— В смысле? — Галя недоумённо нахмурилась.
— В прямом. Сделай несколько комплектов и раздай подругам. Пусть походят неделю, скажут, удобно или нет, где давит, где натирает, что мужьям понравилось, а что нет. Если найдут недостатки — исправишь и сделаешь новые.
Я услышал нехарактерный треск в динамике радиоприёмника, поморщился и снова повернулся к розетке. Помял шнур в нескольких местах, нашёл проблемный отрезок, вынул вилку из розетки, отрезал перебитый участок, раскрутил вилку и принялся подключать к контактам слегка укороченный провод…
— А потом? — всё так же робко произнесла Галя.
— А потом пойдёшь к начальнице уже не просто с образцами, а с отзывами реальных советских тружениц. Скажешь, вот мол девушкам и женщинам нравится фасон, спрос бешеный, а вы тормозите инициативу и держитесь за свои древние стандарты и дедовские методы. Пригрозишь вынести на открытое партсобрание вопрос о том, почему руководство фабрики срывает модернизацию ассортимента. Будь наглее и увереннее, Галь!
— А если она опять скажет нет?
— Значит, иди выше. К главному инженеру, директору… Кто там у вас главный? Покажи образцы… Можешь даже на себе показать, — усмехнулся я. — Если ваш главный мужчина — он точно оценит. Но даже если нет, ты объясни, что сделала пробную партию и у тебя просят ещё. Предлагают любые деньги, но ты не соглашаешься… Ты честная труженица, а не спекулянтка. Ну или что-то типа того. Используй своё воображение и не стесняйся. И главное, не сдавайся, Галь…
За моей спиной перестали дышать…
Я закончил с вилкой, сунул её в розетку, кинул инструменты в ящик и обернулся.
— Принимай работу, хозяйка, — хмыкнул я. — Где тут у тебя руки можно сполоснуть?
— Там, — слегка заторможенно указала девушка в сторону небольшого тазика и кувшина с водой в противоположном углу комнаты.
Я помыл руки, вернулся обратно и остановился у обеденного стола, недоумённо глянув на сидевшую на кровати с растерянным видом девушку.
— Что? Я что-то не то сказал?
— Нет… Всё так, — медленно покачала Галя головой. — Просто… просто я ведь даже не думала об этом. Я привыкла, что нужно всё через начальство решать, а если начальство сказало нет — это значит нет… А если им тоже не понравится? — подняла она на меня свой жалобный взгляд.
— Кому — им? Подругам?
— Ну да…
— Но тебе же нравится то, что ты делаешь? — вопросом на вопрос ответил я.
— Мне — да. Но я ведь никому другому ещё не показывала… ну, кроме начальницы… — Галя на секунду задумалась, а через мгновение резко вскочила с кровати. — Андрюш! А давай я тебе покажу?
— Да я как-то не сильно разбираюсь во всём этом… — вяло попытался отказаться я.
— Тебе и не нужно разбираться! — уверенно заявила Галя и кинулась к шкафу. — Просто посмотришь и скажешь, нравится тебе или нет. Отвернись! Хотя, можешь не отворачиваться, — усмехнулась она. — Чего ты там ещё не видел…
Я обречённо вздохнул и всё же отвернулся к окну. За моей спиной скрипнула дверца шкафа, послышался тихий шорох и стук выдвигаемого ящика, и зашуршала сбрасываемая на пол одежда…
— Ну! Смотри! — затаив дыхание, произнесла Галя.
— Чёрт! — обернувшись и скользнув взглядом по фигурке брюнетки, тихо выругался я.
— Что, совсем всё плохо? — расстроилась и заметно сникла девушка.
— Да я не в этом смысле… Если сейчас вернётся твой муж и увидит нас… тебя в таком наряде…
— Не вернётся, — легкомысленно отмахнулась она. — Он утром в рейс уехал на трое суток. — Галя развела руки в стороны, покрутилась на месте и нетерпеливо посмотрела на меня. — Ну как? Что скажешь?
Я посмотрел на стоящую всего в нескольких метрах от меня девушку в чёрном кружевном комплекте белья и на миг залюбовался ею. Тонкая полупрозрачная ткань совсем не скрывала тёмные ареолы её сосков, вшитые в чашечки косточки поддерживали её тяжёлую грудь, отчего та казалась ещё пышнее и задорнее, а узкие кружевные трусики подчёркивали тонкую талию и округлые бёдра.
— Ну как? — нетерпеливо посопела Галя. — Что молчишь? Не нравится?
— Ты сама придумала этот дизайн?
— Сама.