Калька: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Странно, но искренняя реакция Механика оказала на меня расслабляющее действие, и в следующий зал я пошла воодушевленной и готовой к приключениям.

— Альн! — удивилась я присутствию старого знакомого среди небольшого собрания музыкантов.

— И ты пришла, моя любимая девочка, — улыбнулся мужчина, вставая навстречу. — А мне тут предложили поработать, но с тобой будет гораздо веселее! Давай что-нибудь из нашего сделаем, а?

— Ты уверен, что здесь мое сердце будет счастливо? — вторя ему, вспомнила я один из недавних разговоров.

— Кто знает, милая, кто знает… — пожал плечами старый друг.

Они зашептались с остальными, и во внезапно притихшем зале, привлекая внимание посетителей выставки, зазвучала та самая мелодия. Я вошла в нее скорее по привычке, а потом, окинув взглядом стену напротив импровизированной сцены, заметила ее. Картину, которая заставила мой голос дрогнуть, а затем зазвучать с новой силой.

Я смотрела сама на себя, но только я могла узнать женщину на картине.

Лица ее не было видно, но поза, положение шеи и талии…

Я помнила этот момент. Я стояла в ресторане, заканчивая песню под аккомпанемент Альна, и самую драматичную ноту вывела, изогнувшись у микрофона. В тот момент мысли о Гойте вытеснили все остальные, и я вложила в исполнение душу. Я помнила и ощущение чужого взгляда, которое преследовало меня с самого начала песни. Выходит, мне это не показалось.

Этот человек рисовал меня, когда я не подозревала.

Вот только я была уверена, что он делал это не впервые.

Конечно, я не бросила своего занятия и довела композицию до конца, а затем изящно спустилась с пьедестала под одобрительные хлопки публики. Кажется, люди подумали, что я специально приглашенный гость. Мне было не до этого. Безумная надежда боролась во мне со страхом ошибки. Я даже не обратила внимания на то, что из зала исчезли Ника и Виктор. Подхватив с подноса официанта бокал с шампанским, я медленно приблизилась к картине. Она оказалась примерно в два человеческих роста. Точнее, это была фотография картины, выполненная на большом холсте. Пригубив шампанского из бокала, я стояла и разглядывала ее в ожидании чуда.

— Удивительно, что из всех работ вы выбрали именно эту. Она даже не в оригинале и не в цвете.

Мне пришлось собрать всю свою силу воли, чтобы не закричать. Слышать его голос было одновременно и больно, и радостно. Дрожь одержала победу, и бокал выпал из моих рук. Шампанское выплеснулось на пол, омыв мои ладони и оставляя на коже игристые пузырьки.

Зачарованная, я все еще не могла отвести взгляда от картины. Но тут мою руку накрыл белый платок, а поверх него легла мужская ладонь — сильная, с длинными пальцами. Эта рука была чудовищно знакомой и безумно родной.

— Простите, я напугал вас.

Мне было страшно поднять на него глаза. Казалось, сейчас иллюзия развеется, и я останусь посреди зала совершенно одна. Но его ладонь продолжала сжимать мою, а белый хлопок — собирать капли шампанского с кожи. Очнувшись, я подняла взгляд на своего спасителя.

Гойт.

Мне не показалось.

Это было реальностью.

— Это вы простите мою неловкость, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я испортила вам творческий вечер.

Стоило нашим глазам встретиться, как мы оба вздрогнули. Искра? Вспышка воспоминаний? Я не знала, что послужило тому причиной, но мне хотелось продлить это мгновение навечно. Гойт улыбнулся краешком губ и произнес фразу, которая заставила меня нервно сглотнуть:

— У вас очень красивая улыбка.

— Спасибо. А у вас — голос.

На миг в его глазах промелькнуло узнавание. Перед глазами пробежало множество картин из прошлого, и я испугалась, что, если Гойт все сразу вспомнит, случится беда. Поэтому я решила переключить его внимание с помощью шутки.

— Возвращаясь к вашему замечанию — мне сложно было не узнать себя на картине. Слишком много совпадений: свободная сцена, напротив — холст с певицей, да еще и увеличенный так, чтобы можно было рассмотреть любую деталь… мистер Банд. Такое ощущение, что вы надеялись, что сегодня к микрофону кто-то подойдет.

— Умны и проницательны. Хотя вообще-то я шифруюсь от остальных. Меня мало знают в лицо, и в жизни я не пользуюсь псевдонимом.

Гойт легко засмеялся. Боже, как же я любила эту сеточку морщин у глаз, возникающую всякий раз, когда он улыбался.

— Я обещаю хранить ваш секрет в тайне. — Аккуратно высвобождая руку из вежливого захвата, я сложила платок Гойта, помахав им в качестве трофея. — Но это придется взять в качестве платы за молчание. Такие скрытные мужчины, как вы, обычно представляют загадку только снаружи, мистер Банд. Вас выдают руки — слишком длинные пальцы, творческие. А еще у вас блестят глаза, несмотря на внешнее спокойствие. Это наводит меня на мысли, что ваш характер подобен северному шторму (здесь уже Анди играет со словами: настоящая фамилия Гойта — Нортсторм — как раз и означает «северный шторм»). Просто вы его прячете от посторонних людей.

Лицо Гойта стало изумленным: