Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не понимаю, когда ты успела настолько повзрослеть, — покачал головой папа, — надо придумать, где мы остановимся. Сейчас поедем к Аркадию Ивановичу, его дача в Васильевке должна быть свободна, думаю, он не откажет.

— У меня же сегодня вокал! — опомнилась я. — Пойду узнаю, который час.

Вылезши из воды, я вытерлась полотенцем и направилась к расположившейся неподалеку семье.

Подойдя ближе, поинтересовалась который час. Мужчина полез в рюкзак, достал часы и ответил:

— Десять минут десятого.

Поблагодарив его, я вернулась к папе.

— Уже начало десятого, надо собираться, пока доедем, как раз будет двенадцать.

— Как ты в таком виде пойдешь? Что ты скажешь? — разволновался отец.

— Папа, скажу, как есть. Я ничего скрывать не намерена, — отрезала я. — Потому что мать уже несет в массы свою версию произошедшего, где мы с тобой — исчадия ада.

— Не наговаривай! — возразил отец.

— Да открой ты глаза! — разозлилась я, но развивать тему не стала, чтобы не поссориться с ним.

Папа вздохнул, поднялся, свернул полотенце и собрался к машине.

— Не окунешься? — поинтересовалась я.

— Я ночью купался, даже замерз, — признался он, — надо ехать, да и что-то съесть не помешало бы.

Поднявшись к Жуже, мы открыли ее и распахнули все дверцы, чтоб хоть как-то охладить салон.

Сняв купальник и переодевшись в шорты и майку — единственное, что имело более-менее выглаженный вид, я поняла, что ужасно голодна. Мой желудок протяжно взвыл, ему откликнулся папин. Переглянувшись, мы рассмеялись.

— Да уж, — заметил папа, — чаем сыт не будешь. Поехали, здесь на площади магазинчик должен быть. Садись ко мне вперед, здесь не так жарко, — предложил он, усаживаясь за руль.

С радостью согласившись, я села, захлопнув дверцу, и мы поехали.

Как папа и сказал, на небольшой площади возле санатория расположился магазин. Магазин, конечно, громко сказано, скорее большой ларек, сделанный из вагончика. Первое, что мы ощутили, зайди внутрь — удушающий запах чего-то протухшего. Хорошая реклама, ничего не скажешь.

Я уловила растерянный взгляд отца: вроде и есть хочется, а страшно.

Толстая продавщица не шелохнулась. Казалось, только повернула к нам один глаз, как хамелелон.

— Папа, давай возьмем по булочке, плавленый сырок и воду, остальное — в городе, — предложила я, доставая из рюкзака деньги.

Повторив мою просьбу продавщице, протянул ей деньги, заботливо вложенные мной ему в руку, и мы вышли на свежий воздух.

— Да уж, как бы после таких яств в инфекционку не загреметь, — сказал папа, открывая бутылку.

— Ну, зато вопрос с жильем решится, — пошутила я, разламывая сырок на две части. — А вообще булочки и вода не протухнут, а плавленный сырок настолько химозный, что не разлагается неделями, и его даже муравьи не едят.

Сев на лавочку в тени разросшегося инжира, мы позавтракали. Папа держался молодцом. Хотя ему не привыкать питаться подножным кормом.

— Ну все, поехали дальше? — спросил папа и заботливо открыл дверцу, приглашая меня в салон.

Спустя пять минут мы выехали на трассу, держа курс на Ялту.

Друг отца, Аркадий Иванович жил в десятом микрорайоне — большом спальном районе Ялты на верхотуре. Его я хорошо помнила: огромный мужчина, косая сажень в плечах, с густой черной шевелюрой и такой же бородой. Работал он с отцом, только преподавал не фортепиано, а гитару. По вечерам подрабатывал по ресторанам и барам, бывало, даже играл на набережной, не столько ради денег, сколько для удовольствия — он очень любил внимание. Мне он всегда казался папиным антиподом: веселый, громкий и уверенный в себе. Настолько громкий, что маленькой я его боялась.

Подъехав к его дому и заглушив мотор, папа обратился ко мне: