Машина остановилась, из салона выскочил Декс. Он обежал авто спереди и принялся открывать дверцу со стороны пассажира. Оттуда, еле ковыляя, выползла Дилика с огромным животом.
— Озабоченные! Встретились — и сразу о кровати подумали? Вот, полюбуйтесь, к чему приводят эти детские шалости!
— Сама же просила меня сделать все так, чтобы у вас был шанс. — Я пожала плечами, не признавая своей вины, и с улыбкой наблюдала, как супружеская пара приближается к нам.
Поравнявшись с нами, Декс передал Дилику моим заботам, а сам полез обниматься с Гойтом. Муж посмотрел на него с извинением во взгляде:
— Прости. Я только имя сегодня вспомнил.
— Мы тоже не за один день возвращались! — успокоил его Декс. — Черт, кэп, как же я рад, что мы снова встретились!
— Больше никаких Потребителей, — выдохнула Дилика. — Никаких Механиков!
— Вообще-то Виктор здесь, он жив и здоров. Но он решил сыграть свою положительную роль и даже устроил нам с Гойтом встречу, — решила я вступиться за бывшего предводителя сопротивления.
— Да и бог с ним! — махнул рукой Декстер, снова беря жену под руку.
— Пойдемте в дом, — предложила я с улыбкой, но мужчины решили сначала разобраться с кроватью и принялись затаскивать ее внутрь.
На шум и гам, не свойственные утренним часам, сбежались несколько соседей. Я виновато улыбалась и махала им рукой, давая понять, что у нас все в порядке. Кови, выглянув наружу, подошла к границе наших владений и с любопытством спросила:
— Что случилось, Анди?
Я посмотрела на увлеченного Гойта.
На Декса, который со смехом объяснял ему, как в семье неожиданно могут появиться дети.
На Дилику, которая делала вид, что ее эта тема смущает, а на самом деле испытывала гордость за скорое материнство.
Радость затопила и меня. Впервые с того момента, как шагнула навстречу неизвестности черной дыры, я почувствовала умиротворение и уверенность. Больше мое счастье никуда от меня не исчезнет.
На Кови я смотрела со слезами на глазах.
— Муж. Мой муж вернулся.
Сентябрь 2017
ЭПИЛОГ – БОНУСНАЯ ГЛАВА!
Я сидела в душном зале ресторана и терпеливо ждала, пока Гойт закончит свою работу. Быть женой художника — это непростое испытание. Когда на него находило вдохновение, он полностью погружался в мир искусства, забывая о реальном мире. Он смешивал краски, мог испачкаться с ног до головы, хмуриться и улыбаться, а потом снова принимался за работу, делая все больше и больше мазков.
К счастью, я оказалась достаточно флегматичной, чтобы принимать его таким, какой он есть. Каждый раз, возвращаясь из мира творчества, Гойт благодарил меня за это.
Сейчас, наблюдая, как из-под его руки появляются фантастически красивые линии, которые постепенно складываются в единое полотно на огромной стене заведения, я испытывала гордость за своего любимого человека. Сколько всего ему пришлось пережить, чтобы быть вознагражденным судьбой и вернуться к своей привычной жизни! Впрочем, привычной нашу с ним жизнь теперь назвать было сложно.
Не знаю, как, но журналисты узнали, что после памятной выставки знаменитый художник Хас Банд исчез в неизвестном направлении, а затем стал появляться в обществе симпатичной девушки, занимающейся информационными технологиями. Они сложили все части головоломки и догадались, что Гойтенбери Нортсторм, которому я посвятила первый пост на сайте Виктора, это и есть Хас Банд. Потом они пошли дальше и выяснили, что будущая жена Гойта по вечерам поет в ресторане. В общем, нас донимали около полугода. Это была сногсшибательная новость, после которой на нашу скромную фирму посыпались сотни новых заказов. Начальство заливалось слезами и жаловалось, почему я не могла найти себе спутника жизни попроще, но втайне подсчитывало прибыль от удачного маркетингового хода.
Гойт воспринимал свою известность с улыбкой. Постепенно он вспомнил все обстоятельства нашей встречи, а затем — время, проведенное на «Исходе-13». И внезапно решил отблагодарить ресторан, у стен которого мы встретились.
Хозяин был вне себя от радости, когда известный на весь мир художник пришел к нему на ужин и предложил украсить одну из стен живописью. Тем самым он обеспечил себе не только приток клиентов, но и внимание прессы, позволяя снимать процесс работы Хаса Банда над очередным шедевром. Гойт не возражал против чужого внимания, только просил журналистов вести себя потише, чтобы не сбиваться с творческого настроя. Этот настрой ему обеспечивала я, неизменно приходя в ресторан вечером после того, как заканчивала с сайтами.
Сегодня должна была быть последняя часть работы. Гойт воплотил очень интересный момент — нашу встречу в переулке, но до того, как мы решили познакомиться поближе. Мужчина в старомодном пальто улыбался из-под полей смешной шляпы, разглядывая красивую женщину в вечернем платье. Для меня этот момент имел двоякое значение. С одной стороны, если бы его не случилось, мы с Гойтом никогда бы не познакомились. С другой — именно оттуда началась история противостояния с Потребителями. Сегодня у меня было сумбурно на душе, поэтому я не могла оценить картину мужа беспристрастно.
Наблюдение за работой Гойта всколыхнуло один из моих глубоко затаенных страхов. «Что, если?» — этот вопрос звучал у меня в голове. Рациональной частью сознания я понимала: никаких Потребителей в нашей жизни нет и больше быть не может. Однако я не могла до конца понять слова Виктора, сказанные еще там, в прошлой жизни.
Что значит — Потребители окажутся вне игрового поля Земли? В другой реальности? В другой Вселенной, из которой не будет доступа к нам? Если я действительно соединила все существующие реальности в одну, значит, в ней должны были быть и Потребители. Возможно, не на Млечном Пути, возможно, за миллионы световых лет от Земли. Но они были. Они не могли исчезнуть.
Единственным вариантом, при котором я могла хоть как-то объяснить отсутствие инопланетян, было полное стирание воспоминаний о Земле. Возможность, что их, как и Виктора, сделают людьми, мы с ним давно отбросили. Но я не верила в то, что реальность будет настолько благосклонна, чтобы совсем исключить Потребителей. Поэтому я продолжала бояться. А с некоторых пор я стала бояться сильнее.