Византийский мир : Византийская цивилизация. Том 3 (1950): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С культом святых Ветхого Завета была связана жезл Моисея, хранившийся в Хрисотриклинии [1318]; в церкви Влахернской – реликвии Исайи; в Новой церкви Василия I – якобы плащ пророка Илии, предмет пламенного культа в Византии [1319].

Апостольские времена были представлены реликвиями Святых Невинных [1320] и главой святого Иоанна Крестителя, известной уже в V и VI веках: она якобы была скрыта в Эмессе во время иконоборческих гонений и обнаружена при Михаиле III, принесена в Константинополь при патриаршестве Игнатия. Помещенная сначала в Большой дворец, затем в монастырь Студийский, она стала одной из самых знаменитых реликвий Константинополя [1321].

Церковь, посвященная святому Иоанну Евангелисту, была построена Константином в Эбдомоне и восстановлена Юстинианом [1322][1323]. Другая церковь была посвящена ему близ Святой Софии: там показывали камень от его гробницы, находившейся в Эфесе, куда он привлекал множество паломников [1323].

Константинополь был первым городом, где церковь была воздвигнута в честь Двенадцати Апостолов. Здание, основанное в 330 году Константином и завершенное при Констанции, который перенес туда тело своего отца, находилось посреди обширного участка, окруженного портиками, с садами и термами. Церковь, сгоревшая во время восстания «Ника» (532), была отстроена Юстинианом в форме базилики в виде свободного креста, покрытой пятью куполами и освященной в 546 году. Мощи апостолов были помещены под серебряным алтарем, и при Константине VII к ним добавили их одежды, которые были перенесены туда с большой пышностью. Там были погребены святые Григорий Назианзин, Иоанн Златоуст, несколько императоров и патриархов [1324].

Среди наиболее почитаемых святых был первомученик Стефан, тело которого было обретено близ Иерусалима в 415 году. Его мощи были рассеяны по всему христианскому миру. Константинополь получил его десницу, помещенную Пульхерией в 428 году в церкви Святого Стефана в дворце Дафни, затем в 459 году Евдокия привезла из Иерусалима другие реликвии того же святого [1325].

Мучеников древней Византии было немного [1326], но Константинополь принимал мощи иностранных мучеников, такие как мощи святого Лаврентия, привезенные из Рима при Феодосии II [1327], святой Евфимии, мученицы в Халкидоне при Галерии [1328], Сорока мучеников Севастийских в Малой Армении [1329], святых Сергия и Вакха, мучеников в Ресафе (Сергиополисе), для мощей которых Юстиниан построил прекрасную церковь, носящую их имя [1330].

Не менее знамениты были реликвии, хранившиеся в некоторых провинциальных городах. На первом месте следует поставить Фессалоники с ее культом святого Димитрия, покровителя города, хотя он и был замучен в Сирмиуме при Максимиане [1331]. Он занимал такое место в жизни города, что в нем видели преемника божества – покровителя полиса, хотя нельзя дать ни малейшего разъяснения о превращении языческого бога в христианского героя [1332]. Самая обширная церковь города была посвящена ему; из его гробницы источалось чудотворное масло, исцелявшее болезни, но прежде всего он был военачальником (гегемоном), защитником города, который он много раз спасал от нападений варваров. Он – спаситель города, покровитель солдат, моряков и путешественников, «солнце, бросающее яркие лучи; он для нас солнце, земля и море…», восклицал в проповеди архиепископ Исидор Главас (1379–1393) [1333].

Мы не будем возвращаться к уже упомянутому культу святого Евгения в Трапезунде и святого Иоанна Евангелиста в Эфесе.

Одним из самых любопытных событий в истории реликвий является перенесение тела святого Николая из Мир в Бари в апреле-мае 1087 года.

Культ святого Николая был уже очень распространен в Константинополе, по всему Востоку и на Западе. Его гробница, помещенная в Мирах в апсидиоле мартирия [1334], привлекала множество паломников, и слава о его чудесах была велика. Но город, расположенный близ моря, неоднократно подвергался разграблению сарацинами, и когда эвакуация большей части Малой Азии византийскими армиями после битвы при Манцикерте (1071) сделала его положение еще более шатким, приморские города Италии, имевшие торговые связи с Анатолией, решили поместить драгоценную реликвию в безопасное место. Это были моряки Бари, где культ святого Николая был одним из самых процветающих [1335], которые, опередив венецианские корабли, сумели завладеть мощами святого и триумфально доставить их в свой город, где они были помещены в крипту новой базилики в присутствии папы Урбана II 1 октября 1089 года [1336].

Культ святых целителей (Агиотерапия). – Как и на Западе, многих святых призывали за силу, которую им приписывали, исцелять определенные болезни. Исцеление происходило либо через прикосновение к реликвиям (кольцо святой Феофано, опущенное в воду, излечило от эпилепсии мать его биографа) [1337], либо, как мы только что видели, через масло, истекавшее от тел святых мироточивых, или от масла лампад, горевших перед их гробницами, либо через чудотворные источники, бившие в их мартирии или поблизости. До VII века наиболее замечательным примером использования источника такого рода было святилище святого Мины на озере Мареотис близ Александрии.

Святой Мина, греческий офицер легиона, был обезглавлен как христианин в 296 году в Котиноне в Малой Азии. Его мощи были привезены в Египет и помещены в мартирий, построенный на том месте, где остановились верблюды, несшие его тело. Его культ был очень распространен в конце IV века, и император Аркадий построил большую базилику близ его мартирия. Монастыри возвышались по соседству, и вокруг них образовался значительный город, ставший большим центром паломничества. Раскопки Кауфмана в 1906 году на месте нынешней деревни обнаружили обширную крипту с цистерной и надписью: «Возьми воды святого Мины, если хочешь прекратить свой недуг». Бассейн был связан с базиликой, в которой находились два прекрасных мраморных фонтана. Паломники уносили эту воду в маленьких ампулах (евлогиях) из обожженной глины, помеченных иконой святого, молящегося между двумя преклонившими колени верблюдами. В VI веке паломничество к святому Мине было известно во всем христианском мире [1338].

В Константинополе, во время французских раскопок, проведенных в 1923 году в квартале Мангана, обнаружили в ограде монастыря Спасителя чудотворный источник (агиасма, ἁγίασμα), посещавшийся паломниками до 1821 года. Песок, пропитанный его водой, исцелял подагриков [1339]. Шестиугольное здание, окруженное широкими и глубокими апсидами с центральным бассейном, посвященное Богородице Путеводительнице (Панагии Одигитрии), скорее является агиасмой того же рода, чем баптистерием [1340].

Языческая практика инкубации все еще была в употреблении. Больные оставались лежать несколько дней в определенных церквях, ухаживаемые персоналом священников и сиделок, получивших медицинскую подготовку. Эти практики происходили в святилищах святых бессребреников Космы и Дамиана [1341], врачей арабского происхождения, обезглавленных как христиане в 303 году. Их тела были погребены в Кире в Сирии, но их культ распространился, и несколько церквей были посвящены им в Константинополе [1342].

Наконец, святой Михаил также считался целителем. Его призывали в святилищах или мартириях, построенных на местах, где он, как считалось, являлся: в Хонах во Фригии, в Михаэлионе и Софене на Босфоре, наконец, в пещере Монте-Сант-Анджело в Италии. Михаэлион был круглым мартирием, приписываемым Константину и перестроенным Юстинианом. Там праздновали день архангела 6 сентября [1343].

Культ икон, характерная черта православного исповедания, кажется, был уже в средние века более пылок, чем культ реликвий, от которого он, впрочем, независим [1344]. Мы видели, что он был связан с литургией, особенно со времени создания иконостаса. Мы знаем, что не было дома без своей маленькой частной иконостасной полки. Наконец, обычай, восходящий к византийским временам, выставлять каждый день в церквях на аналое (ἀναλόγιον) икону, относящуюся к празднику, который отмечается.

Происхождение икон. – Древнейшие иконы – это портреты, написанные на дереве темперой или энкаустикой. Они происходят от погребальных портретов египетских эллинистической и римской эпох, которые помещали на саркофаги с мумиями. Эти портреты, найденные в большом количестве в Антиное или Ахмиме, имеют очень выраженный индивидуальный характер. Умершие изображены анфас, с увеличенными глазами, устремленными на зрителей, и их напряженный взгляд, неотступно преследующий вас, кажется приходящим из другого мира [1345].

Между этим стилем и стилем древнейших христианских икон нет различия. Эти иконы были первоначально портретами мучеников, представленных такими, какими они были до своей казни. Впоследствии они стали творениями живописцев, но верующие не переставали рассматривать их как подлинные портреты, и это, в их глазах, оправдывало их почитание.

Но икона имеет свой собственный закон. Она не стремится, как живопись, дать иллюзию реальности, но произвести духовный эффект. Она не реалистична и не чисто повествовательна, но заимствует у реального черты, необходимые для узнавания персонажа или сцены, и тем самым она примыкает к историческому искусству. Она стремится прежде всего к выразительности через игру физиогномий, сочетание линий, атрибутов, пейзажей: из реальности она делает символ. Это искусство утонченное, полное нюансов, деликатное и тонкое. Его религиозный характер сделал его народным, но этот успех у толпы способствовал его кристаллизации и упадку [1346].

Наиболее древними считаются иконы, собранные Порфирием Успенским в монастырях Синая и хранящиеся в Музее Академии в Киеве. Одна из самых красивых – это поясной портрет двух супругов-мучеников, как показывает украшенный драгоценностями крест, появляющийся между ними и лучи которого направлены на их головы [1347].

Икона, написанная энкаустикой, святых Сергия и Вакха в костюмах императорской гвардии VI века, показывает создание типов различных возрастов и профессий. Золотой нимб окружает их головы, которые выделяются на сине-зеленом фоне. Между ними видна маленькая икона Христа с нимбом, содержащим крест [1348].

Религиозную икону представляет поясное изображение святого Иоанна Крестителя, замечательное своей энергичной манерой и выразительностью жеста, которым он указывает на иконы Христа и Богородицы в медальонах [1349].

Иконы ахейропойеты (нерукотворные). – С VI по IX век мы располагаем лишь несколькими фрагментами икон, но большим числом фресковых портретов в Египте, в капеллах Бауита и в нескольких монастырях. Некоторые из этих портретов воспроизводят иконы, закону которых они следуют своей фронтальностью, плоскими тонами, фигурами анфас [1350][1351]. Некоторые обломки из Египта (Поклонение волхвов, Рождество и т.д.) показывают появление исторических сцен в искусстве икон уже в VI веке [1351].

Кроме того, в эту эпоху циркулировали портреты Христа и Богородицы, которые объявляли подлинными на основании апокрифических текстов, таких как письмо Лентула римскому сенату, где он описывает личность Спасителя [1352]. Так, в монастыре Панагии Одигитрии почитали икону Богородицы, посланную из Иерусалима Пульхерии императрицей Евдокией, которую, как утверждали, исполнил святой Лука [1353].

Но при Юстиниане это были портреты Христа, привезенные в Константинополь из Каппадокии, которые почитали как ахейропойеты. Главная из этих икон происходила из Камулиан. Одна язычница сказала, что уверует во Христа, только если увидит Его, когда заметила Его икону в водоеме. Ничего не известно об этой иконе, кроме сказанного святым Григорием Нисским, ибо она была, вероятно, уничтожена иконоборцами [1354].

Эдесса, как мы видели, обладала письмом Христа к царю Авгарю V: в конце V века распространился слух, что там также хранится Его нерукотворный портрет, и легенда, приписываемая этой иконе, есть лишь развитие легенды о письме.

Царь Авгарь пригласил Иисуса прийти в Эдессу. Спаситель отказался и послал ему письмо через своего ученика Фаддея (Аддая), который обратил царя и народ и позже основал Церковь Эдесскую. С другой стороны, царь поручил художнику сделать портрет Христа, но тот не смог уловить черты Спасителя и признал свое бессилие. Тогда Иисус взял полотно и отпечатал на нем Свой лик.

Такова народная легенда, но в сочинении, называемом «Учение Аддая», именно посланец Авгаря делает портрет Христа и несет его в Эдессу. Никакого упоминания об этой легенде нет до Евагрия, который написал свою «Историю» около 600 года [1355]. После ее перенесения в Константинополь икона стала называться Мандилион (арабское слово mandil, означающее платок) [1356]. Согласно Евагрию, Мандилион, долгое время скрытый, был вновь обретен в 544 году во время осады Эдессы персами, и город был обязан ему своим спасением [1357].

Когда Ираклий прощается с народом в Святой Софии перед отправлением в персидский поход в 622 году, он держит в руке знамя, на котором вышита нерукотворная икона Христа [1358][1359].

Иконоборческий кризис. – С VI по IX век рвение к культу икон возросло до такой степени, что дошли до практик, напоминающих язычество. Поклонение (προσκύνησις) перед иконой было едва ли более шокирующим, чем перед василевсом, но что сказать об определенных эксцентричностях: волосы тех, кто вступал в монастырь, возлагались перед иконами; священники скоблили иконы, чтобы соскоблить пыль в потир и так причащать верующих; другие брали иконы в крестные своим детям [1359].