Смертельная тьма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я этого не хотела. Это лишь позволяло оплачивать счета, лишь держало меня в плену обыденности. Совмещать обычную работу с писательством? Я месяцами почти не спала. Месяцами. Годами. Всё сливается в одно.

— Вы бросили дело и приехали в Нью-Йорк.

— Блейн сказала мне это сделать.

— Она сказала вам приехать в Нью-Йорк? — уточнила Ева.

— Да, да. Она вдохновила меня мечтать, а это одно и то же. Я любила её за это. Верила в неё, думала, что она верит в меня, и потому рискнула всем. Работала часами, чтобы платить за жильё, пока мой разум писал, писал и писал.

Жёсткий свет в её глазах смягчился. Она прижала обе руки к сердцу.

— Возвращаться домой, доставать из головы эти сцены, этих персонажей и переносить их на бумагу — это были самые счастливые часы моей жизни. Я часто писала всю ночь напролёт, а потом возвращалась в «Доббс» или бралась за подработку, чтобы иметь возможность посвятить себя настоящему искусству.

— Вам не понять радости, восторга, душевного удовлетворения, когда заканчиваешь книгу, этот труд, вложив в него пот, кровь и любовь.

Ярость вернулась.

— И что она сделала, когда я прислала ей этот труд, вложив в него пот, кровь и любовь? Отвергла меня.

— Это было больно.

— Она пронзила меня до глубины души. Я была так зла, так разочарована, так ранена. Она была моим наставником, другом, учителем, а потом поставила между нами адвокатов? Агент и юристы не позволили ей прочитать мою книгу? Я пыталась понять, простить. Пыталась. А потом…

Теперь она полностью погрузилась в собственную историю, отметила Ева. Смит жила в мутном мире, где реальность смешивалась с вымыслом. И пока она там оставалась, нужно было дать ей рассказать всё до конца.

— «Внезапная тьма», — подсказала Ева. — Вы прочитали «Внезапную тьму».

— И увидела, что она сделала, как использовала и предала меня. Я ей доверяла, а она убила это доверие. Убила мою невинность. Растоптала мои мечты.

— Она должна была заплатить.

— Должна была заплатить. Должна была увидеть. Увидеть себя так, как теперь видела её я. Зло, скрытое в ней, эгоистичное, расчётливое зло. Она использовала Дин Дарк, чтобы уничтожить меня. Я использовала бы Дин Дарк, чтобы уничтожить её и показать ей, показать всем, кого она одурачила, как надо делать по-настоящему. Как пишет настоящий писатель.

— Начав с Рози Кент.

— С Прайор Карридин, — поправила Смит.

— С Прайор Карридин, — кивнула Ева. — Расскажите о ней. Такой, какой вы её написали.

— Я всё поняла, как только увидела её. Молодая, бунтарка, глупая. Меняла тело на деньги и острые ощущения. Были и другие, я могла переписать их истории, сделать их убедительными и по-настоящему хорошими. Но она была идеальной. Она вдохновила меня. Я наблюдала за ней. Проводила исследование. Писала, переписывала её сцены. Доводила их до совершенства.

— Да, и это у нас тоже есть. На вашем компьютере.

— Вы можете увидеть, насколько превосходно моё видение. Персонаж Делано испытывала горе, когда убивала. Скорбела о жизни, которая, как она узнала, оказалась ложью, о муже, превратившем эту жизнь в обман. Вот вам и словесная каша. Моя героиня не скорбела, поэтому не совершала ошибок. У меня руки не дрожали, как у Аманды, потому что я написала их спокойными. Сердце не колотилось у меня в ушах, когда я затягивала шарф на шее Прайор, потому что я написала тишину и спокойствие. Создавая Эвана Квинта, я поняла: убийство должно быть спокойным и контролируемым, убийца обязан учитывать каждую деталь. Так я и поступила.

— Шанель Райлан.

— Амелия Бенсон. На этот раз пришлось вложиться. Посещение кинотеатра дорого обходится, но без этого никак.

— У вас был запасной вариант.

— Разумеется. Я написала по несколько альтернативных сцен для каждого персонажа. В данном случае нужно было создать сцену в кинотеатре — это обошлось ещё дороже. Возможно, я использую альтернативный вариант в другой книге. Он хорош. Работа никогда не пропадает зря.

— Двустороннее пальто было хитрым ходом.

— Детали. Делано явно не уделяла им внимания. Мне понравилось разрабатывать это пальто.

— Ваши навыки портнихи, — уточнила Пибоди, — просто исключительные.