— Ясно, — тяжело вздохнул я.
— Соколов, ну ты головой-то подумай! — наверняка заметив разочарование на моём лице, продолжил лейтенант уже более спокойным тоном. — Ты у нас кто по должности? Младший лейтенант из патрульно-постовой. Твоё дело — улицы обходить. С подозреваемым такого уровня сейчас работают зубры из уголовного розыска и прокурорские. Если туда начнёт ломиться каждый постовой, который удачно поговорил с кассиршей, Медведев нас всех тут по стенке размажет. Да и пусть этим настоящие профи занимаются, не стоит им мешать…
— Да я всё понял, — пожал я плечами. — Не по Сеньке шапка.
— Ага, типа того, — усмехнулся дежурный. — Ладно, Соколов… Куда тебя сегодня отправить? — он потянул к себе журнал нарядов и задумчиво перекинул несколько страниц, водя пальцем по строкам. — Ты же у нас с собакой теперь?
— Ага.
— Хорошо. Это хорошо… Плохо, что не в форме. Ты вообще как на службу явился, Соколов? — вытаращился на меня лейтенант, словно увидел впервые. — В гражданском, с собакой, на машине… Курортник, мать твою!
— Да я как-то не подумал…
— Не подумал он… Как я тебя в патруль отправлю? Совсем распустились тут… — недовольно проворчал он. — Ладно, сегодня пойдёшь не в наряд, а как первый пробный выход со служебной собакой. Пройдёшься по центру, обойдёшь площадь, кинотеатр, универмаг, сквер. Проверишь поведение служебной собаки в городской обстановке. К постовым подойдёшь, покажешь удостоверение и отметишься, чтобы знали, кто ты такой и почему с волкодавом гуляешь. Никакой самодеятельности. Если что серьёзное — сразу доклад в отдел. Понял?
— Понял, товарищ лейтенант.
— И документы на собаку мне принеси завтра. Родословную, дипломы… что там у тебя ещё есть? Хотя нет… Завтра Калинин дежурит, ему сдашь. Пусть он с этим разбирается.
— Есть, товарищ лейтенант…
— И завтра чтобы в форме был! — строго глянул он на меня. — Я лично позвоню в дежурку и проверю, в чём Соколов на службу пришёл…
— Хорошо… — вздохнул я.
— Только смотри, чтобы твой волкодав никого без команды не сожрал.
— Постараемся, — усмехнулся я.
— Вот и хорошо, — кивнул дежурный, что-то записав в журнал и пододвинув его ко мне. — Здесь распишись и можешь идти…
Я поставил подпись в журнале, надеясь на то, что мой вариант будет хоть отдалённо похож на вариант отца, кивнул дежурному, легонько подтолкнул смирно сидящего у моей левой ноги Тумана и двинулся к выходу.
В центр, так в центр — хоть на людей посмотрим. А допрос Корнеева, как ни крути, пока придётся оставить тем, кому по должности положено…
До центральной площади мы добрались минут за пять. Я пристроил «копейку» в тени каштана, взял Тумана на поводок и неторопливым шагом двинулся вдоль аллеи. Возле памятника Ленину приметил парочку патрульных, подошёл к ним, доложился, предъявил документы и отметился, как и велел дежурный. Пару минут поболтал с парнями, с заметной завистью поглядывающими на моего пса, и двинулся дальше…
Мы прошлись по площади, обогнули сквер, заглянули к универмагу и на всякий случай сделали с Туманом несколько кругов вокруг кинотеатра. Город после первомайских праздников всё ещё выглядел ярко и нарядно — на клумбах торчали флажки, на фасадах висели красные полотнища, а толпы гуляющих людей бесцельно слонялись туда-сюда…
У лотка с мороженым я не выдержал, отстоял небольшую очередь и купил пломбир в вафельном стаканчике за тринадцать копеек. Честно поделился жопкой со своим четвероногим напарником и двинулся дальше.
У главного входа в кинотеатр я ненадолго завис, изучая афиши с ассортиментом и расписанием фильмов, намалёванные от руки местным художником. На заграничный хит «Кинг-Конг», фильм про огромную гориллу, с обворожительной Джессикой Лэнг в главной роли, можно было попасть за 50 копеек. Вот только очередь к кассам растянулась чуть ли не километр…
Маринку в красивом летнем платье в горошек, развевающемся на лёгком ветру, идущую мимо кинотеатра в компании двух подружек, я заметил сразу. Остановился в сторонке, придержал жалобно пискнувшего пса, наверняка учуявшего хозяйку ещё раньше меня, и немного понаблюдал за девушками со стороны.
Выглядели они… забавно. Весело смеялись чему-то, что-то живо обсуждали… Такие молодые, наивные и беззаботные… И симпатичные… Хотя, Маринка явно была фавориткой в их троице.
Я проводил девушек взглядом и двинулся дальше. По пути, в киоске Союзпечати, купил ещё один блокнот, отошёл на лавочку в сквере, посадил Тумана рядом и терпеливо записал всё, что помнил по Орловской дюжине — даты, места, имена жертв, приметы, ошибки следствия и фамилии убийц. На тот случай, если меня вдруг выкинет из этого тела так же неожиданно, как и закинуло, чтобы отец мог разобрать мои записи и, дай бог, использовать их с умом…
Закончили мы наше дежурство ближе к вечеру. Ещё раз прошлись по площади, наблюдая за вечерним городом и веселящейся молодёжью, сели в автомобиль и поехали обратно в отдел…
Дежурный всё так же сидел на своём законном месте, пил чай и одним глазком почитывал журнал «Крокодил».
— Ну что, кинолог? Город цел? — поинтересовался он, увидев меня на пороге отдела.
— Цел, — подтвердил я. — Пёс граждан не ел.