Я зевнула и слегка неуклюже пригладила растрёпанные волосы.
– Кошмар приснился, Даш, – покривила душой, чтобы она не переживала. – Вот и решила прийти к тебе. Рядышком спокойнее.
– Очень страшный кошмар? – дочка Строганова трогательно округлила глаза.
– Ночью казалось, что да, – честно призналась ей. – А сейчас понимаю, что это не страшно. Всё решаемо, Даш.
Она радостно улыбнулась, потирая ладошками глаза.
– Не переживайте, Ольга Георгиевна, – с серьёзным видом заявила она. – Я никому не скажу, что вы испугались, особенно папеньке. Пускай это останется нашей тайной.
– Спасибо тебе.
Однако стоило мне отправить Дашу умываться, как улыбка сползла с лица.
А вот твой секрет, Даша… Стоит ли говорить о нём Строганову? Тем более, после вчерашнего.
Глава 42
Мысль о том, рассказывать ли Строганову о ночном происшествии, не выходила у меня из головы даже за завтраком.
Даша щебетала как ни в чём не бывало: о занятиях, о живописи и снова заговорила о путешествиях. Каким-то чудесным образом мечты о Париже переключились на грядущую Пасху и куличи.
– Эх, поскорее бы, – грустно вздыхала она, отщипывая по чуть-чуть от постной булочки.
А я смотрела на неё и удивлялась: бодрая, активная, даже и не подумаешь, что она ночью бродила по комнатам как привидение.
– Не переживай, – подбодрила её, – время быстро пролетит, и не заметишь.
– Вот бы закрыть глаза, а потом открыть и р-р-р-раз, уже лето! – не унималась она, медленно, но верно доедая булочку.
Я кивала, не слушая. Перед глазами всё ещё стояла та Даша – белая сорочка в лунном свете, отсутствующий взгляд.
– Ольга Георгиевна! – слегка обиженно воскликнула Даша. – Вы меня вообще не слушаете?
– Что? – спохватилась я, рассеянно глядя в одну точку. – Слушаю, моя хорошая.
– И что я сказала?
Вот же егоза, подловила!
Я замялась, судорожно напрягая извилины, а Даша нахмурилась, отодвинула чашку и посмотрела на меня с такой серьёзностью, что я невольно напряглась.
– Ольга Георгиевна, – тихо вздохнула она, глядя на меня взглядом оленёнка, потерявшего маму, – вы злитесь на меня за то, что я сказала за ужином? И папеньку расстроила, и вас подвела.
Глаза девочки подозрительно заблестели, и я торопливо замотала головой:
– Нет-нет, Даш, ты чего? – улыбнулась и подмигнула ей, чтобы девочка не расплакалась. – Конечно нет, я просто задумалась.
Даша недоверчиво покосилась на меня, но её лицо быстро разгладилось. Ловко вскочив на ноги, она одёрнула юбку и обогнула стол, подойдя ко мне сбоку.
– Имейте в виду, – пробубнила она, уткнувшись лбом мне в плечо. – Я же тоже Строганова, и имею в этом доме такие же права, как и папенька.
Ничего себе!
Я едва не присвистнула от удивления. Это где ж она такому научилась?
Явно не от меня.