— Соседка? — нахмурилась она, старательно разглаживая утюгом небольшую складку на юбке. — Галя, что ли?
— Угу… — буркнул я. — Ревнуешь?
— Ещё чего! — фыркнула Маринка, отложила юбку в сторону и разложила на столе перед собой белую блузку. — Нет, она девка красивая, конечно… Но мне её даже жаль…
— Жаль? Почему?
— Потому что у неё нет такого мужа, как у меня, — с гордостью в голосе произнесла блондинка.
— Ну, я бы не стал этим особо гордиться, — смутился я, спрятал ремонтный чемоданчик в шкаф, подошёл к окну и опёрся о подоконник.
Чёрт! И почему я чувствую себя виноватым? По факту Маринка мне не жена, я ей не клялся в вечной любви и верности. А то, что я попользовал тело отца… Ну да, есть в этом мой косяк. Но я же не виноват в том, что меня засунули в это тело…
— А Галю мне и правда жалко, — не обратив внимания на то, что я немного задумался и отвлёкся, продолжила наш разговор Маринка. — Семён у неё непутёвый. Выпивает часто, скандалит… Руки распускает… Она об этом не говорит, конечно… Отшучивается. Но что я, сама не вижу, как у неё то синяк на руке откуда ни возьмись появляется, то губа разбита…
— Угу, — буркнул я для поддержания разговора.
— И как такая культурная, образованная красавица вообще за такого мужлана замуж вышла? Непонятно… А Семён что, опять в рейс уехал? — спохватилась и глянула на меня Маринка.
— Наверное, — неопределённо пожал плечами я.
— Хм… Интересно, надолго?..
Она закончила гладить блузку, выключила утюг из розетки и понесла вещи к шкафу. Повесила их на плечики, прикрыла дверку и удивлённо замерла на месте. Медленно открыла дверку снова, несколько раз качнула её туда-сюда и повернулась ко мне.
— Соколов?
— М-м?
— Ты что, петли смазал?
— Ну да… Время свободное выдалось, — скромно признался я.
Маринка оглядела комнату подозрительным взглядом, наверняка думая, к чему придраться, и расплылась в довольной улыбке.
— И ковёр наконец прибил! Ну ты ж мой хозяин! — похвалила она меня, подошла, обвила руками за шею и крепко поцеловала в губы. — Нужно Галю к нам в гости позвать. А то ей одной, наверное, скучно.
— К нам? — настороженно переспросил я, глядя в глаза всё ещё висящей у меня на шее девчонки.
— Ну да. На чай, — Маринка ещё раз чмокнула меня в губы, разомкнула объятия и направилась в противоположный конец комнаты. Отодвинула занавеску нашего импровизированного серванта, пробежалась взглядом по полкам и задумчиво хмыкнула. — А к чаю у нас ничего и нет… Сбегаешь в магазин? Купишь чего-нибудь?
— Чего? — глупо переспросил я.
— Чего-нибудь сладенького.
— Сахара могу купить, — сострил я.
— Дурак ты, Соколов! — сделала вывод Маринка, хотя пять минут назад сама же и нахваливала меня. — Купи «Юбилейное» печенье или овсяное, а я пока чайник поставлю.
Она сняла с вешалки у двери сумочку, покопалась в кошельке, достала три рубля и протянула мне.
— Вот. Сдачу вернёшь!
Я обречённо вздохнул, взял трояк из рук Маринки, переобулся, прихватил для компании блохастого и направился в ближайший магазин за углом…
Вернулся я минут через пятнадцать с бумажным пакетом сахарного печенья, баранками и ещё какими-то пряниками, которые сунула мне продавщица на сдачу. Никого дома не обнаружил, заметил три стоящие на столе чашки, чайник и заварник, нашёл в серванте небольшую плетёную корзинку, сгрузил в неё сладости и поставил в центре стола.
Немного подумал, мысленно махнул на всё рукой, налил себе чаю, макнул в чашку печенье и задумчиво уставился в темнеющее окно…