— Мясо можно.
— Тогда ставьте.
Деньги беру со своего накопительного счета. Сумма выходит немаленькая, но я стараюсь об этом не думать. Если хочу стать достойным Каролины, придется вкладывать в себя все, что у меня есть.
Установка занимает много времени. Когда я наконец смотрю в зеркало, металлические замочки кажутся огромными. Во рту все мешает, губы цепляются за брекеты, разговаривать непривычно. Уже вечером зубы начинают ныть.
Но я прекрасно понимаю, для чего все это делаю.
Все ради нее. Ради Каролины.
Мама замечает брекеты за ужином.
— Сынок, это что у тебя во рту? — Она подслеповато щурится и наклоняется ближе.
— Брекеты.
— Господи, зачем⁈
— Хочу ровные зубы.
— Это она тебя снова заставила, да⁈
— Кто?
— Твоя начальница! Сначала заставила вылечить прыщи, теперь за зубы взялась!
— Мама, Каролине Эдуардовне вообще наплевать на мои зубы. Успокойся.
— Сынок, ты просто себя губишь. Что она еще придумает? Как еще станет над тобой измываться⁈
— Она ничего не придумывает. Я сам решил.
На работе, разумеется, сразу замечают мою шепелявость. Девчонки просят улыбнуться, расспрашивают, больно ли ставить брекеты и сколько это стоит. Узнав сумму, удивленно переглядываются.
— Ничего себе, Гриша.
— Зато потом зубы будут ровными, — говорю я.
— Молодец, что решился.
Они смотрят на меня с уважением, и это приятно.
Одному Ренату весело.
— Слушай, Гришаня, а чего это ты в последнее время за себя взялся? То в костюмы переоделся, то прыщи вылечил, теперь брекеты поставил. Влюбился, что ли?
Я стараюсь сохранить спокойное лицо.
— Не лезь не в свое дело.
— Точно влюбился! А она хоть знает?
— Ренат, иди работай.
Он ухмыляется.
— Да ты жирный тюфяк! Похудеть тебе надо, Гришаня. Никакие брекеты и чистая кожа не помогут. Бабы жирных не любят, им качков подавай.