— Она завтра просмотрит запись и оценит состояние Смит. Незачем вытаскивать её сюда сегодня ночью. Я и так знаю, что Смит вряд ли пройдёт юридический порог вменяемости. Это ничего не меняет.
— Меня это прямо бесит, — пожаловалась Пибоди. — Чёрт возьми, Даллас, она ведь собиралась напасть на тебя.
— Мне эта часть даже нравится.
Ева задумалась: она её встряхнула — именно так, как и планировала. А ещё были эти переписывания и все прочие потрясения.
— Посмотри на это с другой стороны, — продолжила она. — Сегодня вечером одна очень интересная женщина жива и здорова, потому что мы расследовали дело и поймали убийцу. Ещё четырём людям не придётся беспокоиться, что у них на спине нарисована мишень. Добавь к ним Делано, а возможно, и её семью. И если бы Смит ускользнула от нас, она бы на этом не остановилась. Я сейчас не о себе.
— Не знаю, стала бы Делано публиковать следующий роман из серии «Тёмная», если бы Смит оставалась на свободе.
— Она бы не остановилась, — повторила Ева. — Думаю, она взялась бы за собственный провалившийся роман. За героя-убийцу. Мне кажется, она всегда к этому шла. А когда взяла бы на себя эту роль, ей пришлось бы исписать ещё немало страниц.
Ева остановилась перед дверью комнаты для допросов.
— Готова?
— Ещё как.
Ева вошла.
— Даллас, лейтенант Ева, и Пибоди, детектив Делия, начинают допрос Смит, Анн Элизабет, по следующим делам…
Она замолчала, словно сверяясь с папками, затем перечислила номера дел.
Ева села и подождала, пока Пибоди займёт соседний стул.
— Вам зачитали ваши права, мисс Смит?
Смит не ответила. Она сидела, опустив голову, ссутулив плечи и скрестив руки на груди, словно защищаясь.
Ева пожала плечами.
— Вообще-то я точно знаю, что вам их зачитали, когда вы пришли в себя после потери сознания и получили медицинскую помощь. Я лично это сделала. В протоколе всё зафиксировано. Но мы повторим. Времени у нас сколько угодно.
Ева зачитала пересмотренный текст «Миранды» и выждала.
— Вы понимаете свои права и обязанности в этом деле? Если нет, я могу объяснить вам всё по пунктам. Как я уже сказала, времени у нас сколько угодно.
Смит что-то пробормотала.
— Говорите громче, для протокола.
— Я понимаю.
— Хорошо. Я буду с вами откровенна, Анн. У нас против вас три обвинения в убийстве первой степени и одно — в покушении на убийство. У нас есть ваш… назовём это раскадровкой, а также черновики сюжетных линий для будущих жертв. У нас есть ледоруб, которым вы убили Шанель Райлан, и распечатка билета на фильм, подтверждающая, что в тот вечер вы находились в кинотеатре. У нас есть ваше двустороннее пальто и записи камер наблюдения, на которых видно, как вы входите в кинотеатр и выходите из него. Есть свидетель, который видел вас возле квартиры, где жила Рози Кент, задушенная вами, а также препарат, которым вы её вырубили.
Ева перелистнула бумаги.
— Ах да, у нас есть красная краска для волос и пара синих искусственных прядей, которые совпадают с синими дредами, найденными неподалёку от «Скрю Ю». Когда вы их снимали, вы выдернули несколько собственных волос, так что они у нас тоже есть. А ещё есть сам клуб, где дополнительные свидетели подтверждают, что вы заказали напиток, который потом подмешали и подали Локси Флэш. И ещё норковая толстовка с капюшоном, которую вы украли. Раз уж мы собрались, добавим к обвинениям крупную кражу.
Ева подняла глаза.
— Вы следите за моей мыслью, Анн?
Смит на миг подняла взгляд. Правый глаз заплыл и опух после точного удара кулаком. Ева заметила вспышку гнева, прежде чем Смит снова опустила глаза.
Отлично. Нужно подлить масла в огонь.