— Надо. Для этого вы и пришли.
Врач смеется, включает лампу и просит открыть рот.
— Я сейчас только посмотрю. Ничего делать не буду.
Я медленно разжимаю зубы и обеими руками вцепляюсь в кресло. Мне хочется визжать, хотя я давно не маленький мальчик, а взрослый сто двадцатикилограммовый мужик.
Но я вспоминаю Каролину Эдуардовну.
Врач осматривает зубы, стучит по ним каким-то металлическим инструментом и диктует ассистентке непонятные цифры.
— Все не так страшно, — наконец говорит он. — У вас два кариеса. Их надо вылечить.
— Сегодня?
— Желательно.
— А если в другой раз?
— В другой раз вам снова придется настраиваться и приходить. Лучше сделать сейчас.
Он что-то берет из лотка с инструментами.
— Не бойтесь. Боли не будет.
Так страшно мне не было еще ни разу в жизни. Но это все ради нее. Ради Каролины
Врач что-то говорит, но его голос доносится словно издалека. Лампа над головой расплывается в огромное белое пятно.
А потом все исчезает.
Прихожу в себя оттого, что меня легонько похлопывают по щеке.
— Григорий, вы меня слышите?
Я открываю глаза. Надо мной стоят врач и перепуганная ассистентка.
— Я умер?
— Нет. Вы потеряли сознание.
— А зубы?
— Зубы тоже живы.
— Может, тогда я пойду?
— Лежите спокойно и дышите. Все будет совершенно не больно.
— Вы всем так говорите?
— Всем. Но в вашем случае это еще и правда.
Мне дают воды, поднимают спинку кресла и несколько минут ждут.
Я закрываю глаза и дышу. Все ради нее. Ради Каролины.
Через несколько минут половина лица немеет. Потом начинает работать бормашина.