Порок с ароматом тыквенных пряностей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Оргазм ведьмы»

Ноты аромата: груша и чёрный перец, дымная амбра, стручковая ваниль, лёгкий оттенок гвоздики. Сексуально, но не пошло. Не писать «возбуждение». Не писать «метла». Не писать «котёл». Не писать «влажный». Ради всего святого, только не «влажный».

— Детка, ты так аппетитно произносишь слово «влажный», — замечает Натмег. Он даже не сдвинулся с дивана. Лежит с открытыми глазами, хотя явно наполовину спит. Такое вообще должно быть запрещено законом. — Ты ненавидишь это слово. Я могу сделать так, чтобы ты его полюбила.

— У меня нет никаких отношений с этим словом, — отвечаю я. — Мы с ним временно разошлись, и я намерена отсудить себе право на хорошее настроение.

— На колени, — произносит он мягко, но уверенно. Это не вопрос. Это сила притяжения.

Я даже не пытаюсь сделать вид, будто сомневаюсь. Просто плюхаюсь к нему на колени, словно занимаю место, за которое специально доплатила. Первый класс: простор для ног и грехов на любой вкус.

Натмег раздвигает бёдра, предлагая мне в равной степени и убежище, и погибель. Его член ещё не встал. Пока нет. Но интерес уже проявляет. Натмег ёрзает, пока я не устраиваюсь как надо: задница между его ног, а мой вес приходится именно туда, куда ему хочется. Его ладони ложатся по обе стороны моих бёдер, словно скульптор примеряется к сырой глине.

— М-м-м. — Его тёплое дыхание скользит по моей шее, заставляя кожу забыть, как себя вести. — Знаешь, продуктивность зависит от трения.

— Тебе запрещено говорить такое, пока я пишу рекламу свечей.

— Хочешь, чтобы я прекратил? — спрашивает он.

Я печатаю одно слово.

— Нет.

— Разрешишь мне сделать всё ещё приятнее? — спрашивает он, и его голос… Блядь, этот голос становится таким низким, что любые инструкции в договоре о согласии рядом с ним просто отдыхают. Шёлковая профессиональная вежливость, за которой скрывается обещание окончательно меня испортить.

— Она доводит себя до грани одними только галочками в договоре, — замечает Синнамон. — И меня это чертовски заводит.

Мой ноутбук стоит на столе с таким видом, будто свято верит в профессиональные границы. Зря.

— Отметь квадратик, — шепчет Натмег мне на ухо. — Чтобы мы оба не переживали из-за того, что сейчас произойдёт с твоим словарным запасом.

Он вовсе не о рекламном тексте. Врёт, но при этом совершенно прав.

Я беру чек и прижимаю большой палец к пункту «СИДЕНИЕ НА КОЛЕНЯХ». Чернила нагреваются и темнеют. Галочка поставлена.

Натмег выдыхает так, словно кто-то вернул ему давно потерянную зиму. Он заправляет прядь моих волос за ухо и целует открывшуюся кожу. Его губы горячие до неприличия.

У меня в животе всё переворачивается, а потом уютно сворачивается клубочком, словно кошка, которая мнёт лапками плед. Я моргаю, глядя на курсор, а тот самодовольно мигает мне в ответ.

— Новое правило! — радостно объявляет Клоув со стороны столешницы, где притворяется помощником повара. — Каждый раз, когда она использует в тексте запрещённое слово, мы будем слизывать его с неё.

— Мой документ никто облизывать не будет, — твёрдо заявляю я.

Клоув склоняет голову набок.

— А кто говорил про документ?

Где-то за моей спиной Джинджер издаёт звук человека, который только что потерял веру, а потом тут же обрёл её снова.

Смех Синнамона напоминает одновременно зловещее карканье вороньей стаи и довольное хихиканье пекаря.

Миксер включается сам собой и весело жужжит. Никто к нему не прикасался.

Я смотрю на Синнамона.

Он смотрит на меня с таким видом, будто единственный здесь сохраняет здравый смысл.

— Кто из вас сейчас соврал? — спрашиваю я у всей компании.