступные амбиции Соединенных Штатов. В этом случае они будут вынуждены принять принципы сосуществования с непреклонными в решимости отстаивать свои интересы народами.

В данный момент эта цель должна рассматриваться как абсолютно приоритетная. Развертывание американского проекта предопределяет исход любых усилий: до тех пор, пока американские планы не будут сорваны, никакой долговременный социальный и демократический прогресс невозможен.

Девятая гипотеза: Вопросы, связанные с культурным разнообразием, должны обсуждаться в контексте очерченных здесь международных перспектив

Культурное разнообразие является фактом. Но это сложный и неоднозначный факт. Унаследованное от прошлого разнообразие не обязательно синонимично разнообразию создаваемого будущего. Необходимо не просто признать, но также исследовать этот вопрос.

Апелляции лишь к тому разнообразию, которое было унаследовано от прошлого (политический ислам, индийскость, конфуцианство, негритюд, шовинистские этничиости и пр.)» зачастую являются демагогическими упражнениями авторитарных и компрадорских сил, позволяющими им уходить от проблем, которые ставит перед ними универсализация цивилизации, и тем самым фактически принимать диктат господствующего транснационального капитала. Вдобавок исключительное упорство в соблюдении этих традиций дробит третий мир, сталкивая политический ислам с индий-скостью в Азии, мусульман, христиан и последователей других религий в Африке. Построение единого политического фронта Юга на новых принципах — способ преодолеть эти барьеры, поддерживаемые американским империализмом. Но, с другой стороны, каковы универсальные «ценности», на которых может быть построено будущее? Западноцентристская и ограниченная интерпретация этих ценностей узаконивает неравное развитие — результат прошлой и нынешней глобальной капиталистической экспансии. Такая интерпретация должна быть отвергнута. Но как тогда внедрять подлинно универсальные концепции, в которые привнесут свой вклад все страны и народы? Пришло время говорить именно об этом.