Люди земли. Истории тех, кто изменил мир сельского хозяйства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

© Борис Вдовенко/РИА Новости

Николай Иванович Вавилов. 1887–1943 гг.

© РИА Новости

Николай Вавилов

«Не погибнет Россия, если у нее есть такие сыны, как Николай Иванович Вавилов» – эти слова были произнесены в 1920 г. на III Всероссийскомсъезде селекционеров. А ведь Вавилов тогда лишь подвел промежуточный итог главного дела своей жизни…

Накормить людей и сберечь планету

Труды Николая Вавилова по значимости для науки сравнивали с трудами Дмитрия Менделеева. И недаром. Деятельность Николая Ивановича не только исключила гибель населения всей Земли от голода, но и обезопасила культурные растения

Имя Николая Вавилова у нас очень часто упоминают в связи с репрессиями тридцатых годов. Как правило, в паре с именем Трофима Лысенко, этого «злого гения отечественной науки», интриги которого довели Николая Ивановича до ареста и гибели. И на которого возлагается ответственность в том, что принято называть «разгром генетики в СССР».

В силу чего у человека, не очень знакомого с предметом, возникает четкая логическая цепочка. Коль скоро главной целью «злого гения» был разгром генетики, а одной из самых заметных жертв стал Николай Вавилов, получается вполне обоснованный вывод – Николай Иванович был генетиком.

Негенетика

Это классический пример того, как публицистические перегибы могут искажать общую картину. «Чистым» генетиком, то есть ученым, который занимается, например, теорией хромосомных мутаций, его назвать никак нельзя. О чем, кстати, в 1936 году во время дискуссии о генетике говорил академик Николай Кольцов, ученики которого стали впоследствии пионерами генной инженерии: «Я обращаюсь к Николаю Ивановичу Вавилову. Знаете ли вы генетику, как следует? Нет, не знаете. Вы мало занимались дрозофилой, и если вам дать обычную студенческую зачетную задачу – определить тот пункт хромосомы, где лежит определенная мутация, то этой задачи вы, пожалуй, сразу не решите, так как студенческого курса генетики в свое время не проходили».

Сотрудники Всесоюзного института растениеводства имени Николая Ивановича Вавилова в защитных масках исследуют образцы растений при помощи изотопов. 1 мая 1963 г.

© Владимир Богатырев/РИА Новости

Кольцов был прав. Николай Вавилов родился 25 ноября 1887 го-да, в 1906 году поступил в Московский сельскохозяйственный институт и в 1911 году его закончил, защитив диплом о голых слизнях, повреждающих поля и огороды Московской губернии. То есть студенческого курса генетики действительно не проходил – сферой его интересов была агрономия. Другое дело, что учителем Вавилова был агрохимик и растениевод Дмитрий Прянишников, который в год поступления своего ученика в институт, задумался, что именно генетика может стать базой для дальнейшего развития агрономии. Прянишников наладил Вавилова, который на его кафедре готовился к получению звания профессора, обратить внимание на генетику. Результатом стала первая публичная лекция Николая Ивановича: «Генетика и ее отношение к агрономии», прочитанная в 1912 году. Где Вавилов, в частности, утверждал: «Генетика вплотную подходит к вопросам непосредственного воздействия человека на растение и животное. Она дает основы планомерному вмешательству человека в творчество природа, дает руководящие правила к изменению форм. Несущественно, что нередко установления генетики делаются на объектах, чуждых агрономическому воздействию – на каких-нибудь левкоях, львином зеве, морских свинках, инфузориях… Биологические законы общи и одинаково приложимы как к диким, так и к культурным организмам».

Обратите внимание – во главе угла по-прежнему агрономия. А генетика – лишь инструмент. Нужный, важный, необходимый, но все-таки инструмент, а не цель. Вавилов одним из первых в мире разрабатывает программу реализации всех актуальных достижений современной ему генетики с целью улучшения сортов культурных растений. Стало быть, главная цель – селекция. Впоследствии Николай Иванович выведет чеканную формулировку: «Селекция представляет собой эволюцию, направляемую волей человека».

Война и горы

Спустя два года после дебюта Вавилова на ниве популяризации генетики вспыхнула Первая мировая война. Она, как ни странно это звучит, вывела молодого ученого на магистральный путь. В 1916 году Вавилова отправили в Персию – экспедиционный корпус генерала Николая Баратова страдал болезнью, которую связывали с использованием местных продуктов. Вавилов, занимавшийся в тот период иммунитетом растений, причину установил. Местная пшеница была засорена плевелом опьяняющим, а тот, в свою очередь, был заражен токсичным грибком. Однако, устранив причину болезни русских воинов, Николай Иванович испрашивает разрешение продолжить изыскания и отправляется дальше, изучая местную пшеницу и ее сорняки, в частности сорнополевую рожь.

И вот тут он приближается к двум самым важным своим свершениям. Первое – Вавилов, наблюдая изменения в сортах пшеницы и ржи от Ирана до Памира, приходит к мысли, что изменения у этих родственных культур носят очень похожий характер. Второе же было связано с вопросом о происхождении ржи из сорняков, засоряющих первичную культуру пшеницы. Именно там, в горах Центральной Азии, Вавилов задумался над вопросом центров происхождения культурных растений.

Первое открытие Вавилов предъявил на III Всероссийском съезде селекционеров в 1920 году в Саратове. Его доклад произвел на участников съезда такое впечатление, что они обратились к центру с резолюцией о необходимости господдержки работ Вавилова: «Н. И. Вавилов заметил удивительную повторяемость признаков в различных группах и рядах растительного мира, которая дает возможность предсказания существования неизвестных еще форм наподобие того, как периодическая система Менделеева давала возможность предсказывать существование неизвестных элементов. Данные ботаники здесь тесно переплетаются исследованиями генетиков. Для практики исследования Н. И. Вавилова также представляют чрезвычайную важность, так как дают возможность планомерно выискивать и создавать путем скрещивания новые ценные культурные породы…» Академик Николай Тулайков тогда произнес исторические слова: «Могу сказать только одно: не погибнет Россия, если у нее есть такие сыны, как Николай Иванович Вавилов».

Тулайков был прав. Но нужно кое-что уточнить. Да, благодаря работам Вавилова исключается гибель не только России, но и гибель населения нашей планеты. От голода – точно. Другое дело, что причиной тому стали не столько генетические исследования, сколько деятельность Вавилова по изучению центров происхождения культурных растений.

Эффективные менеджеры

Конкретно – собирание им и сотрудниками его института коллекции семян культурных растений и их предков в разных уголках Земного шара. На первый взгляд может показаться, что такая работа не имеет отношения к селекции, задача которой – повысить урожайность прямо здесь и сейчас…

Именно этот «первый взгляд» и стал причиной тех катаклизмов, что претерпела советская селекция и генетика. Это стало и причиной ареста Николая Вавилова. Ученый оказался жертвой «эффективных менеджеров», озабоченных «ключевыми показателями эффективности сотрудника». Разница лишь в том, что тогда это были представители партактива, а пеклись они о «ликвидации разрыва между теорией и практикой». В частности, настаивали: «Только методом изучения работ каждого научного работника мы ликвидируем отрыв сельскохозяйственной науки от бурно растущих запросов колхозов и колхозников». Вавилов же всех проверяющих слал лесом: «Публично заявляет, что всякая проверка работы высококвалифицированных научных работников является попросту оскорбительной».

Место, где хранится первая в мире по чистоте и разнообразию коллекция семян культурных растений – «страховой фонд» человечества на случай генетического катаклизма. Санкт-Петербург, Всероссийский институт растениеводства имени Н.И. Вавилова Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук СССР имени В.И. Ленина. 1973 г.

© Б. Манушин/РИА Новости

Итог известен – Николай Иванович скончался в 1943 году в тюремной больнице. Однако говорить о разгроме советской генетики и селекции, который вроде бы устроил его главный недруг, «колхозный академик» Трофим Лысенко, все-таки нельзя. Хотя бы по той причине, что в период полного и абсолютного доминирования Лысенко, который пришелся на 1946–1965 годы, сотрудники Всесоюзного института растениеводства организовали 130 экспедиций, посвященных поиску и сбору новых видов и разновидностей семян культурных растений, пополняя первичную коллекцию Вавилова. И в тот же период селекционер Павел Лукьяненко, основываясь на генетических методах Вавилова, выводит новый сорт пшеницы – Безостая–1, этот шедевр отечественной школы растениеводства.

Наследие. На веки вечные