Так вот где собака зарылась! Письма? Ну да, хороший предлог запугать бедную женщину и держать здесь под присмотром. Только, видимо, не в них дело, они лишь вершина айсберга, а проблема — намного глубже. Знаменитый дядюшка обеспокоен репутацией рода.
Если императору станет известно, что родственница начальника Третьего отделения заподозрена в связях с иностранной разведкой… полетят важные, очень важные головы!
Поэтому Александр Христофорович сделает все, чтобы этого не случилось.
— Да он меня в брусчатку вколотит! — вырвалось у меня.
Княгиня ответила выразительным взглядом. Но я уже спохватилась, бросилась ей в ноги и, не скрывая вновь набежавших слез, горячо зашептала:
— Матушка, помогите мне выбраться отсюда! У вас есть связи. Я готова на ссылку, готова поклясться на Библии, что покину Петербург и до самой смерти ноги мои моей тут не будет. Оборву все связи со светом!..
— А Мишель? — ровным тоном осведомилась она.
— Мишель? А что с ним?
— Мне сообщили, что третьего дня он сошел с корабля в Севастополе и следует в Петербург. Вы все еще муж и жена. Но вряд ли он захочет отправиться с тобой в изгнание.
Ответ сорвался с моего языка раньше, чем я его осознала:
— Развод, матушка! Мне нужен развод! Помогите подать прошение императору, я знаю, вы можете!
— А причина? Нужна очень веская причина, Мари, одной измены тут мало. Князь мужчина молодой, ветреный, император может его и простить. Ведь и сам не святой, — тут она на всякий случай перекрестилась.
— Есть и причина, матушка! Я уже говорила, супруг не защитил меня от смертельной угрозы. Бог с ними, с этой девицей и с его изменами. Я не хочу быть рядом с человеком, который пустил в наш дом змею и позволял ей меня травить!
Княгиня окинула меня задумчивым взглядом. Помолчала минуту, затем вздохнула:
— Что ж, есть один выход, дитя мое. Подать прошение на раздельное проживание для начала. Если тебе и правда ссылку назначат, отправься в наше имение в Марьино. Там ты будешь в безопасности, Барятинского туда не пустят, если он осмелится явиться. Но вот приданое...
Она опустила взгляд, покрутила кольцо на пальце и вдруг улыбнулась легкой, лукавой улыбкой женщины, задумавшей изящную месть.
— Приданое ему тоже придется вернуть. Я лично внесу этот пункт в прошение государю.
Я смотрела на нее круглыми от восхищения глазами.
Да она просто гений! Я ведь совершенно выпустила из виду такой важный нюанс, как приданое Мари. А зря!
Род Березиных был не только знатен, но и очень богат. В частности отец Мари, Иван Иванович, преумножил наследство, построив целый ряд небольших заводов, на которых работали его же крепостные, но за деньги. Кирпичный, сыроваренный, мануфактурный...
И тут же меня посетила новая мысль: уж не потому ли Барятинский так спокойно ждал смерти жены, что не хотел возвращать ее деньги? А есть ли там что возвращать или уже все потрачено на любовниц?
— Матушка, — я чуть отстранилась, — в Неаполе я несколько дней провела в сильной горячке, поэтому кое-что позабыла. Скажите, как велико было мое приданое?
— Тридцать тысяч рублей золотом, — Мария Федоровна начала загибать пальцы.
— И еще домашней утвари и нарядов на ту же сумму.
Тридцать тысяч золотом! Да это неслыханные деньги!
Я на миг прикрыла глаза.
Фрейлина императрицы получала шестьсот рублей в год! При этом жалования хватало на пошив платьев, обувь, вызов кареты для поездки к родственникам и подарки. Конечно, фрейлины жили при Дворе «на всем готовом», но и там требовалось доплачивать за лишние свечи, вызов куафера или ремонт одежды.
Барятинский получил сразу огромную сумму, плюс... сдается мне, он даже на гардероб молодой жены не тратился — на тряпки любящая мать точно не поскупилась.
— Сестры твои получили, конечно, больше, — продолжала она, — но и замуж вышли раньше, и мужа у них более знатные. Отец настоял, чтобы тебе достался тот набор аквамаринов, который так шел к твоим глазам. А для Леони и Олли заказали похожие из рубинов и изумрудов.
— Матушка, — я невольно закусила губу, — что будет, если Мишель не отдаст приданое? Я боюсь... он его уже растратил. Его... "мадам" носит неприлично огромные изумруды. И Мишель одевался по самой последней моде, тогда как я...