Я смотрю на нее и пока не понимаю, какое отношение эти расходы имеют лично ко мне.
— В айти-отделе сокращают твою должность, — продолжает Клавдия Ивановна. — Компания повсеместно внедряет искусственный интеллект. Руководство считает, что джуны компании больше не нужны.
— Совсем не нужны?
— Получается, что так.
— А кто тогда будет делать всю простую работу?
— Искусственный интеллект.
— Но он же тоже ошибается!
— Значит, его ошибки будут исправлять мидлы и сеньоры.
Меня словно пыльным мешком по голове ударяют. Еще утром я спокойно пришел на работу, включил компьютер и думал, что самой большой моей проблемой остается выбор пиццы на обед. А теперь выясняется, что мне вообще больше некуда приходить.
— А если я стану сеньором? — спрашиваю я, цепляясь за последнюю надежду.
Клавдия Ивановна смотрит на меня поверх очков.
— Вот когда станешь, тогда и приходи.
— Но как я стану сеньором, если меня сейчас увольняют?
— Это уже не ко мне вопрос.
— Может, меня хотя бы мидлом сделать?
— Гриша, должности не выдаются просто по просьбе.
— Я быстро научусь. Пусть Ренат научит меня.
— Ренат может быть и научит. Но в документах ты джун.
Чувствую, как футболка намокает под мышками и еще сильнее прилипает к спине. В кабинете становится невыносимо душно. Очки запотевают, и Клавдия Ивановна превращается в расплывчатое пятно. Без очков я почти ничего не вижу, потому что зрение у меня минус шесть.
— Можно окно открыть? — спрашиваю я.
— Открывай.
Я приоткрываю окно, тяжело опускаюсь на стул и протираю очки краем футболки.
— Кого еще сокращают?
— Только тебя.
— В смысле только меня?
— В прямом. Ты у нас джун.
— Вообще-то не только я. Лена и Света тоже джуны. Мы вместе пришли в компанию. У нас даже испытательный срок в один день закончился.
— Ренат говорит, что они уже мидлы.
— Ренат так говорит?
— Да. Он подал список сотрудников на сокращение.