Дракон пробормотал что-то сквозь сон. Скрипнули пружины. Наверное, перевернулся во сне. Как такую тушу только кровать выдерживает? Для драконов, наверное, какие-то особые делают. На стальном основании.
Храпеть он, к счастью, перестал, а то я уже решила, что спать мне отныне не придётся вовсе…
Стом, Молли! Что ещё за мысли? Ты же не собираешься здесь и вправду надолго задерживаться⁈
Надо только взять себя в руки, успокоиться и найти разумный выход из ситуации. Ведь должен же он где-то быть?
Но в голову по-прежнему ничего не приходило. Как будто я всё ещё не верила до конца в реальность всего, что со мной происходило.
Ведь ещё сегодня днём я тихо и мирно раскладывала книги в своей библиотеке. Следила за тишиной, лениво продумывала, где бы достать денег на покупку новых очков. Размышляла, что у меня осталось в кладовке и как бы так приготовить ужин, чтоб растянуть остатки припасов до следующего жалованья. Ругала про себя магистрат последними словами за то, что вечно его задерживает.
Как так вышло, что я сейчас сижу в этой комнате, похожей на раскрашенную изысканную шкатулку, а через стенку от меня тяжело дышит спящий полуголый мужик⁈ К тому же дракон. Который, судя по всему, взял меня в рабство, и теперь моя судьба зависит от малейшего каприза этого самодура с крайне сложным характером.
Я закрыла лицо руками, посидела так минутку, потёрла глаза.
Что толку сидеть и страдать.
Надо что-то делать. Утро вечера мудренее — может, я ему наскучу так же быстро, как он решил, что для чего-то могу пригодиться. Может, он меня так же за одну секунду уволит, как бедолагу Грея.
Вздохнув, я решительно поднялась с места.
Мне бы тоже не помешала хорошая ванна.
Прежде, чем обследовать уборную, я решила убедиться, что мой работодатель спит.
На цыпочках я подошла к двери в драконью спальню. Осторожно заглянула. Он же сам открыл дверь! И велел будить его, если что. Значит, мне туда можно? И он меня не сожжёт дотла, если вдруг окажется, что не спит, а я лезу без спроса?
Впрочем, мне до сих пор казалось, что я что-то поняла не так. Ведь не может же быть, что взрослый мужчина и правда велел присматривать за ним, пока он спит…
Я оперлась плечом на дверной косяк и, закусив губу, смотрела за тем, в полумраке на белоснежных простынях раскинулось массивное, мускулистое тело дракона.
Он спал беспокойно. То и дело темноволосая голова металась по подушке. Ворочался. Широкая грудная клетка вздымалась, как будто он бежал, а не спал. Едва укрытый лёгким одеялом… и я решила, что на всякий случай отвернусь, когда Шейдар в очередной раз вздумал повернуться со спины на живот, и одеяло едва не сползло. Мой невинный разум не выдержал бы этого зрелища, если бы он оказался голым.
С пылающими щеками я отступила обратно в гостиную.
Да уж.
Страннее работы я не могла себе вообразить. Теперь понимаю, почему дракон самовлюблённо заявил, что многие девушки передрались бы за такую должность.
Но вроде бы спит крепко.
Можно немного уделить времени себе.
Я торопливо направилась к двери, что была в правой стене. За ней ожидаемо оказалась уборная. И вместительная медная ванна, о чудо! Я была бы счастлива даже прохладной воде, честно говоря. Но она почему-то оказалась горячей. Я не понимала, в чём тут дело, пока не разглядела под её изогнутыми ножками хитровымудренное устройство, наполненное пылающими углями. А тут знают толк в комфорте! Мне-то приходилось сначала вёдрами холодную воду из колодца во внутреннем дворике таскать, а потом над очагом греть в котелке и добавлять кипяточек. И то, в моей крохотной сидячей ванне долго не насидишься. Вода остывала быстро.
Здесь же… о, это было настоящее блаженство! Слуги ещё и ароматных трав добавили, тонкие веточки с лиловыми цветками плавали по поверхности воды.
Ну, собственно, мой детский восторг и сослужил мне плохую службу.
Нет, я конечно, кое-какие меры предосторожности предприняла — я же не совсем дура! Плотно закрыла дверь в уборную, задвинула задвижку, даже стулом подперла для надежности. Раздеваться в такой опасной близости от мужчины было страшно и неловко, даже если он спит.
А вот дальше мой разум, видимо, полностью отключился в мечтаниях о горячей ванне.
Потому что, только окунувшись в нее до самого подбородка и блаженно смежив веки, я вдруг сообразила.
Мамочки родные, у меня же совершенно не во что переодеться! А бельё я всё постирала сразу же, как разделась, по старой, ещё институтской привычке.
И вот теперь… я окунулась с головой, ругая себя по чём свет, и снова вынырнула. Ударилась затылком о бортик ванной и тихонько простонала от отчаяния.