Нехороший дом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Отвернись и больше не смотри, поняла? Нет там никаких людей и не было! А когда домой приедешь, сразу к психотерапевту запишись. Устроила мне тут дом ужаса.

Правильно, там никого нет и никогда не было. Никогда и никого, совсем никого и никогда. Дима еще ворчал, когда Сашка откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Сердце билось ровно, дышать было легко. Наконец-то очень-очень легко. Автобус мерно трясся по кочкам, шуршало радио, кто-то тихонько ему подпевал. Все было наконец-то хорошо. Сашка устроилась поудобней и начала проваливаться в сон. На секунду ей показалось, что кто-то теплый и легкий устраивается у нее на груди, сворачивается клубком.

– Приеду, закажу гору бургеров.

– А я пасту, карбонару.

– Блин, я растрепанная такая. Девочки, есть у кого расческа?

– У меня, – вдруг сказала Сашка и открыла глаза.

Клубок исчез. Автобус выехал на трассу.

Надежда Долгова

Лохудра

Инна поняла, что-то идет не так, когда во время объяснения правила использования артикля из нее словно вышибли дух: боль рассекла низ живота продольно, а спину поперек. Инна глубоко вздохнула, оборвавшись на полуслове. Сознание затопила паника. Ведь рано, еще три дня!

Сама виновата, лохудра.

Ведь были звоночки: живот ныл с утра. Но Инна грешила на несвежий йогурт. Вместо того чтобы приготовить сбалансированный по КБЖУ завтрак, сорок минут крутилась у зеркала. Думала, что после честно отработанных шести уроков отправится на свидание. Приедет Пашка, увезет ее в «Стрекозу» на Остужевском кольце. А там ни один ученик не увидит их вместе. Полторы недели они с Пашкой не виделись. Инна представляла, как он берет ее лицо в ладони, как пальцы его легко проникают под черную блузку, как он начнет целовать, жадно и…

– Инна Пална, а этот придурок у меня пенал отобрал! – заверещала Вика Кравченко.

Боль не отступала.

– Это мой пенал, дура! – заверещал в ответ Костя Желтов.

Встать бы, подойти к шестиклашкам, напустить грозный вид, но боль поселилась в теле, и все, что Инна могла сделать, это сказать:

– Принесите пенал сю… НЕТ! Не подходи!

Дети встревоженно притихли. Инна дважды глубоко вдохнула, пытаясь вернуть остатки самообладания.

– Костя, верни пенал, – потребовала Инна, стараясь придать голосу нужную силу.

– А пусть она мне вернет корректор! – пошел на попятную Костя, впрочем, все еще настроенный воинственно.

– Ви… Вика. – Требование прозвучало совсем жалко, но Вика тут же подчинилась. Инна испытала благодарность к этой маленькой девочке со смешными косичками, которая еще не знает о женской доле, но уже так чутко откликается на мольбу, едва слышимую в голосе другой женщины.

Или не едва?

Низ живота вновь скрутило. Инна почувствовала, как боль тянет ее вниз, тянет сжаться в комок и лелеять ее, как капризного ребенка. Инна глубоко вздохнула и села за учительский стол. До конца урока оставалось пять минут.

Будь здесь авторитетная Алена Владимировна с ее командным баском, она бы выручила практикантку. Но теперь Инна на работе – на первой в жизни взрослой, взаправдашней работе за зарплату, а не за роспись в зачетке. Она должна держать лицо, поднимать подбородок выше, улыбаться, чтобы ни одна душа не догадалась, как ей на самом деле страшно.

Чтобы занять детей, Инна дала две незапланированные самостоятельные. Шестиклассники взвыли, словно неупокоенные души, а Инна просто старалась дышать: вдох-выдох, вдох-выдох. Боль не отступала. Дети старательно выводили в тетрадках there is и there are, а она молила Господа, чтобы никто не попросил помощи и не пришлось вставать.

По внутренней поверхности бедер растекалось тепло. Инна опустила глаза. На белоснежной юбке с баской появилось красное пятно. Она схватила какую-то папку, прикрылась спереди, чтобы никто не увидел ее позора.

Стыдоба-то какая! О каком авторитете может идти речь, если дети заметят?

Так, стоп, Инна.

Сейчас главное – дать домашку. А дальше по плану: в «окно» дойти до туалета, попытаться стереть кровь, возможно, попросить кого-то о помощи.

Инна едва дождалась звонка. Сначала на перемену, а затем – бесконечно долгие десять минут перемены. Затем – выждать еще пять минут, чтобы школа успокоилась. И только после того как в коридоре стихли крики и топот, Инна осторожно выползла из кабинета и, держась за стенку, потащилась к лестнице.