Вечером Гай с отцом уходили либо на рыбалку, либо в горы. Воздух на большой высоте был полезен нашему болеющему магу. В один из таких вечеров я и увидела момент слабости Амираны. А еще получила от нее искреннее признание.
— Я даже рада в некоторой степени тому, что в итоге он остался без дара. Адуан использует верховных магов в своих целях, когда ему заблагорассудится. Из-за этой истории Каэрий получил временную передышку. Я знаю, он восстановится, — поморщилась Амирана, — но пока этого не произошло, я смогу быть уверена, что с мужем все в порядке. Хорошо, что ты оказалась с ним рядом в нужный момент.
Тогда я обняла ее первой, не спрашивая разрешения. И слышала, как все ее переживания вырываются наружу одним тихим всхлипом.
Потом нам пришло письмо от короля, возвещающее о торжественном приеме. И мы всей семьей переместились в мой домик в Амрон-сити, начиная готовиться к торжеству.
Выйдя из примерочной, я еще раз улыбнулась, вспоминая недавние события и благодаря судьбу за то, что с нами все хорошо. Прощаясь с подругами, я отправилась на поиски Гаэрдина. У нас с ним оставалось последнее незавершенное перед приемом дело.
Я встретилась с Гаем у входа в магазин. Он делал вид, что с увлечением читает мою записку «Буду после обеда», оставленную для покупателей. Рядом находился Итариус Клаудвайт, с которым мы коротко поздоровались. Он был нужен нам для сегодняшнего дела.
— Нехорошо обманывать покупателей, — коротко улыбнулся Гаэрдин. — Обед у тебя сегодня затянется, Лойс.
— Ничего страшного. Они в курсе, что я могу исчезнуть, если Ини требуется помощь.
— Но они не знают, что Ини занимаются бабушка с дедушкой.
— Милый, ты сегодня в настроении, чтобы упрекнуть меня в рабочей беспечности?
— Нет-нет, что ты, как раз беспокоился о том, не придется ли тебе иметь дела с негодованием клиентов.
— Я уж как-нибудь разберусь, — заверила я Гаэрдина. — Может, займемся тем, ради чего собрались здесь?
— Конечно, — кивнул Гай, а затем посмотрел на Итариуса. — Господин Клаудвайт, нам нужно в Вэй-таун.
— Возьмите меня за руки, — улыбнулся Итариус.
Когда картинка перед глазами прояснилась, я обнаружила, что нас перенесли прямо к дому отца. Тому самому, что я продала несколько лет назад, не задумываясь ни минуты. Только сейчас я начинала понимать, как много этот дом, возможно, значил для родителей.
Мама всегда любила белый цвет. Отец сделал стены дома белыми, и только окна со ставнями были контрастного темно-коричневого цвета. От здания до забора — невысокого, из кованого металла — вела дорожка, усыпанная мелким камнем, а по бокам от нее высажены цветы. Сейчас, конечно, они выглядели не так красиво, как в ту пору, когда в дом приходила я. Но это было объяснимо. Если цветами занималась такая травница, как моя мама, они еще несколько лет после окончания ухода могли находиться в приличном состоянии. Сейчас цветы заменили на небольшие и невысокие. Они не требовали большой заботы. Было заметно, что хозяевам нелегко дается поддержание дома в чистоте и уюте.
— Пойдем, — открыл калитку Гаэрдин, беря меня за руку. — Хозяева предупреждены о визите. Ловушек больше нет, маги проверили дом. Они были настроены некромантом именно на тех, кто рвался узнать тайны Дела Носви. Обычным хозяевам, не знающим тонкостей жизни прошлого дома, они даже не попались бы на глаза.
— Тайник, о котором говорил Оттис, тоже нашли? — спросила я, не торопясь следовать за Гаэрдином.
— Да. Он был в кабинете. Внутри находился только кристалл с записанной информацией. Никто не считывал ее. Думаю, она предназначалась одной тебе.
— Хорошо, — наконец-то собралась я. — Идем.
Хозяйка дома явно принаряжалась, узнав о визите верховных магов. Увидев меня, она всплеснула руками:
— Это такая честь, что вы решили посетить наш дом.
Тоже, видимо, была в курсе событий, связанных с поимкой некроманта. Как быстро по королевству разносились новости, однако.
Она не вызвала во мне положительных эмоций. С красивыми фасадами и гнилой начинкой я сполна успела познакомиться благодаря семье Берделл. Заметив это, Итариус взял общение с этой дамой на себя. И пока он заливался соловьем, сообщая ей информацию для новых слухов, мы с Гаэрдином свернули в коридор первого этажа и, пройдя немного вперед, очутились перед высокой дубовой дверью.
— Я даже не рассматривала дом изнутри, когда приходила сюда. Просто переступила порог и поняла, что не смогу здесь находиться. А потом отправила поверенного отца разбираться с делами. Страшно заходить туда, где прошла их с матерью жизнь.
— Не бойся, Лойс, — руки Гаэрдина легли мне на плечи. — Сейчас здесь не осталось почти ничего от Дела. Пойдем. Я буду рядом.
Он повернул ручку двери, толкнул последнюю преграду между мной и прошлым вперед, и я медленно ступила внутрь кабинета. Пошатнулась, почувствовав головокружение, и Гаэрдин довел меня до ближайшего кресла, бережно усадив в него. Я прикрыла глаза на мгновение, чтобы успеть почувствовать сукно под ладонями, затем перевела дыхание. Это оказалось сложнее, чем я думала. Зайти в дом человека, которого всю жизнь ненавидела, и который, как оказалось, на самом деле всю жизнь оберегал и защищал тебя.
Слева от стола находился большой книжный шкаф со стеклянными дверцами. Из корешков, которые я успела прочитать, здесь в основном были магические практики по воспитанию своей силы. Но когда Гаэрдин открыл дверь и начал искать что-то за книгами, я увидела записки по травничеству и целительству. Мама действительно жила здесь когда-то. Как она проводила свое время?
Сидела в кабинете в кресле, подвернув ноги, или, возможно, легким покачиванием ладони звала отца, чтобы тот отрешился от государственных дел и присоединился к ней, положив уставшую голову на женские колени?..
Гаэрдин, нащупав что-то, только ему известное, щелкнул невидимым механизмом, и с противоположной части стены в сторону отъехала картина. Ничего особенного, просто летний пейзаж. Как оказалось, за простым фасадом скрывалась потайная ниша.