– Спасибо, баб Катя, спасибо… – шептал Данила. Подушка стала мокрой, но озноб прошел.
На удивление парень отключился и проспал до самого утра глубоким крепким сном без сновидений. Впервые за долгое время. Едва открыв глаза, Данила вспомнил ночной разговор – как есть вспомнил, до каждого слова, до прикосновения невидимой руки к голове.
Хоть обиду на бабку и держал многие годы, но брелочек памятный никому не передаривал, с собой носил, ключи на него нанизывал. Сунул руку в карман куртки и вытащил бабкин поминок. Залюбовался, будто впервые увидел.
Одно беленькое перышко, одно черненькое, одно рыженькое. Искусно из камня вырезаны: подуй – и разлетятся, как настоящие птичьи перья! Данила носил брелок местному мастеру и после профессиональной оценки уже знал, где какой камень. Молочно-белый – нефрит. Черный – самоцвет флогопи́т. Оранжево-желтый – гелиодо́р.
– Продашь, парень? – вцепился в каменные перья умелец. – Уж больно работа тонкая, выкупил бы для себя и учеников. Отдай, а?
Хоть и держал на баб Катю обиду, а не расстался тогда Данила с ее памятным подарком.
Проверил телефон: звонков из больницы не было. Значит, пока все в порядке. Дай бог, чтобы Лиза продержалась! Парень почистил зубы, сварил черный кофе, переоделся. Запрыгнул в машину и забил в навигатор адрес: Малышева, 51.
– Э-э-э?
Навигатор показывал здание высоченного бизнес-центра «Высоцкий», открытого в 2011-м. Почти 200 метров высоты и 54 этажа, башня-великан с панорамными голубоватыми окнами, которая при ночном освещении напоминала фантастическую космостанцию.
– Дед Михаил, говоришь? – Данила почесал затылок. – И как мне его искать в этой громадине?
Тем не менее машину завел сразу, нажал «начать поездку» и вырулил из двора.
Парковка у «Высоцкого» была открыта, с раннего утра места были: выбирай, где хочешь. Оставив «мазду» почти у центрального входа, парень неуверенно подошел к стеклянным дверям. Потоптался. «Открыто с 11:00 до 22:00». Хоть Данила прекрасно помнил время, он еще раз всмотрелся в экран мобильного – 07:17. Но баб Катя ведь велела с самого утра ехать! Парень упрямо топтался у входа в закрытый «Высоцкий».
Примерно через четверть часа из бизнес-центра вышел мужчина, открыв служебную дверь ключом.
– Молодой человек, чего нужно? Мы закрыты. Видели табличку?
Данила вгляделся в незнакомца. Черные брюки и пиджак, черный галстук, воротничок белой рубашки. Ухоженная черная борода, а брови – кустистые и полностью седые. С ходу не поймешь, сколько лет такому.
– Понимаете, мне нужно… – замялся Данила.
И тут его взгляд зацепился за бейджик с логотипом «Высоцкого»: «Служба охраны. Михаил Дедов». Так это же…
– Чего вперился? – подозрительно сощурился бородатый.
– Так это вы – дед Михаил? – Данила сделал маленький шаг вперед.
– Чего-о-о? – удивился охранник. Еще пронзительнее всмотрелся в парня, словно решая для себя, морок ли перед ним или реальный человек. И коротко кинул. – Откуда правильное имя знаешь?
– Баба Катя сказала. И что поможешь. С особым поминком.
Бородатый изменился в лице. Даниле даже показалось, по нему прошла какая-то рябь, как по объектам дополненной реальности, если соединение сбоит.
– Иди за мной, – собрался мужчина, – сейчас же. – И распахнул перед Данилой дверь.
Заперев запасной вход ключом, дед Михаил отвел гостя в комнату охраны. Не спрашивая, заварил крепкий черный чай, открыл коробку сахара-рафинада. Грохнул по столу чашками.
– Рассказывай.
Данила рассказал все. Про любимую жену, про нежданную-негаданную страшную болезнь. Про реанимацию и сердце Лизы. Про обиду на баб Катю и ее визит прошлой ночью. Про бабку Синюшку тоже рассказал.
Глубокие морщины ожили на лбу деда Михаила. Прямо на глазах Данилы борода собеседника поседела, а брови, напротив, налились черным соком.
– А? Извини, не пугайся, – спохватился Дед. – Вернуть назад? Или так могу до открытия побыть?
Данила кивнул: так нормально.
– Показывай подарок бабки, – скомандовал Михаил.